Школа трудового права 1

готворительности не заслуживает никакого внимания, если ее конечной целью не является стремление доставить нуждающемуся возможность обходиться без нее..., так помочь нуждающемуся, чтобы он мог обходиться без посторонней помощи». При этом он утверждал,что«тольковвидувозможностиполногоотсутствияили значительных несовершенств частной благотворительности можно и приходиться признавать за государством нравственную обязанность организовывать общественное призрение»754. Во-вторых, трудовая помощь является мерой благотворительной. И, наконец, в-третьих, репрессивной мерой. В отношении последней характеристики А. Горовцев поясняет, что едва ли такой принудительный труд можно назвать трудовой помощью, правильнее было бы назвать его трудовым наказанием. Именно с этих позиций он провел сравнительно-правовое исследование истории и современного состояния организации трудовой помощи в России и других странах (Англии,Франции,Германии,Бельгии,Америкеидр.).Результатом научных изысканий стали теоретические и практические выводы. А. Горовцев разделил лиц, охватываемых трудовой помощью, на три класса. Каждой категории призреваемых предоставляются конкретные виды трудовой помощи. К первой группе относятся трудоспособные лица, желающие работать, но не могущие ее найти. Таким беднякам нужна или временная поддержка (например, немецкие станции питания и призрения, указания по приисканию работы), либо более долговременная помощь в учреждениях трудовойпомощиссовершенносвободнымидобровольнымхарактером, почти без всякого режима. Вторая группа призреваемых в состоянии, как пишет А. Горовцев, «возвратиться к труду, но густая тина нищеты все глубже их затягивает и приближает к уровню профессионального нищенства». Для этих призреваемых нужны учреждения трудовой помощи преимущественно с воспитательным характером, с известным режимом. Подобными учреждениями являлись немецкие рабочие колонии, в России – «евангелический» дом трудолюбия и др. Третья группа призреваемых – это профессиональные нищие, не желающие трудиться и совершающие преступления. Для них нужны исправительные учреждения с принудительнымтрудом.Ктаковымотносятся,например,рабочиедома.Во

754 Цит. по: Горовцев А. Трудовая помощь как средство призрения бедных. СПб., 1901. С. 27, 43.

301

всех этих трех учреждениях различного типа присутствуют все три элемента борьбы с бедностью – материальная поддержка, воспитаниеиисправление.Вкаждомизнихонитолькосвоеобразнокомбинируются. А. Горовцев, подводя итог исследованию, отмечает, что подобное жесткое подразделение нуждающихся в зависимости от их отношения к труду не только не утопия, но и вполне осуществимый факт, что доказывают примеры таких государств, как Бельгия и Голландия. В России этот принцип еще не нашел должного применения, более того, нередко в домах трудолюбия призревают не только трудоспособных, но и нетрудоспособных лиц755.

К числу специалистов-практиков по проблеме социального страхования может быть причислен Адольф Максимович Ноль- кен(1860–1919).Онродился30июля1860г.ипроисходилизсемьи прибалтийских немцев, титуловался бароном. После окончания юридического факультета Петербургского университета (1882 г.) он работал в Министерстве юстиции, в 1893–1901 гг. – в Варшавской судебной палате. Затем А. М. Нолькен снова вернулся в Министерство юстиции, а в 1905–1910 гг. являлся председателем Департамента Петербургской судебной палаты. Вершиной его карьеры стала должность сенатора в 1910–1917 гг. Революционные события он не принял, с 1917 г. оказался в отставке, а в 1919 г. покончил жизнь самоубийством.

Это был очень грамотный юрист-практик, который занимался толкованием законов и в этой части его сенаторской специализацией оказались законы о социальном страховании. По сути его исследования представляли собой развернутые комментарии и практические руководства по их применению756. Их практическая ценность несомненна, тем более что автор рассматривает страховые законы достаточно объективно.

А. М. Нолькен анализировал страховые законы, принятые с 1903 г. Он обоснованно отмечал новизну юридических принци-

755См.: Горовцев А. Трудовая помощь как средство призрения бед-

ных. С. 428–437.

756Нолькен А. М. Законы о вознаграждении за увечье и смерть в промышленных заведениях частных, общественных и казенных: Практическое руководство. СПб., 1911; Его же. Закон о страховании рабочих: Практический комментарий. СПб., 1913; Его же. Закон об обеспечении рабочих на случай болезни: Практическое руководство. СПб., 1914.

302

пов,установленныхЗаконом2июня1903г.Ноонжеподчеркивал, что «…практическое применение этих новых принципов весьма существенно осложняется несовершенством, и при том, главным образом, в редакционном отношении, Закона 2 июня 1903 г.»757. Это несовершенство налагалось на его главный недостаток – отсутствие страховых организаций работодателей и слабый предварительный учет возможных рисков. В законе назывались два вида страхования: 1) страхование в добровольных частных страховых обществах; 2) страхование в обществах взаимного страхования. Анализировал он и законы о вознаграждении за увечье и смерть в промышленных заведениях казенных управлений.

Ученый рассмотрел процесс расширения круга лиц, охваченных обязательным социальным страхованием. Он отмечал, что постепенно обязательное страхование профессиональных рисков получило широкое распространение в отношении отдельных категорий наемных работников на казенных предприятиях: в артиллерийских заведениях военного ведомства (1904 г.), государственной и сенатской типографиях (1905 г.), предприятиях морского ведомства (1906 г.), торговых портах (1906 г.) и др. Однако при этом данный вид страхования касался достаточно ограниченного круга лиц758.

Ученый констатировал, что действительно первым законом о страховании от несчастных случаев на работе стал Закон 23 июня 1912 г. Одновременно принимается Положение о страховании рабочих от несчастных случаев и Закон об учреждении Совета по делам страхования рабочих. Этот закон индивидуальную ответственность работодателей заменял коллективной ответственностью через страховые товарищества. Центр тяжести был перенесен на выплату пенсий, а выдача единовременных вознаграждений взамен пенсии была существенна ограничена. Коллективная ответственность создавала почву для введения профилактики травматизма, которая ранее традиционно игнорировалась. Был несколько увеличен круг застрахованных и расширено понятие «страхового случая». Страхованию подлежали, помимо охваченных Законом 1903 г., работники трамвайного транспорта, судоходства и частных железных дорог. Страхование осуществлялось по

757Нолькен А. М. Законы о вознаграждении за увечье и смерть в промышленных заведениях частных, общественных и казенных. С. 111.

758См.: Нолькен А. М. Закон о страховании рабочих. С. 33–35.

303

территориальному признаку, т. е. страна делилась на страховые округа, в каждом из которых учреждалось одно страховое товарищество. Однако, в целом оценивая Закон 1912 г., А. М. Нолькен отмечал, что этот закон «за немногими отступлениями, воспроизводит материальные и процессуальные положения Закона 2 июня 1903 г.»759. Отмечались и недостатки данного закона.

А. М. Нолькен констатировал, что страхование на случай болезнивРоссиивпервыебылолегализованоЗаконом23июня1912г. Одновременно было учреждено Присутствие по делам о страховании рабочих760. Круг застрахованных включал в себя фабричнозаводских, горных и горнозаводских рабочих, а также работников трамвайных предприятий, внутреннего судоходства и частных железных дорог. Постановлением Правительства в 1913 г. оно было распространено на предприятия Ленского золотопромышленного товарищества в Иркутской губернии. Однако вне системы страхования остались широкие слои наемных работников. Кроме того, не подлежали страхованию работники, работающие на предприятиях с числом менее 20 занятых, если на нем имелся двигатель, и менее 30, если двигателя не было.

Отмечалось, что органами страхования, по германскому образцу, выступили больничные кассы. Они учреждались исключительно при конкретных предприятиях, как и фабричные кассы, о которых речь шла ранее. Это касалось предприятий с численностью рабочих не менее 200, а для более мелких разрешалось открывать общие кассы на несколько предприятий. Теоретически можно было создать и общегородские кассы, но властями это не приветствовалось, и подобные случаи имели единичный характер. Каждая касса имела свой устав, утверждаемый владельцем предприятия. Предварительно он представлялся для получения мнения рабочих, которое имело рекомендательный характер. Уставы утверждались Присутствием по делам о страховании рабочих. Руководящим органом касс были общие собрания и правления. Их средства формировались из взносов самих застрахованных и работодателей в пропорции 3 : 2.

759Нолькен А. М. Закон о страховании рабочих. С. III.

760См.: Нолькен А. М. Закон об обеспечении рабочих на случай бо-

лезни.

304

В. М. Нолькен отмечал, что Закон 1912 г. впервые ввел принцип обязательности страхования. В него были вовлечены достаточно широкие слои работников, которые через больничные кассы удовлетворяли свои социальные потребности. Добавим, что Закон 1912 г. стал исходным пунктом для дальнейших реформ в сфере социального страхования. При всех своих недостатках он представлял собой крупное прогрессивное общественное явление, что признавалось и Адольфом Максимовичем.

Видным специалистом, подводившим теоретические основы под право социального обеспечения, был Владимир Федорович Дерюжинский (1861–1920). Это был один из ведущих российских специалистов в области полицейского права. Он родился 27 марта 1861 г. в Смоленске. После окончания Смоленской гимназии поступил на юридический факультет Московского университета, где завершил обучение в 1883 г. Оставлен на кафедре полицейского права, в 1883–1884 гг. в научной командировке в Париже и Гейдельберге. С 1886 г., после сдачи магистерских экзаменов, приват-доцент в том же университете, преподавал полицейское право. С 1891 г. экстраординарныйпрофессорЮрьевскогоуниверситета,в1895г.приглашенвАлександровскийлицейвПетербурге.Магистерскуюдиссертацию по полицейскому праву Дерюжинский защитил в 1896 г.

вХарьковском университете. С 1902 г. ординарный профессор Санкт-Петербургского университета, с оставлением в должности и

вАлександровском лицее. Доктор наук (1901 г.), затем заслуженныйпрофессор,заведующийкафедройполицейскогоправауниверситета. Являлся редактором «Журнала Министерства юстиции» (с 1895 г.). На эту должность его пригласил тогдашний министр юстиции В. Н. Муравьев (1850–1908), который некоторое время протежировалмолодомупрофессору.Крометого,Дерюжинскийвозглавлял журнал «Трудовая помощь» в 1897–1917 гг. Он был крупным специалистом в области «полиции благосостояния» и социального призрения, принимал участие в подготовке проектов социальных законов, в работе профильных государственных комиссий. После революции 1917 г. первоначально остался в России, но являлся активным противником большевистского режима. Некоторое время он жил на Юге России, сотрудничал с белым движением. Он считал, что Временное правительство не смогло справиться с анархией и разрухой и на этой волне вожаки большевизма смогли овла-

305

деть сочувствием масс. Идеалом ученого была парламентская монархия с прямым признанием народного суверенитета, с демократическим правлением761. Крушение белого движения на Юге страны означало крах его политических проектов и жизненных планов. Умер он 21 декабря 1920 г. от тифа, когда отправился к сыну, проживающему в США.

В. Ф. Дерюжинский был сторонником узкого определения полицейского права. В структуре предмета «полицейское право» он выделил следующие институты: полиция безопасности и право передвижения; полиция союзов и собраний, полиция печати; чрезвычайные меры полиции безопасности; санитарная и медицинская полиция, полиция нравов; народное образование; общественное призрение и благотворительность и фабричное законодательство762. Таким образом, содержание полицейского права он сводил к государственному регулированию (управлению), «на долю которого выпадает оказание населению всевозможного содействия к развитию его культурных интересов и удовлетворению многосложных потребностей его материального и духовного существования», а равно охране «общественного порядка и спокойствия как важных условий общежития»763. Специально стоит отметить данное ученым вполне адекватное определение фабричного законодательства как совокупности норм, «ближайшим образом регулирующих взаимные отношения предпринимателей и рабочих и ограждающих интересы последних от неблагоприятного влияния современных условий крупного производства»764.

Особый интерес представляют работы В. Ф. Дерюжинского об общественном призрении, в области которого он был признанным специалистом. Краткий обзор его эволюции был дан уже в учебнике по полицейскому праву765. По его мнению, в начале XX в. в развитых странах сложилось два типа организации призрения бедных по критерию его обязательности. Во-первых, оно могло носить

761См.: Дерюжинский В. Ф. О гражданском долге и демократии.

Ростов-н/Д., 1919. С. 4–23.

762См.: Дерюжинский В. Ф. Полицейское право. Пг., 1917 (это последнее из 4-х изданий этого учебника).

763Там же. С. 2, 16.

764Там же. С. 478–479.

765Там же. С. 396–477.

306

обязательный характер, что было свойственно Германии, Англии, США, Скандинавским странам. Во-вторых, оно могло строиться на факультативном принципе, как во Франции, Италии и Бельгии. Но и в последнем случае явно прослеживалась тенденция к его обязательности. Например, во Франции с 1843 г. представлялась общественная даровая медицинская помощь нуждающимся больным. В большинстве государств средства на призрение бедных отчислялись из государственных или местных бюджетов766.

Вспециальномисследовании«Заметкиобобщественномпризрении» он дал развернутый исторический очерк развития призрения в России, отмечая «много общего с западноевропейскими народами». Ученый выступил поборником государственной системы обязательного призрения. При этом он отмечал, что право бедняка на помощь не вызывает особых разногласий, что далеко нельзя сказать о способах оказания такой помощи. Для современников В. Ф. Дерюжинского главным предметом спора был вопрос о том, должно ли государство вмешиваться в это дело и регулировать его, или же оно должно быть всецело предоставлено заботам частной инициативы и благотворительности. Одни признают государственную систему обязательного призрения «весьма пагубной», парализующей энергию труда и стремление к самостоятельности,развиваянепредусмотрительностьвлюдях.Вэтойсвязизаботы о бедных должны быть предоставлены исключительно свободной деятельности частных лиц и церкви. Другие, в том числе и В. Ф. Дерюжинский, считали иначе. В обоснование необходимости организации системы государственного призрения он приводит два основных аргумента. Во-первых, он утверждал, что недостатки системы обязательного призрения большей частью не присущи ей как таковой. Эти недостатки свидетельствуют не против самого принципа обязательного призрения, а лишь против известных способов его применения. Он обоснованно полагал, что эти недостатки могут быть устранены лучшей организацией дела общественного призрения. Во-вторых, по мнению В. Ф. Дерюжинского, указание на частную и церковную благотворительность как на единственно рациональную систему вспомоществования бедным находится в явном противоречии с убедительными данными прошлой истории призрения, которые свидетельствуют именно о

766 См.: Дерюжинский В. Ф. Полицейское право. С. 402.

307

недостаточности и неудовлетворительности исключительного господства системы частной благотворительности.

Он писал: «… нет сомнения, что в дальнейшем развитие общественного призрения в России должно быть вверено органам самоуправления, земству и городским общественным учреждениям»767. Рассматриваярезультатыдеятельностимосковскойорганизациигородских участковых попечительств о бедных, В. Ф. Дерюжинский отмечал, что именно такая организация обеспечивает адресность постоянной и временной помощи нуждающимся усилиями различных учреждений (общественных, государственных, сословных). В основу деятельности названных попечительств был положен принцип индивидуализации дела общественного призрения, вызывающий необходимость тщательного обследования каждого просителя. Кроме того, попечительства о бедных не ограничивались содержанием богаделен и приютов для стариков и детей, они также открывали швейные мастерские, в которых бедные, но способные к трудуженщинымоглиполучатьзаработок,атакжепосреднические конторы для указания места и занятий прислуги и рабочим (службы трудоустройства)768. Таким образом, общественное призрение охватывало и иные формы помощи нуждающимся. Как отмечал В. Ф. Дерюжинский, в такой организации учреждений попечительства о бедных прослеживается «много общих черт с немецкой эльберфельдской системой»769. Не менее важен вывод В. Ф. Дерюжинского о том, что организация призрения бедных должна строиться на объединении деятельности всех благотворительных учреждений – сословных, общественных и частных и постоянном взаимодействии между ними и городским управлением, но без нарушения самостоятельности этих учреждений.

В. Ф. Дерюжинский исследовал постановку призрения за рубежом, в том числе в Англии и Франции770.

767Дерюжинский В. Ф. Заметки об общественном призрении. М., 1897. С. 87.

768Дерюжинский В. Ф. Попечение о домах трудолюбия. СПб., 1895.

769Там же. С. 101.

770См.: Дерюжинский В. Ф. Призрение бедных в Англии. СПб., 1906; Его же. Призрение прокаженных во Франции. СПб., 1889.

308

Достаточно неожиданно к проблемам социального призрения обратился Владислав Францевич Залеский (1861–1922)771. Он родился в семье приват-доцента Казанского университета 30 января 1861 г. В 1885 г. он окончил физико-математический факультет Казанского университета, после самостоятельной подготовки в имении выдержал в 1889 г. испытание за курс юридического факультета с дипломом первой степени. В 1892 г. сдал магистерские экзамены и затем был принят приват-доцентом кафедры политэкономии. С 1894 г. магистр и с 1899 г. доктор политэкономии. С 1895 г. преподавал курс энциклопедии права и истории философии права. С 1900 г. экстраординарный, с 1901 г. ординарный профессор. В этой должности ученый оставался до 1918 г. Февральскую революцию он встретил сдержанно, а октябрьские события 1917 г. вызвали его острое неприятие. В сентябре 1918 г. уехал в Томск, где до декабря 1919 г. был профессором политэкономии и статистики в местном университете. Его политическая активность имела ярко выраженный националистический характер. В декабре 1905 г. он выступил одним из учредителей казанского «Царско-народного русского общества», был его председателем, в 1906–1907 гг. издавал газету «Черносотенец». Это был эрудированный ученый, хороший оратор, однако склонный к «скоморошьим публичным выходкам». Он умер в Томске 15 февраля 1922 г.

Винтересующем нас контексте он подготовил исследование

озаконодательном регулировании призрения бедных на Западе772. Наиболее подробно он остановился на законодательстве Англии, Германии и Франции, в меньшей степени – Австрии, Италии, Дании, Норвегии, Швеции, Швейцарии, Голландии и Бельгии. Это достаточно сжатый обзор и сравнительно-правовое описание различных систем социального призрения с выявлением присущих им признаков и руководящих начал. Англия определена как классическая страна налога для бедных и закрытого призрения с рабочим домом, Франция – страна частной благотворительности и открытого призрения, Германия – как страна, где преимущество отдается открытому призрению, но есть и закрытое призрение, име-

771См.: Казанский университет. 1804–2004: Биобиблиографический словарь. Казань, 2002. Т. 1. С. 197.

772См.: Залеский В. Ф. Система призрения бедных в законодательстве и практике главнейших западно-европейских стран. Казань, 1912.

309

ется хорошо организованное общественное призрение и частная благотворительность. Отмечается успешность в этом плане Германии, с которой может конкурировать только Дания. Преимущества германской модели призрения бедных ученый видел в том, что она направлена не только на поддержание физического существования несчастных, но и на помощь призреваемому выбраться из нищеты и сделаться полезным членом общества. Достигается это эффективной трудовой помощью и индивидуализацией призрения. В. Ф. Залеский выделял германское социальное законодательство как пример высокой государственной мудрости и здравой национальной политики. Достаточно большой фрагмент книги посвящен призрению детей. Этот сюжет он рассмотрел впоследствии отдельно в достаточно объемном исследовании773.

Правом социального обеспечения занимался еще один известный административист и видный политический деятель

Илья Яковлевич Гурлянд (1868 – после 1921). Он родился в

1868 г. в г. Бердичеве (Киевской губернии) в семье раввина Полтавской губернии. После окончания гимназии с золотой медалью он поступил в Демидовский юридический лицей (г. Ярославль), который окончил в 1890 г. со степенью кандидата права,

ибыл оставлен для подготовки к профессорскому званию. Его учителем был выдающийся ученый, государствовед и полицеист А. Е. Назимов (1851–1902). С 1894 г. И. Я. Гурлянд приватдоцент кафедры полицейского права Демидовского юридического лицея. Разносторонняя подготовка и большая работоспособность позволили ему одновременно преподавать торговое

иадминистративное право, активно участвовать в деятельности Ярославского юридического общества. Кроме того, он подготовил около 10 достаточно крупных публикаций по истории права. Ученый был близко знаком с А. П. Чеховым. Наконец, Гурлянд проявил себя как талантливый литератор, поэт, автор большого числа рассказов, очерков, репортажей и рецензий774. Часть своих работ он подписывал псевдонимом Арсений Гуров. Многообразие его интересов и сегодня вызывает уваже-

773См.: Залеский В. Ф. Попечение о беспризорных и покинутых детях. Казань, 1917.

774См.: Гурлянд И. Я. Карьера: Повесть. М., 1896; Его же. На кресте: Повесть в стихах. Париж, 1921 и др.

310