Жизнь и быт российского общества в ХVIII веке. Учебное пособие

Сибири и Среднего Поволжья, обязывавшиеся помимо подушной подати платить в казну еще 40 копеек, т.е. сумму, которую платили в казну помещичьи, монастырские и дворцовые крестьяне. Это означало включение государственных крестьян в систему феодальной эксплуатации; в-третьих, по реформе вводилась паспортная система. Каждый крестьянин, уходивший на заработки, должен был иметь паспорт со сроком возвращения домой. Такая система не только препятствовала формированию рынка свободной рабочей силы в России, но и еще больше прикрепила крестьян к помещичьей земле.

В 1714 г. Петр издал указ о единонаследии, окончательно ликвидировавший различия между двумя формами феодального землепользования – поместьем и вотчиной. Они были объявлены «недвижимой» собственностью без права продажи, дележа между наследниками, закладывания. Вся недвижимая собственность могла быть передана только одному из наследников, а движимость – остальным сыновьям, дочерям, вдове. Мотивировалось это не столько стремлением к предотвращению дробления и измельчения помещичьих хозяйств, сколько целью принудить молодых дворян «хлеба своего искать службою, ученьем, торгами и прочим».

Характерной особенностью политической истории России после смерти Петра I стало обострение борьбы внутри господствующего дворянского класса, сопровождающейся дворцовыми переворотами 1725– 1762 гг. вплоть до прихода к власти Екатерины II. Ослабление страны, снижение боеспособности армии и флота, фаворитизм, засилье иностранцев стали характерными чертами этого времени, не поменяв при этом дворянского характера социальной политики Петра и направленности экономического развития России.

«Просвещенный абсолютизм» Екатерины II. 1762–1796 гг. –

правление Екатерины II – век «просвещенного абсолютизма». Преобразования этого времени носили противоречивый характер. С одной стороны, осуществлялись мероприятия в духе просвещенного абсолютизма: попытки совершенствования законодательства, расширение сети учебных заведений и попытка воспитания «новой породы отцов и матерей» в закрытых учебных заведениях, расцвет архитектуры и искусства, создание Академии художеств, первых публичных журналов – «Трутень», «Всякая всячина», попытки расширения условий для предпринимательской деятельности недворянским сословиям. С другой – продворянский характер политики не изменился, а вершиной этой политики стала «Грамота на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» (1785 г.). Отныне дворянство стало именоваться первым сословием, не просто «дворянством», а «благородным дворянством», получившим все гражданские права в духе Просвещения. Подтверждалось освобождение дворянства от обязательной военной службы, т.е. право свободного выбора рода деятельности, дано право на неограниченное распоряжение имением, право владеть домами в городах,

11

заводить в имениях предприятия, право собственности на недра земли. Новой привилегией явилось запрещение производить конфискацию имений дворян за уголовные преступления. В этом случае имения переходили к законным наследникам.

Дворяне каждой губернии отныне составляли «дворянское общество», органом которого являлось дворянское собрание, созываемое три раза в год. Собрание избирало предводителя и других должностных лиц, получало право заявлять наместнику или губернатору о своих нуждах, а в случае необходимости доносить о них Сенату и императрице.

Грамота давала дворянскому обществу право дисциплинарной власти над своими членами, в частности, исключения из своих рядов опороченных судом или дискредитировавших себя в личной жизни. Высокий имущественный ценз (100 руб. ежегодного дохода с имений) не допускал к занятию выборных должностей среднему и мелкому дворянству.

Таким образом, расширение влияния дворянства на правительственную администрацию, обширные личные права в правление Екатерины II не случайно названы историками «золотым веком дворянства».

Одновременно Екатериной была подписана «Жалованная грамота городам», содержащая права и привилегии верхушки городского населения. Отныне верхушка купечества освобождалась от подушной подати, а рекрутская повинность заменялась по отношению к ней денежным взносом. Все городское делилось на 6 разрядов с определением прав и обязанностей в соответствии с ними. Привилегированную группу составили именитые граждане – это были купцы, располагавшие капиталом свыше 50 тыс. руб., богатые банкиры с доходом свыше 100 тыс. руб., а также городская интеллигенция: архитекторы, живописцы, композиторы, ученые. Они освобождались от телесных наказаний, а представителям третьего поколения разрешалось возбуждать ходатайство о присвоении дворянства.

Другой привилегированной группой объявлялось гильдейское купечество, также освобождаемое от телесных наказаний. Остальное население – цеховые ремесленники, городские старожилы, домовладельцы, входили в разряд мещан. Жившие в городе крестьяне ни в один разряд не входили, что сдерживало рост городского населения.

Желание отменить «рабство», высказанное Екатериной II в начале царствования так осуществлено и не было. Правда, в 1765 г. она создала Вольное экономическое общество и объявила конкурс предложений по улучшению земледелия. В печатный орган общества – «Труд», пришло несколько писем, затрагивающих крестьянский вопрос. Как позднее выяснилось, их автором являлась сама императрица.

Интересно заметить, что из 162 конкурсных работ, присланных в Вольное экономическое общество, 129 были написаны немцами, 21 – французами, а русскими только – 7. Все они держались в секрете и были лишь достоянием лиц, входивших в конкурсную комиссию.

12

Не было опубликовано и письмо либерального помещика А.Я Поленова на том основании, что содержало «по здешнему состоянию неприличные выражения» в адрес крепостничества, хотя отменить крепостное право Поленов не предлагал, а всего лишь считал возможным предоставить крестьянину право наследственного владения «недвижимым имением» и право собственности на свое движимое имущество.

В отмене крепостного права помещики не были заинтересованы уже потому, что введение многопольного севооборота, применение более современных орудий требовало от помещиков затрат, в то время как к этому времени они привыкли тратить ренту на удовольствия и роскошь.

Примером паразитического ведения вотчинного хозяйства может быть вотчина императорской фамилии. Свыше миллиона крепостных душ приносили в середине столетия свыше 480 тыс. руб. чистого дохода, растрачиваемого в основном на торжественные приемы, царский стол, содержание дворцов и конюшен.

Царскому дому подражало крупное дворянство, а последнему – провинциальное.

Чтобы поддерживать высокий уровень жизни (удовлетворять растущие прихоти), помещики непрерывно увеличивали повинности крестьян, а правительство этому способствовало. Серия указов 60 – 80-х гг. венчает крепостническое законодательство:

–1765 г. – указ, по которому помещик имел право не только отправить крестьянина в ссылку, но и на каторгу на неопределенный срок; ему же предоставлялось право в любое время вернуть сосланного с каторги;

–1785 г. – указ, запрещавший крестьянам Левобережной Украины переход от одного владельца к другому.

При этом правительство позаботилось о том, чтобы помещики не понесли ущерба: каждый из них за сосланную семью получал денежную компенсацию, а крестьяне, годные к военной службе, засчитывались помещику как сданные в рекруты.

В «просвещенный век» Екатерины торговля крестьянами, игра на них

вкарты, дарения стали типичным явлением.

Юридически помещик не имел одного права – лишить крестьянина жизни, что не исключало смерти крестьян после «отеческих внушений», доходивших нередко до беспредела. Так, помещица Салтычиха засекла до смерти около ста человек. Европейски образованный историк и публицист второй половины века князь М.М. Щербатов предписывал приказчикам бить крестьян палками, а «лучше – сечь батогами по спине и ниже, ибо наказание чувствительнее будет, а крестьянин не изувечится».

Введенные Петром Великим торгово-промышленные монополии на производство каких-либо изделий в начале становления отечественной промышленности постепенно стали тормозом для развития промышленности, поэтому Екатерина лишила отдельных промышленников их привилегий, провозгласив в 1775 г. свободу предпринимательства.

13

Оживлению промышленности способствовали также освобождение купцов, владевших капиталом свыше 500 руб. от уплаты подушной подати

ивведение сбора в размере 1% с капитала, а также освобождение от рекрутской повинности тех купцов, которые уплатили за каждого рекрута

360 руб.

Купечество, таким образом, формировалось в феодальное сословие, а его верхушка по «Жалованной грамоте городам» заняла промежуточное положение между первым и «подлыми» сословиями.

Став по праву продолжательницей дела Петра Великого, Екатерина в целом не вышла за пределы петровских преобразований. К концу столетия Россия превратилась в мощную державу, не уступавшую в экономическом

ивоенном отношениях европейским странам. Однако, проводимые преобразования не затронули феодальных основ общества, поэтому экономика и государственность России по-прежнему нуждались в реформировании. В то же время международный авторитет России еще никогда не достигал такого могущества и никогда еще не развивались так бурно наука, образование, искусство, культура.

Система нравственных и моральных ценностей различных социальных слоев российского общества в XVIII в. В России этого времени продолжал существовать жестко сословный строй, но наряду с традиционными слоями общества – крестьянством, дворянством, купечеством, духовенством, бюрократией, формировались новые классы рабочих и предпринимателей.

Всоциальной структуре самым многочисленным оставалось сословие крестьян – 90%, быт которых оставался традиционным и далеким от европейских новаций.

Значительно увеличилось городское сословие, включавшее дворян, купцов, ремесленников, чиновников. В городах появляется новое сословие – мещанство, состоящее из ремесленников и торговцев. Город стал создателем особой культуры, носителем которой стало лично свободное податное население, воспринявшее как традиционную крестьянскую, так и дворянскую культуры и выдвинувшее иные нормы поведения и образа жизни, формы досуга и развлечений, бытовой организации.

ВXYIII в. Россия стала империей и, прорубив «окно в Европу», Петр вывел страну из международной изоляции. Влияние иностранцев на российское общество, прежде всего, коснулось его «верхов» – дворянства. Русские своеобразно относились к иностранцам: с одной стороны, высокомерно, исходя из собственных представлений о мире и образе жизни, и, называя всех иностранцев презрительным – «немцы», дескать, «немые», ведь по-русски разговаривать не умеют; с другой стороны – с любопытством и даже некоторой завистью. Постепенно характер отношений станет иным и в начале столетия в дворянской среде стали говорить на немецком и голландском, а в конце – на французском языках.

14

В результате ориентации основной массы населения – крестьянства, на традиционную культуру, дворянства – на Запад, горожан – на свою, особую культуру, в России возникло несколько субкультур, непохожих друг на друга.

Произошедшие изменения неоднозначны в оценках и представляют серьезный интерес для понимания последующих процессов социальноэкономического и политического развития России.

Лекция 2. Жизнь и быт русского крестьянства

Мироощущение и мировосприятие русского крестьянства.

Русское крестьянство XVIII в. сохранило прежнее мироощущение, основанное на вере в силу коллектива и семьи. Это было вызвано тем, что община оставалась хранительницей традиций повседневной жизни селян в хозяйственной деятельности, внутрисемейных отношениях, несении повинностей в пользу помещиков и государства. Кроме того, община попрежнему выполняла административно-полицейские и судебные функции.

Важнейшей функцией общины было проведение ежегодных уравнительных переделов земли с учетом часто менявшихся трудовых ресурсов семьи – смертью работника, возмужанием малолетнего, приходом невестки и т.д.

Причем, в сохранении хозяйственной жизнеспособности каждой крестьянской семьи интересы общины и помещика совпадали: община была заинтересована в сохранении способности ее членов платить подушную подать, а помещик – выполнять владельческие повинности. В непредвиденных случаях – при пожаре, падеже скота, смерти кормильца, община оказывала помощь потерпевшему односельчанину. Поэтому в представлении крестьянина идеал жизненного устройства состоял в том, чтобы удовлетворить скромные материальные потребности, умеренно трудясь, «по правде и совести», в соответствии с традициями предков. Достойным считалось иметь большую семью, пользоваться уважением односельчан и умереть на родине, в кругу родных и близких. Общественное мнение осуждало непочтительное отношение к старшим по возрасту людям. Человек, не желавший заводить семью, считался подозрительным. И лишь две причины признавались уважительными – болезнь и желание уйти в монастырь. В.И. Даль приводит пословицы и поговорки русского народа, красноречиво свидетельствующие о значении семьи для человека: «В семье и каша гуще», «Не женат – не человек».1 Отсюда и уважение ко всему тому, что входит в понятие «дом» в широком смысле слова. В крестьянской семье все были подчинены главе семьи («большаку»): женщины повиновались жене «большака» и мужчинам, младшие по возрасту – старшим, дети – взрослым. Народная педагогика в семейных отношениях признавала принуждение и насилие нормой

1 Пословицы русского народа. – М., 1957. С. 360.

15

воспитания. Секли розгами почти всех членов семьи: детей и взрослых неженатых, женщин. С 9–10 лет детей начинали учить навыкам домашнего хозяйства: мальчиков – бороновать, косить, обхаживать лошадей, плести лапти; девочек – ухаживать за младшими детьми, прясть, вязать снопы. Сохранилось письмо крестьянки-вдовы Томской губернии (1772 г.) местной судной избе с просьбой переселиться вместе с сыном к деверю, так как она не может научить сына Федора необходимым навыкам. Этот факт подтверждает, что воспитание мальчиков считалось делом мужским, а девочек – женским. Участвуя в хозяйственных делах, дети рано взрослели.

Семейное и общинное переплетались в сознании крестьян. Так, семейные конфликты, развод обсуждались на общинных сходах, а в последний путь провожали всем миром.

В семье существовал строгий контроль за поведением молодежи. Например, незамужняя женщина не имела права выйти из дома без разрешения родителей, а если выходила, то брала с собой ведра с коромыслом, чтобы о ней не подумали, будто она слоняется без дела.

Общинное самоуправление представляло собой замкнутую сословную организацию, отвечавшую, в частности, за то, чтобы никто из посторонних не проживал на ее территории.

Помимо деревенской общины существовала волостная, объединявшая несколько деревень. Ее возглавлял бурмистр, отвечавший за выполнение государственных и владельческих повинностей. Вторым лицом здесь был выборный староста, созывавший мирские сходы и определяющий вопросы для обсуждения на них. Волостная община избирала также нескольких целовальников, соответственно отвечающих за сбор подушной подати, за сбор оброчных денег помещику, за сбор хлеба в магазины на случай неурожая. Община избирала посыльного и сторожа. Все должностные лица находились на иждивении общины. Верховодили на сходах зажиточные крестьяне, которых назвали горланами (Центр России). Все решения общинного самоуправления санкционировал помещик.

Выступать вместе с миром и от имени мира, когда нужно было защищать свои интересы проходит красной линией через всю массу исходивших от крестьян челобитных (прошений), общественных приговоров и др. При этом крестьянство всех категорий было убеждено в праве общины на челобитные в самые высшие инстанции.

Это породило особое отношение крестьянства к доверенным лицам общины – челобитчикам, как к наиболее уважаемым людям, призванным отстаивать мирские дела.

Двояким было и отношение крестьянства к достатку и богатству: с одной стороны, по обычаю, крестьяне смотрели на землю как на «старинную деда и отца своего пашенную землю», как к своей собственности, с другой – как к орудию труда, на которое имел право каждый взрослый мужчина. Не более того. Тем более, что свободно

16

распоряжаться землей крестьянин не мог. Следовательно, земля – не источник богатства, а источник скромного существования.

Это не мешало русскому крестьянину быть милосердным и гостеприимным.

Широкой популярностью в крестьянской среде пользовалась легенда о том, как Христос просил ночлега в облике странника. А хозяин дома потом обретал награду или кару в зависимости от его поведения с путником. Легенда в образной форме раскрывала ту часть Евангелия, где любая подача милостыни оценивается как поступок в отношении Христа. Эта же тема нередко звучит и в других жанрах фольклора.

С широким гостеприимством принимали крестьяне неожиданных гостей – родственников, знакомых и незнакомых. Полагалось гостя накормить, предоставить ночлег, указать лучшую дорогу и даже сопроводить через труднодоступные места, помочь в починке транспортных средств. По традиции – бесплатно. Только в конце столетия некоторые хозяева стали принимать какое-то вознаграждение, да и то в тех местностях, которые были удалены от дорог.

Непременным свойством человека, отвечающего нравственному идеалу большинства крестьян, являлась вера. Судили об уровне религиозности по аккуратным посещениям церкви, соблюдению постов и обрядов и особенно по степени выполнения человеком нравственных норм в целом. Не только старшие в семье, но и вся община следили, чтобы молодежь не пропускала наиболее важные богослужения. Заметное место в жизни деревни занимали хождения и поездки на богомолья – в монастыри, обладающие иконами или другими святынями, пользующимися чудодейственной известностью.

Большое значение в крестьянской среде придавалось выполнению взятых на себя обязательств, чувству долга, умению держать честное слово. Интересно заметить, что уважение к честному слову выражалось в том, что все расчеты, даже денежные в крестьянской среде производились без расписки и свидетелей. Правдивость крестьянина, полное доверие к нему односельчан учитывались при выборе, прежде всего, челобитчиков, выступающих от имени всей общины.

Если в общине появлялись люди, безнравственные с токи зрения общественного мнения, то их мир пытался увещевать, либо наказывать. В крайнем случае принимался общинный приговор – ходатайство перед властями о выселении такого человека.

Жилище, одежда и питание крестьян. Жилище крестьян представляло собой комплекс построек, обслуживающих различные нужды крестьянской семьи и называлось «крестьянский двор» на протяжении длительного времени. Основными компонентами такого двора были «изба да клеть», «изба да сенник», т.е. основная жилая постройка и основная хозяйственная постройка для хранения зерна и другого крестьянского имущества. Более того, крестьянская изба по-прежнему оставалась не только жильем, но и производственным помещением, а зимой – местом

17

дойки коров и содержания молодняка и птицы. Остальные крестьянские постройки, хотя и входили в состав комплекса (амбары или житницы, бани, сараи, хлевы и т. д.), но не были обязательными в силу родственных и соседских взаимосвязей и совсем не отражали уровень жизни обитателей двора. Больше того, имущественная дифференциация крестьян не была выражена уже потому, что феодально-бюрократическая регламентация жизни в России и подавляющая власть помещиков заставляли даже более богатых крестьян скрывать свою имущественную состоятельность. Только там, где власть помещиков и бюрократии не была всесильной, «крестьяне», имеющие достаточный доход, могли позволить себе размахнуться и соорудить грандиозные хоромы.

Внутренняя планировка крестьянских жилищ была подчинена достаточно строгим, хотя и неписаным законам. Большую часть «мебели» составляла конструкция избы и была неподвижной. Ни возможности, ни навыков отношения к интерьеру крестьянин не имел. Поэтому главным украшением избы оставались иконы, передаваемые из поколения в поколение. Крестьянский быт оставался прежним: стол – по числу едоков; скамьи и сундуки – в качестве сидений и, чаще всего, места для сна. Лавки тянулись вдоль всех стен, не занятых печью. Каждая имела свое название в зависимости от места расположения – «длинная» располагалась вдоль стены напротив печки; «красная» – по фронтону. Около печи располагалась судная, или посудная лавка. Над лавками, вдоль всех стен устраивали полки-«полавочники» для хранения предметов домашнего обихода, инструментов и т. п. В стены вбивали и специальные деревянные колышки для одежды. Иконы располагались по диагонали, в противоположном от печи углу, а сам угол назывался святым, красным, кутным.

Хотя большинство крестьянских изб состояло из одной комнаты, не имевшей перегородок, негласная традиция предписывала в ту часть избы, где находилась судная лавка, мужчинам без надобности не заходить. Это даже считалось неприличным. Сама часть комнаты считалась женской.

Обязательным элементом жилища были полати – специальный помост, на котором спали, а зимой под полатями часто держали телят и ягнят. Место для сна старшей супружеской пары (но не стариков, спящих на печи) в избе специально отводилось в одном из углов дома. Это место считалось почетным. Постельного белья крестьянство не знало. Исключение составляли наволочки.

Крестьянский этикет предписывал гостю, вошедшему в избу, остановиться в половине избы у дверей. Вторжение в «красную половину», где ставился стол, без приглашения, считалось не только неприличным, но и оскорбительным.

Подавляющее большинство крестьян жило в курных избах, т.е. избах, топившихся по-черному. Это объяснялось экономическими причинами – для отопления по-белому требовалось в два раза больше топлива. А так как пила еще не проникла в жизнь крестьянства и заготовка

18

дров осуществлялась от начала до конца топором, это требовало от крестьян больших затрат времени и физических сил.

Вто же время в конструкции изб произошли некоторые изменения:

вцентральных районах появились деревянные полы, важные как в гигиеническом отношении, так и в сохранении тепла. Другим новшеством стало появление потолка, повлекшее изменения в расположении окон: раньше три окна избы находились на разном уровне и среднее, возвышаясь над боковыми, выполняли функцию дымохода. С появлением потолка дым стал стелиться ровно и необходимость окон высоко на фронтоне отпала. Появились дымоводы, а у зажиточных крестьян – «косящатые окна», т.е. застекленные рамы, прикрепленные к срубу при помощи косяков.

Печь, как важный элемент крестьянского жилья, в XVIII в., стали использовать не только для обогревания жилья и приготовления пищи, но и как лежанку для сна. В передней части такой печи делались специальные печурки (углубления) для сушки лучины и бересты и шестки – выступы, служащие для хозяйки специальным столом. В одном из углов шестка устраивалась «загнетка» печурка, в которую закладывали угли, присыпанные золой, чтобы утром можно было разжечь печь, не «занимая» огонь у соседей («потерять огонь» считалось плохой приметой).

Одежда оставалась простой и состояла из рубахи (сорочки), как для мужчин, так и для женщин, с той лишь разницей, что женщины поверх рубахи надевали сарафан, а мужчины кафтан, длиной до колена с небольшими складками сбоку и по спине. Существовало множество наименований женской одежды типа «сарафан». В Тверской губернии он носил название «ферези», а в Новгородской глухой сарафан назывался «шушун».

Обыкновенной крестьянской обувью были онучи с лаптями. Онучи – это полоса ткани, которую наматывали на ногу от кончиков пальцев по самое колено. Затем надевали лапоть и веревками прикрепляли к намотанному полотну. Зажиточные крестьяне в праздничные дни надевали сапоги с медными скобами.

Пища крестьянских семей оставалась достаточно простой и традиционной. Главными продуктами питания крестьян были хлеб, похлебка из муки, квас, а также овсяная и ячменная каши. Широко использовались овощи: свежая и квашеная капуста, свежие и соленые огурцы, репа. Мясо в рационе крестьянства было крайне редким, причем источником его являлся не крупный рогатый скот, а овцы и свинина. Картофель, навязанный русскому обществу Петром, так и не стал основным продуктом и долгое время воспринимался крестьянством как «чертово яблоко». При этом чай, ранее используемый как лекарственное средство, превратился в национальный русский напиток, а самовар стал изобретением русского народа.

Огромная скученность обитателей крестьянских жилищ, затхлый воздух и скудное питание вызывали высокую смертность сельского населения.

19

Таким образом, традиционализм крестьянского образа жизни и мироощущения препятствовал существенным изменениям в крестьянской среде, происходящим в XVIII в. в России, а общинные порядки консервировали традиционно сложившиеся в деревне отношения. Они пытались держать крестьянское хозяйство примерно на одном уровне. Этого община достигала переделами земли, круговой порукой, мирской помощью, обязанностью нести рекрутскую повинность.

Конечно, интересы крестьян далеко не ограничивались пределами своей общины. Все крупные события общегосударственного масштаба находили отклик в крестьянской семье. Однако формами выражения отношения к ним оставались слухи, беседы, стихийные движения протеста, явления самозванства, фольклорные произведения.

Лекция 3. Город и городской образ жизни

Эволюция российских городов XVIII в. Согласно статистическим данным, к концу столетия жители города составляли 3 млн. населения, т.е. чуть более 8% населения России. Но именно в городах сформировался особый образ жизни.

Город являлся, как правило, центром определенной сельской округи и в силу развивающихся экономических связей проводником культурного влияния на сельскую местность.

В административном делении того времени города делились на столичные, губернские, уездные и заштатные, а, следовательно, на крупные, средние и малые. По губернской реформе 1785 г. особенно четко выявилось, что числа городов в России явно не хватает. Тогда некоторые сельские поселения были преобразованы в города и число их удвоилось, достигнув 500. Однако, вскоре выяснилось, что некоторые из учрежденных городов не соответствуют городскому уровню, и более 100 из них были опять сделаны селами. Все же большинство вновь учрежденных городов пополнило общее их число в России.

Показателем развития городов была концентрация в них торговопромышленного посадского населения. Кроме Москвы и новой столицы – Санкт-Петербурга, источники называют крупными городами Ригу, Астрахань, Ярославль, насчитывающие по 25–30 тыс. посадских. Большинство городов составляли малые с числом населения менее 500 душ.

К 60-м годам XYIII в. относится застройка городов по регулярным планам по образцу Петербурга. Система площадей, улиц и кварталов отразила достаточно сложную социальную структуру городов и обнаруживается в названиях улиц – дворянских, мещанских, посадских. В городах по-прежнему преобладали деревянные постройки, хотя Петр запретил деревянное строительство. Каменное строительство было дорогостоящим и возлагалось на плечи самих горожан. В Москве в качестве пошлины взимался камень, величиной не меньше гусиного яйца.

20