Государство и право Московской Руси (XV-XVII вв.). Учебное пособие

Слой крепостных крестьян складывался постепенно. Напомним, еще Судебник 1497 г. установил единый для государства срок перехода крестьян – Юрьев день Осенний (за неделю до 26 ноября и в течение недели последнего) с выплатой «пожилого»: 1 рубль «в полях» и полтину в менее плодородных лесистых местностях. Полная сумма выхода платилась за проживание на земле не менее четырех лет. Для лиц, проживших меньший срок, она снижалась за каждый год на четверть. Судебник 1550 г. увеличил размер «пожилого» на два алтына (или 6 копеек). В 1581 г. впервые объявили «заповедные лета», в течение которых запрещался переход от одного землевладельца к другому. Позднее подобная практика повторялась, а выход крестьян не разрешался вплоть до государева указа. В 1597 г. издается указ об «урочных летах», установивший 5-летний срок давности на иски о беглых крестьянах. В последующие годы эти сроки колебались в основном в сторону увеличения, что было на руку мелкопоместному дворянству. Так, в 1607 г. срок сыска крестьян был доведен до 15 лет, а всякий, кто принимал беглого крестьянина, должен был платить штраф 10 рублей государству и 3 рубля владельцу беглого крестьянина. Тогда же крестьяне прикреплялись за теми владельцами, за которыми они были записаны по писцовым книгам 1592-1593 гг. Наконец, Уложением 1649 г. «урочные лета» были отменены, сыск беглых стал бессрочным, усилились карательные меры борьбы с побегами. Был запрещен переход от одного землевладельца к другому всех категорий крестьян.

Вместе с тем, прикрепив крестьян к земле, возложив на них обязательную службу господину как государственную повинность, правительство не позаботилось о том, чтобы нормировать отношения крестьян с господами. Оно предоставило помещику не только судебную и административную власть над крестьянами его поместья, но и сделало его ответственным сборщиком казенных податей с его крестьян. Владельческие крестьяне несли

31

двойное тягло: кроме повинностей в пользу землевладельца, они платили государственные подати. Широта и неопределенность помещичьей власти открывала двери развитию произвола и обременению крестьян непосильными работами и платежами. Таким образом, к концу XVII в. крепостные крестьяне приблизились к состоянию холопов.

Институт холопства все более ослабевает, сокращаются источники холопства: так, еще по Судебнику 1497 г. человек, поступивший в ключники в городе, уже не считался холопом, хотя это и не было специально оговорено договором. Не предусматривалось и превращение зависимого крестьянина в холопа за бегство его от господина. Холоп, бежавший из татарского плена, становился свободным человеком.

Изживает себя полное холопство, хотя распространяется кабальное холопство на основе долгового обязательства, Кабальные холопы – это люди, которые за взятый долг (обычно 3-5 рублей) обязаны были работать на заимодавца и практически находиться под его властью вплоть до уплаты долга. Поскольку работа на кредитора не давала возможности заработать деньги для погашения долга, кабала становилась пожизненной.

Соборное Уложение 1649 г. сохранило только следующие источники холопства: брак с холопом, рождение от холопа, работа на кабале свыше трех месяцев. По закону холопами не могли быть дети боярские, посадские люди, частновладельческие крестьяне, дети до 15 лет, дети служилых людей, находящиеся на тягле и некоторые другие категории населения.

Продолжавшийся процесс оседания холопов на землю (им предоставлялся незаселенный участок земли, с которого они платили хозяину оброк) способствовал слиянию их с крепостными крестьянами.

Положение государственных крестьян, проживавших на черных землях, было более благоприятным, чем положение владельческих крестьян. Прежде всего, они несли только одно государст-

32

венное тягло, сохраняли все свои личные и имущественные права: могли продавать собственные свои участки, закладывать их, менять, дарить, завещать как целиком, так и деля на части. Но было и существенное ограничение: крестьяне-домохозяева, составлявшие тяглые крестьянские общества и записанные в податные списки, не могли покидать свои дворы и земельные участки, не найдя себе заместителей. Таким образом, они были прикреплены к земле, но это прикрепление не несло характера крепостничества.

В уплате казенных податей государственные крестьяне были связаны круговой порукой. Правительство назначало на каждую волость только общую сумму, подлежащую уплате, а затем избранные волостью «окладчики» разверстывали эту сумму между членами волости «по силе», т. е. в зависимости от имущественного состояния отдельных крестьян-домохозяев. При раскладке податей мерой служила так называемая «соха», соответствовавшая от 400 до 1300 четвертей земли (четверть равнялась половине десятины или участку, на котором засевалась четверть ржи). На черных землях в соху клали обычно 500 четвертей, увеличивая их до 1200 на худых участках. Отвечая за исправную уплату податей и отбывание повинностей, волость была заинтересована в сохранении и пополнении своей трудовой и платежной силы.

Черные крестьяне сохраняли свое самоуправление. Несколько селений образовывали волость – крестьянский «мир». Жители на мирском сходе избирали старосту или сотского с товарищами. Волостное правление заведовало общими хозяйственными угодьями – лесами, рыбными ловлями и другими, иногда сдавало их в аренду. Оно призывало новых поселенцев на пустые земли или оставленные крестьянами участки. Волостные старосты, как знатоки местных обычаев, наблюдали за правильностью судопроизводства в судах великокняжеских царских наместников и волостелей.

Преобладание земледелия в хозяйственной сфере и военноземледельческого класса в социальной жизни оттеснило город-

33

ское торгово-ремесленное сословие на задний план. Правительство было заинтересовано в росте городов, привлечении в них ремесленников, ибо города являлись не только укрепленным оплотом государства, но и источником пополнения казны. Кроме государственных податей, посадское население несло еще и груз служебных и рабочих повинностей. Горожане поставляли правительству бесплатных служащих местного управления, сторожей, извозчиков и т.д. В отличие от Западной Европы предпринимательская часть русского населения еще не выделилась в самостоятельный класс, а ее организация служила не ее собственным, а государственным интересам.

Зажиточная посадская верхушка создавала привилегированные корпорации: гостей (наиболее крупных купцов), торговых людей гостиной (торгующие с зарубежьем) и суконной сотен. Гости и отчасти представители сотен были финансовыми советниками царя и торговыми агентами правительства (торговали государственными товарами, служили сборщиками податей). За это они получали крупные льготы, например, не несли общих городских повинностей, хотя и не освобождались от тягла полностью.

Средние, мелкие и розничные торговцы составляли черные сотни. Ремесленники селились по слободам, кварталам и порой объединялись в цехи как профессиональные самоуправляющиеся корпорации. Черные сотни и слободы объединяли лучших, средних и худших людей. Все они платили подати и выполняли повинности. К основным постоянным податям относились: прямая государева подать, стрелецкая подать, ямские деньги. Повинности были самыми разнообразными, включая подводную и постоялую повинность, постройку и ремонт городских укреплений, ямскую гоньбу.

Имущественная дифференциация в городах влекла за собой борьбу между горожанами, но ведущей формой выступала борьба всех их групп против светских и духовных феодалов. Это было обусловлено тем, что бояре и монастыри основывали в городах

34

свои слободы, население которых, занимаясь торговлей и промыслами, не облагалось тяглом и поэтому легко конкурировало с посадскими людьми, переманивая из черных слобод квалифицированную рабочую силу. Требование ликвидации белых, т. е. освобожденных от податей, слобод, отстаивание монопольного права заниматься торгами и промыслами составляло основное содержание борьбы посадских людей. Она окончательно увенчалась успехом, когда Соборное Уложение 1649 г. упразднило белые слободы или места во всех посадах.

2.2. Государственный строй России в период сословно - представительной монархии

Переход к сословно-представительной монархии знаменовался существенными изменениями в государственном аппарате. Важнейшим из них было возникновение представительных органов. Меняется статус монарха. Иван IV провозгласил себя царем. Это было не простой формальностью, но отражением возросшей силы монарха. Большую роль в укреплении его власти сыграла опричнина – особая террористическая внутренняя политика правительства Ивана Грозного в 1565-1572 гг.

В декабре 1564 г. Иван IV в сопровождении заранее подобранных бояр и дворян удалился из Москвы в свое охотничье село Александровскую слободу (ныне г. Александров Владимирской обл.), откуда вскоре гонец привез два послания царя, оглашенные на Красной площади. В первом царь сообщал, что он положил гнев и на бояр, и на детей боярских за их нежелание воевать против недругов и насилия над народом, и на духовенство, поскольку оно заступается за «изменников», а раз так, то он оставляет престол. В грамоте, обращенной к посадским людям Москвы, Иван IV заверял их, что «гневу на них и опалы никоторые нет». Это был хорошо рассчитанный демагогический жест: царь ловко противопоставил феодалов и посадских людей, выдавая себя за

35

защитника простых людей от насилия феодалов. Московские черные люди потребовали, чтобы бояре и духовенство уговорили царя остаться на царстве, угрожая, что в противном случае они «государьских лиходеев и изменников» сами «потребят». Когда через несколько дней делегация духовенства и бояр явилась в Александровскую слободу, Иван IV согласился вернуться на престол, но лишь с тем условием, чтобы он мог казнить «изменников» по своему усмотрению и учредить опричнину. (Опричниной издавна назывался удел, который князь выделял своей вдове, «опричь» (т.е. кроме) всей земли. Теперь опять же, «опричь» всей Русской земли, выделялась государева опричнина разный личный удел государя всея Руси. Остальная часть государства стала именоваться земщиной.)

Вопричнину были включены: I) уезды с развитым феодальным землевладением, служилые люди которых были исконной опорой великокняжеской власти (Суздальский, Ростовский, часть Переславль-Залесского, Костромской), 2) уезды, пограничные с Великим княжеством Литовским, где земли были отданы в значительной степени верным слугам московских государей (Вяземский, Козельский, Белевский, Медынский, Малоярославецкий, Можайский); 3) черносошные земли в Поморье, дававшие большой доход: поступавшие оттуда налоги стали финансовой базой опричнины. Опричную часть Иван IV выделил и в Москве. Царский указ предусматривал, чтобы феодалы, не принятые в опричнину, лишились поместий и вотчин в опричных уездах и получили возмещение в земских, но выселение крупных феодалов из опричных уездов в значительной степени осталось на бумаге.

Вопричнину была взята тысяча служилых людей (к концу опричнины число опричников выросло примерно до 6 тысяч). Они составили отдельные от земских полки, возглавлявшиеся опричными воеводами. В опричнине действовала и своя Боярская дума. Приказы остались в земщине, но часть дьяков Иван IV взял в опричнину, которая напоминала «государство в госу-

36

дарстве». Опричники были личными слугами царя и пользовались полной безнаказанностью. Используя их, царь начал чинить расправу своим противникам. Усилились опалы и казни. Опричники в черных одеяниях с мрачными символами верной службы царю (метла, чтобы выметать измену, собачья голова – чтобы выгрызать) наводили ужас на страну.

Опричное «братство» имело черты средневекового рыцарского ордена с мрачным уставом. Сам Иван Васильевич обычно носил мрачноватое монашеское одеяние, какое носят монахи одного из католических орденов. Своих подручных он называл братьями, а тe его – братом. Приказания об убийствах и пытках «игумен» отдавал в церкви.

Опричные жертвы еще никто в точности не сосчитал. Счет им ведется на тысячи. Обычно сжигали дотла села, наполовину опустошали, вырезали города: Клин, Тверь, Псков, Новгород, Вышний Волочек, Тopжок. В Новгороде погром длился 6 недель. Летом 1570г. на Красной площади в Москве изощренным казням было подвергнуто несколько десятков человек. Казнил и сам царь, и его приближенные. Опричнина окончательно выродилась в банду грабителей и убийц с высокими титулами. В 70-е годы опричнина была упразднена, а большая часть кромешников отправлена в мир иной. Но лютовать Иван Грозный продолжал до самой смерти: запытал своего главного полководца князя Михаила Воротынского, собственноручно убил сына Иоанна. В 1584 году царь скончался за игрой в шахматы.

За кровавыми перипетиями царствования Ивана Грозного некоторые историки усматривают высший государственный смысл. Но слишком много в поступках Грозного было произвольного, дурного, психопатического. Ему было неважно, какими методами действовать. Важно было крепить личную власть, ибо царь Иван считал, что он и есть государство, и распоряжался в нем, государстве, как в своем собственном доме. А дом устоял лишь только потому, что крепился традиционными религиозно-общинными

37

скрепами да тем, что наработали предшественники Ивана Васильевича. Убыль в его царствование составляли не только тысячи убитых и уморенных (бояр, дворян, купцов, ремесленников, крестьян, посадских людей), но и эмигранты, и беглые всех званий и сословий – многократно увеличилось и укрепилось окраинное русское казачество. Слава и величие государства не были для царя Ивана IV пустыми словами, но существовали лишь вкупе с собственным безграничным честолюбием. Не столько о государстве он радел, сколько самого себя тешил. Опричнина показала всю меру опасности, таящейся в бесконтрольной царской власти.

В целом итоги царствования Ивана IV были неутешительными. Опричные репрессии и рост налогового гнета в связи с Ливонской войной резко ухудшили положение народных масс. Усугубили народные бедствия крымские набеги и свирепствовавшая несколько лет эпидемия чумы. Результатом был хозяйственный кризис. Центр и северо-запад страны были опустошены. Села и деревни стояли заброшенными, зарастала лесом пашня. Многие бежали из разоренных родных мест на юг (в районы Орла, Тулы, Курска и т.д.), в Среднее Поволжье, в Приуралье, а в самом конце века – и в Западную Сибирь.

Выход из кризиса правительство искало в административных мерах. Ответом на бегство крестьян стало крепостническое законодательство, которое означало важный шаг на пути к оформлению крепостного права в России. В немалой степени закрепощение стало возможным в результате опричной политики. Только деспотическое правление при неразвитости государственного аппарата могло удержать крестьян в повиновении, сделать их крепостными.

Боярская дума. По мере того как происходило усиление царской власти, снижалось значение Боярской думы. Тем не менее опричнина не уничтожила Боярскую думу как высший орган государственной власти, не поколебала местничества, закреп-

38

лявшего привилегии знати. После смерти Бориса Годунова роль Боярской думы временно возросла. В 1610 г. в результате борьбы между различными группировками боярства последовало свержение с престола царя Василия Шуйского. Вся полнота власти временно перешла к Боярской думе, государством фактически управляли семь влиятельных бояр (семибоярщина).

По существу, Боярская дума являлась, скорее, совещательным органом при государе, своего рода советом, деятельность которого выражалась известной формулой: «государь указал и бояре приговорили». В соответствии с этим в компетенцию Боярской думы входили наиболее важные вопросы внутренней и внешней политики, контроля административного и судебного аппарата. Дума занимала промежуточное положение между монархом и всей системой административных учреждений – приказов и органов местного управления. Поэтому в ней также решались дела особой трудности, которые по тем или иным причинам не могли быть решены в приказах. Современные исследователи склоняются к определению думы как высшего консультативного органа московской политической системы, центра царской администрации и суда. По существу, члены думы составляли правящую элиту Московского государства, группу высших советников царя.

В состав думы входили думные люди четырех степеней: бояре, окольниче, думные дворяне и думные дьяки. Представители высшей знати – боярской аристократии, заседавшие в думе, принадлежали к потомкам князей – Рориковичей или Гедиминовичей (князья Воротынские, Мстиславские, Голицыны, Куракины) или старинных московских боярских родов (Романовы, Морозовы, Шереметьевы, Шеины, Салтыковы). Состав Думы расширился за счет менее родовитых, но близких к царю родственников цариц – Стрешневых, Милославских, а позднее Нарышкиных.

39

Земские соборы – принципиально новый высший орган государства. Через них царь привлек к управлению государством определенные круги дворянства и посадского населения. Земские соборы были необходимы монарху для поддержания крупных мероприятий: войн, взыскания новых доходов и пр. Цари, опираясь на земские соборы, могли проводить угодную им политику даже вопреки воле Боярской думы. Первый собор (названный собором примирения) царь и феодалы, напуганные восстанием горожан в Москве, созвали в 1549 году. Этим способом господствующей верхушке удалось несколько утихомирить недовольных. Создавалась видимость привлечения к государственному управлению не только бояр и дворян, но и других слоев населения.

В земские соборы входили царь, Боярская дума, верхи духовенства, освященный собор в полном составе. Они составляли верхнюю палату, члены которой не избирались, а участвовали в ней в соответствии с занимаемым положением. Нижняя палата была представлена выборными от дворянства, верхов посадского населения (торговые люди, крупное купечество). Выборы в нижнюю палату проводились не всегда. Иногда при срочном созыве собора царь приглашал представителей с мест. Значительную роль в земских соборах играли дворяне, и особенно торговые люди, участие которых было важно для решения различных финансовых проблем.

Продолжительность работы соборов зависела от обстоятельств их созыва и существа обсуждавшихся на них вопросов. В ряде случаев они функционировали непрерывно по нескольку лет. После изгнания иностранных интервентов, в первые годы правления Михаила Романова, когда страна переживала экономическую разруху, серьезные финансовые трудности и царь нуждался в поддержке различных слоев населения, земские соборы заседали почти непрерывно, потом стали собираться реже. Созыв последних соборов относится ко второй половине XVII в.

40