Слово не воробей

Вспомнил, как я однажды не сдержал эмоций, рассердившись на бюрократов одного госучреждения, устроивших волокиту с моими документами. Было это в Петербурге в 1990 году, то есть, еще в советское время. В очередной раз высидел в очереди у кабинета несколько часов. В очередной раз лишь ради того, чтобы узнать, что бумаги лежат без движения. Это было тихим издевательством. Выйдя из кабинета в плохом настроении, я в раздражении произнес, обращаясь к мужчине, с которым успел познакомиться в очереди: «Опять зря пришел. Хоть бы сказали конкретно – когда документы готовы будут. Четыре месяца уже без толку хожу. Достали, сволочи! Через год никто из них не будет работать на своем месте. Все это пакостное заведение будет закрыто! Вот увидите!».

Лишь через пару месяцев с большим трудом удалось получить документы. Позже я понял, что система бюрократической волокиты была рассчитана на выжимание взяток.

Ровно через год после моего высказывания все это учреждение решением местных депутатов было закрыто. Я заглядывал туда через несколько месяцев после закрытия. Учреждение оставалось закрытым. Коридоры были темны и пусты. Работали лишь несколько офисов коммерческих структур. Что было дальше, не знаю, не интересовался. Во всяком случае, тогда нескольким сотням чиновников пришлось искать работу. Другие аналогичные учреждения работали, как ни в чем не бывало.

С одной стороны, поделом им, паразитам, хорошо устроившимся в советское время. Этих элитарных приспособленцев не жалко. Но ведь эта, незапланированная магическая акция была лишней. Никакой проблемы она не решила. Бог их и так наказал бы. А вот я определенный потенциал полевого контроля задействовал. Конечно, потеряв в чем-то другом. Зачем, спрашивается? Со временем на место прежних негодяев пришли новые, не лучше предшественников.

И вообще, не моя это задача – такой мелочевкой заниматься, как судьба бюрократического учреждения. Рассердившие меня чиновники в текущем порядке все равно бы свое сполна получили. Бог гораздо внимательнее и справедливее, чем люди себе представляют.

Когда с людьми происходят неприятности, большинство из них думают, что не повезло, случайно все вышло. Ан нет, все поделом, все по справедливости. Просто лукавое сознание, к тому же зомбированное общепризнанными представлениями-глупостями, не способно осознать взаимосвязь между собственными проступками и воздаваемыми за них неприятностями.

А вообще я стараюсь контролировать эмоции и слова, чтобы своим мысленным раздражением не спровоцировать лишний раз для кого-нибудь катастрофу. Катастроф и смертей, произошедших с моими недругами и так многовато. Всегда агрессия исходила от них, я не отвечал. Я не трачу время и силы на врагов. Бог с ними разбирается. Главное мое дело – просвещать истиной. А то, что недоброжелателей преследуют неудачи, что они неизлечимо заболевают или погибают – это их проблемы. Правда, если сержусь, ситуация складывается для них катастрофичнее.

И ведь недоброжелательствуют без какой-либо особой пользы для себя: по привычке, по гнусности натуры, по глупости, ради самоутверждения, ради оживления ситуации, просто из прихоти или даже ради забавы. Быстро забывают об этом, поскольку для большинства из них это обычное дело. Но страдают потом совершенно всерьез, удивляясь, чем могли они, такие хорошие-пригожие, заслужить радикальное ухудшение жизни. В свете внезапно наступивших трагических перемен для них блеклая проза предшествующей жизни начинает казаться благоденствием. Что ж, себе вредить не запретишь…