Деятельность Русской Православной Церкви в рабочей среде Московской губернии в конце XIX – начале XX в.

«РАБОЧИЙ ВОПРОС» В ТРУДАХ МИТРОПОЛИТА ВЛАДИМИРА (БОГОЯВЛЕНСКОГО)...

вопросы»1. «Церковные ведомости», издававшиеся при Святейшем Синоде в послереволюционное время, также регулярно размещали статьи прот. Иоанна по вопросам труда, собственности и политических воззрений рабочих («Нравственность и экономика», «Труд», «Христианство и социальный вопрос», «Возрастающее религиозное одичание»)2.

Сравнивая духовно-нравственное осмысление рабочего вопроса в сочинениях митрополита Владимира и протоиерея Иоанна Восторгова, можно обнаружить сходное понимание сакрального значения труда, а также указание на необходимость развития личностных качеств христианина и распространение братской любви как средства решения рабочих проблем. Практический комплекс задач по преодолению социальной напряженности церковными усилиями, предложенный представителями духовенства Московской епархии, является практически точным воспроизведением содержания энциклики папы Льва XIII «Рерум Новарум» от 15 мая 1891 г.. Энциклика стала официальным программным документом, направленным на формирование социальной доктрины Католической Церкви в области трудовых взаимоотношений: «Не следует считать, что Церковь настолько исключительно увлечена делом воспитания благочестия в душах, что пренебрегает всем, что смертно и земное. Что касается рабочих классов, она усиленно стремится к тому, чтобы они поднялись из нужды и добились более благополучного бытия»3. Вслед за Католической Церковью московские миссионеры-проповедники объявляли: «Христианская Церковь не должна говорить, что рабочему, например, необходимо назначить для работы только восемь, а не десять часов в сутки, об этом пусть рассуждают законодатели, — но она должна сказать: “Это несправедливо, если кто-нибудь свои миллионы собирает из грошей, отнимая их у бедных рабочих”... Христианская Церковь не знает партийности, она не принимает стороны богатых против бедных или бедных против богатых»4.

1Московские церковные ведомости. 1908. № 39–52; 1909. № 3–50; 1910.

№1–23.

2Церковные ведомости. 1908. Прибавления. № 5. С. 203–206; № 47. С. 2289–2292;

№50. С. 2429–2434; № 34. С. 1645–1652.

3 Энциклики его святейшества папы Римского 1891, 1981, 1991 годов о труде и человеческой жизнедеятельности, нравственности и морали. Киев, 1993. С. 80.

4 К богатым и бедным: Слово митрополита Московского Владимира // Московские церковные ведомости. 1906. № 2. С. 15.

– 71 –

ОРГАНИЗАЦИЯ ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКОЙ ЖИЗНИ В ПРОМЫШЛЕННЫХ РАЙОНАХ

емы материальной помощи священнослужителям государственных заводов1.

Быстрые темпы развития промышленности в 1870-е гг. повлияли на многие сферы российского общества, затронув и актуальную проблему обеспечения крупных промышленных районов необходимым количеством храмов. В условиях Московской губернии подачей сведений о необходимости сооружения храмов при фабриках и заводах, расположенных в пустынных местностях, занимались с 1890 года окружные фабричные инспектора, которые «входили в сношение с духовным ведомством о безотлагательной постройке при означенных заведениях частных, то есть на средства фабрикантов или заводчиков, общественных храмов»2.

На IV Всероссийском торгово-промышленном съезде 1896 г., проведенном по инициативе Министерства финансов, при обсуждении вопросов трудового процесса и потребностей рабочих отмечалось: «Говоря о посещении рабочими церкви и о влиянии на человека общественных богослужений, зависящих прежде всего от совершителей, то есть духовенства, мы не можем не указать на роль фабрики, с ее часто многотысячным населением и нередко большими материальными средствами на возвышение благолепия церковного»3. Церковное пространство воспринималось как место, где рабочий мог «опомниться, освежиться, почувствовать свою грязь»4, устройство на фабриках храма «заметно благотворно влияло на нравы фабричного люда»5.

1 См.: Устройство церкви при Илгинском казенном винокуренном заводе // ПСЗ РИ. Изд. 2. Т. 15. 1840. №14096; Производство священно-церковным служителям при казенных горных заводах увеличенных окладов жалованья // Там же. Т. 18. 1843. № 16632; Об окладах содержания священно- и церковнослужителей Нерчинских горных заводов // Там же. Т. 19. 1844. № 17952; О пенсиях духовенству оружейных и пороховых заводов // Там же. Т. 20. 1845. № 19007; Число священников при церкви Сестрорецкого оружейного завода // Там же. Т. 26. 1851. № 24794 и др.

2 Московские церковные ведомости. 1890. № 40. С. 479.

3 Федоров С. А. О воскресном отдыхе // Труды высочайше утвержденного торговопромышленного съезда 1896 года в Нижнем Новгороде. СПб., 1897. Т. 3. Вып. 5: Улучшение быта рабочих. С. 398.

4 Церковный вестник. 1905. № 3. С. 64.

5 Двадцатипятилетие Глуховского начального училища на фабрике компании Богородско-Глуховской мануфактуры (1870–1895 гг.): Историческая записка, составленная заведующим Глуховскими, Министерства народного просвещения, училищами, священником Богородского Богоявленского собора А. Ф. Каптеревым. М., 1895. С. 19.

– 75 –

ГЛАВА 2. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И МЕТОДЫ ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ...

Большая часть рабочих Московской губернии как на городские, так и на расположенные в сельской местности фабрики набиралась из местного крестьянского населения, проживавшего в радиусе 30– 50 км от фабрики1. Многочисленные свидетельства современников, а также воспоминания самих пролетариев начинаются описаниями тяжелой деревенской жизни, в условиях которой многодетная семья искала возможность как можно раньше отправить ребенка на заработки. В пользу этого решения говорило и наличие каких-либо родственников с опытом работы на фабричном предприятии2. По закону 1897 г. на машинных предприятиях могли работать лишь лица, достигшие 15 лет. Ждать полного взросления ребенка малообеспеченные крестьянские семьи не могли, и тогда на помощь приходила сговорчивость сельского священника: «Отец снес попу несколько яиц и кусок мяса, и в один день я из четырнадцатилетнего превратился в шестнадцатилетнего»3.

К концу XIX в. московские рабочие на 65,9% состояли из крестьян4. На долю других сословий и городских уроженцев выпадал ничтожный процент5. В основном фабрики и заводы пополнялись за счет людей, проживавших в ближайших районах. «На этот счет наши фабриканты были очень строги, относясь с крайним предубеждением к рабочим, являющимся из других районов»6. Руководство фабрики опасалось, что неместный рабочий может принести в заводской коллектив «вредные» идеи. Принимая на работу человека из ближайшей округи, работодатель мог навести о нем справки у его земляков и уже на их основании принимать решение. Часть местного населения, работавшего на фабрике, уходила на лето в свою деревню по особой договоренности7. Связь с домом могла быть двух видов: фактическое общение, присущее малоквалифицированным рабочим, возвращав-

1 См.: Васильев В. Численность, территориальное размещение, состав фабричнозаводского пролетариата Центрального района России в эпоху империализма // Пролетариат Центрального промышленного региона в 1907 — феврале 1917 г. Иваново, 1984. С. 28.

2 См.: Как мы жили при царе и как живем теперь. М., 1937. С. 2, 11, 17, 23. 3 Там же. С. 2, 70.

4 См.: Ромашова В. И. Образование постоянных кадров рабочих в пореформенной промышленности России // Рабочий класс и рабочее движение в России 1861– 1917. М., 1966. С. 153.

5 См.: Церковный вестник. 1905. № 3. С. 64.

6 Гвоздев С. Записки фабричного инспектора. М., 1925. С. 36. 7 См.: Там же. С. 39.

– 76 –

ОРГАНИЗАЦИЯ ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКОЙ ЖИЗНИ В ПРОМЫШЛЕННЫХ РАЙОНАХ

шимся на лето в деревню, и формальное, которое характеризовалось лишь поддержкой родственных отношений при круглогодичном пребывании на заводе. Последний тип общения с деревней к 1905 г. стал наиболее распространенным, когда рабочими «деревня еще не забыта, но и город не оставил их без своего внимания»1.

Переезд в город нового сотрудника предприятия приводил не только к изменению характера его труда, бытовых условий, окружения, но нередко и мировоззрения. Окончательно соотношение своей жизни с городом влияло также на изменения религиозного духа пролетариев. «В Бога я верила, пока в город не переехала»2, — вспоминала одна из работниц. Отношение к церковной жизни порой зависело от уровня связи с деревней: вчерашние крестьяне украшали свое жилье иконами, тогда как в квартирах потомственных горожан «картины духовного содержания» отсутствовали3.

Экономическое благосостояние рабочего зависело от уровня заработной платы, которая в Московском округе была выше среднего общероссийского уровня. Прежде всего, рабочих можно разбить на две группы: это так называемые мастеровые, или рабочие-специалисты, и чернорабочие. Численное превосходство было на стороне мастеровых (на 1 тыс. квалифицированных работников приходилось около 200 чернорабочих, которым, кроме «простой мускульной силы, ничего решительно не требуется»)4. Следует отметить, что эти две категории различались не только по характеру труда и его оплате, но разделение имело место в бытовой, образовательной, культурной и нередко религиозной сферах.

Бытовые условия существования рабочих также сильно различались. Фабричный инспектор Московского округа приводит следующую картину: «Большую часть дня рабочий проводит в изнурительной работе, едва поддерживающей его существование, без всякой надежды на будущее», «длинные ряды маленьких избушек, без всяких признаков хозяйственных построек, утопающие в убийственной грязи и нечистотах»5. Московские окраины изобиловали так называ-

1 Русское слово. 1903. № 6. С. 24.

2 ГА РФ. Ф. Р–7952. Оп. 3. Д. 271. Л. 232. Автобиографии и биографии рабочих завода Московского металлического завода.

3 См.: С. П., Фельман М. П. Социокультурный облик промышленных рабочих России в 1900–1941. М., 2009. С. 236.

4 Там же. С. 35.

5 Гвоздев С. Записки фабричного инспектора. М., 1925. С. 33.

– 77 –

ГЛАВА 2. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И МЕТОДЫ ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ...

емыми коечно-каморочными квартирами, которые славились многочисленностью жильцов и ужасающим антисанитарным состоянием. Обитателями таких «углов» были работники фабрично-заводских предприятий, которые вследствие каких-то причин оказались вне фабричных бараков. Отчет статистического исследования состояния московских коечно-каморочных квартир говорит следующее о быте рабочих: «Жилец, снимающий койку, получает три голых доски, положенных на кирпичи, на поленья или козелки... Спит на снятом с себя платье. Из пола и сквозь тонкую перегородку из погреба сильно дует. Грязь, вонь и теснота не поддаются описанию… стены покрыты плесенью, на подоконниках вода»1. «Грязь, духота, скученность, пьянки и драки» 2 — такова характеристика условий существования самих рабочих. По данным советской историографии, в конце XIX в. на одну кровать приходилось 2,4 человека. В начале нового столетия эта цифра сократилась до 1,8 человека3. Периодика того времени подобным же образом высказывается об условиях существования рабочего люда («рабочий ютится в сырых подвалах, холодных чердаках

иуглах… скученность создает атмосферу пьянства и разгула»4). Приведенные выше характеристики источников различного характера (воспоминания рабочих и инспектора, периодические издания) говорят об одной и той же стороне крайне бедственного положения рабочих в бытовой сфере («пьяный богомольный быт господствовал в казармах»5).

Однако даже отдых от работы в столь ужасающих бытовых условиях был довольно коротким. В 1897 г. продолжительность рабочего дня была снижена до 11,5 часа. К этому времени необходимо прибавить обеденный перерыв и периодические сверхурочные часы. Итог покажет, что на фабрике пролетарий мог проводить 12–14 часов (до 1897 г.

ибольше). На необходимый отдых оставалось мало времени. Правда, следует отметить, что русский рабочий работал на 10% меньше, чем его западный коллега. Это достигалось в основном за счет боль-

1 Жилища беднейшего населения Москвы: Из известий Московской городской думы. М., 1902. С. 9.

2 Как мы жили при царе и как живем теперь. М., 1937. С. 16.

3 См.: Кирьянов Ю. И. Жизненный уровень рабочих России (конец XIX — начало

XXв.). М., 1979. С. 241.

4 Церковный вестник. 1905. № 3. С. 64.

5 Как мы жили при царе и как живем теперь. С. 83.

– 78 –

ОРГАНИЗАЦИЯ ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКОЙ ЖИЗНИ В ПРОМЫШЛЕННЫХ РАЙОНАХ

шого количества церковных праздников, которые составляли от 50 до 70 дней в году, помимо воскресений1.

Для полноты картины следует отметить, что приведенные характеристики условий повседневной жизни московских рабочих относятся к быту лишь чернорабочих, которых было меньшинство в общей массе пролетариев. Воспоминаний рабочих-мастеров, живших в сносных, а порой хороших условиях, не осталось, а советская историография сознательно делала акцент лишь на угнетенно-нищенском положении дореволюционного рабочего. Следует отметить, что немаловажную роль в налаживании бытовых условий проживания играло семейное положение рабочего, которое влияло и на моральное состояние труженика. Данные статистики начала ХХ в. свидетельствуют, что среди рабочих, занимавших квартиры, пьющих была треть, отдельные комнаты — чуть более трех четвертей, одинокие «углы» — 84%2.

Рабочие, жившие на фабрике, оторванные от своих, как правило, сельских приходов, не имели возможности посещать ту церковь, к которой были приписаны по месту постоянного жительства. Таким образом, церковно-приходская жизнь в условиях количественного увеличения потенциальных прихожан организовывалась двумя путями, характерными для образования приходов Российской империи в целом. Храмы делились на приходские и приписные, общее число которых исследователь С. О. Колоухин сводит к следующим данным: в Московской епархии среднее соотношение церквей было 23,1% и 76,9%, приписных и приходских соответственно3. Обеспечение храмами крупных фабричных предприятий происходило также в рамках указанной статистики.

Внимание крупных промышленников не только к экономическому, но и к бытовому, культурному и религиозно-нравственному положению рабочих являлось одной из составляющих патерналистской политики, способствовавшей появлению первого типа прихода — приписной церкви. С. Н. Булгаков писал, что религия, как господствующее мировоззрение, «кладет свою определяющую печать и на

1См.: Поспеловский Д. На путях к рабочему праву. Франкфурт-на-Майне, 1987.

С.48.

2 См.: Об участии школ в борьбе с алкоголизмом. СПб., 1910. С. 8.

3 См.: Колоухин С. О. Власть духовная и власть светская: направления взаимодействия с последней трети XIX века по февраль 1917 года: По материалам Московской епархии: Дис. ... канд. ист. наук. Коломна, 2012. С. 76.

– 79 –

ГЛАВА 2. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И МЕТОДЫ ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ...

“экономического человека”»1, на основании чего происходит организация социокультурной составляющей фабрично-заводского пространства. В предпринимательской среде была распространена идея об ответственности богатства и связанная с ней практика общественного служения, базировавшегося на традиционно православном мировоззрении2. Крупные заводы являлись «целыми мирками»3, при которых формировался уникальный социально-бытовой комплекс, состоявший из жилых домов, больницы, аптеки, родильного дома, школы, библиотеки, училища. Не оставались без попечения и религиозные нужды рабочих, что выражалось в строительстве церквей, больничных храмов4 и часовен (в честь юбилейных дат и отдельных — для выноса покойников с фабрики)5.

Строительство храма при фабрике должно было отвечать определенным внешним требованиям. Так, митрополит Филарет (Дроздов) в грамоте 1864 г. на имя фабриканта П. Г. Цурикова писал: «…благословили мы почетному гражданину Воскресенскому… на иждивение его построить при деревне Ивановской, Звенигородского уезда, новую каменную церковь во имя Успения Богородицы… с образованием при сей церкви нового прихода из крестьян означенной деревни и жителей суконной фабрики его, Цурикова, и с учреждением особого причта и с тем: 1) чтобы построение было произведено… под смотрением архитектора, имеющего о своих познаниях законное удостоверение, 2) чтобы здание храма… обращено было алтарем на восток, 3) по построении храма сего просили разрешения освящение с приложением описи храма»6. Фабрикант брал на себя полную ответственность за техническую сторону храмостроительства,

1 Булгаков С. Н. Православие и хозяйственная жизнь // Очерки учения Православной Церкви. М., 1991. С. 354.

2 См.: Гавлин М. Л. Российское предпринимательство и его ответственность перед обществом // Буржуазия и рабочие России во второй половине XIX — начале ХХ века: Материалы XIX зональной межвузовской конференции Центрального промышленного района России. Иваново, 1994. С. 21.

3 Русское богатство. 1903. № 8. С. 31.

4 См.: Московские церковные ведомости. 1895. № 45. С. 433.

5См.: Московские церковные ведомости. 1875. № 43. С. 372; ГБУ «ЦГА Москвы».

Ф.203. Оп. 478. Д. 23. Л. 1: По прошению о разрешении построить каменную часовню при фабрике торгового дома братьев Игнатьевых в Серпуховском уезде.

6 Описание Успенской, что при Ивановской фабрике, церкви Московской губер-

нии, Звенигородского уезда, составленное в память 25-летнего существования храма. М., 1893. С. 6.

– 80 –