- •Асов а.И. - Свято-Русские Веды. Книга Коляды
- •Расскажи, Гамаюн, птица вещая, нам о Велесе и о Дыюшке. И о первом явлении Крышня, и о том, как Велес сын Родович одолел в бою Дыя мощного.
- •Чёрным скалам. И бросался Крышень к Огню, ({ и поднял из костра головню.
- •Ничего не скрою, что ведаю...
- •Й тогда потрескалось небо, набежали чёрные тучи и задул пронзительный ветер, расплеска- лося сине море. Зашатался и замок Бармы.
- •I Как над морюшком, морем синим всё тума- нушки расстилались. Из-под белых-то тех туманов поднималося Красно Солнце. И хвалилась Царица Моря, говорила Ясному Солнышку:
- •Ничего не скрою, что ведаю...
- •«А кто станет у Камешка тешиться, да и тешиться-забавляться, перескакивать Чёрный Камень, тот останется здесь навеки».
- •I и тогда на Сарачинскую гору к Камню Чёрному Расень подымался, и весь мир подлунный им восхищался. И достиг он вершины, и оковы разбил, и от плена он Велеса освободил.
- •Расскажи, Гамаюн, птица вещая, как Зарю украл Китаврул, как отвез её к Ясну Месяцу, и как Хорсу братья Сварожичи молодую Зарю вернули!
- •Пойду ли, выйду ль я, да, в лес да по малинушку...
- •Расскажи, Гамаюн, птица вещая, о Деннице, рождённом Хорсом. Как Денница хотел вознестись выше звёзд, но упал, спалив Зем- лю-Ма тушку...
- •Ничего не скрою, что ведаю...
- •Ничего не скрою, что ведаю...
- •Расскажи, Гамаюн, птица вещая, как Перун победил зверя Скипера, как великие подвиги он совершил и как сёстрам своим дал свободу!
- •Сад освещу, вместе с Хмелем гостей дорогих веселя, а особенно Диву-Додолушку, молодую нашу невестушку!
- •Славься Божьей силой, светлый бог Ярила!
- •Ничего не скрою, что ведаю...
- •Испытай! Не смогу — главу отрубай!
- •Ничего не скрою, что ведаю...
- •Ны. А в той лодочке правит кормщик, рядом — два гребца-молодца. То Морского царя Черноморца слуги верные и проворные — всем приказам его покорные.
- •Поднялася над морем туча9 прилетел из-за тучи Ворон...
- •I и тогда Томинушка Камень поднял над сво
- •І цей, Крышень с Радой и Радуницей. Все явилися небожители и всех родов жрецы и правители.
- •И с тех пор среди частых звёзд в лодочке Луна проплывает.
- •I Оленем!
- •2) Остров близ устья Днепра (ранее Дона). На этом острове правит Стрибог.
-
Расскажи, Гамаюн, птица вещая, про Во- лынюшку — Мать Трех Солнц. Спой как Ра влюбился в Волыню. Как на мир надвинулась тень, и о свадьбе их в Велик-день!
-
Ничего не скрою, что ведаю...
Милый Боже! Ласковый Боже! Боже Вышний и Всеблагой! Чуден Ты на Земле и Небе!
Ты Отца Предвечного имя в Небе синем установил. В Мир войти возжелав, Ты родился. Сыном стал Ты, Отца родив.
У Отца детей-то без счёта, словно звёздочек в небесах. Но одна — любимая дочка, что Тебе, Всевышний, сестра.
О Великая, ставшая Небом и Владычицей Океана! Наполняешь ты всё собою! И в руках твоих каждый камень и былиночка, мотылёк, в поле самый малый цветок.
О Волынюшка дочь Сварога! Ты сияешь в саде Ирийском. А лицо твоё, словно Солнце, светлый Месяц в твоих косах, часты звёздочки в волосах... Звёзды частые рассыпаются, словно скатный жемчуг катаются, златы косушки до земли висят, очи ясные как огонь горят!
Как на морюшке — Беломорье да на острове Солновейском во саду стоял светлый терем. На его крылечке Волыня, вышивала она на пяльцах.
Как сидела и вышивала, вышивала и волхо- вала. Шила первый узор — море Белое, а на море — солнечный остров, а над островом — Солнце Красное.
Как увидел Ра — Солнце Красное то Волыни но рукоделие, так влюбился он в деву красную, в чудо-вилицу ту прекрасную. Всё смотрел он и изумлялся и к закату не опускался. И шесть месяцев так прошло, Ясно Солнышко не зашло.
Загорелись тогда долины, запылали горы крутые. Реки быстрые обмелели, и ладьи на мелюш- ки сели.
И сошлись тогда ото всех родов семьдесят волхвов и кудесников. Стали думать-гадать: как быть, как же это лихо изжить?
И пошли они ко Ирийским горам, и пошли они ко зелёным лугам, где поёт Гамаюн, и пасётся Земун. И парит над землей Матерь Слава — златокрылая Лебедь-пава.
И просили её кудесники:
-
О великая Матерь Слава, златокрылая Лебедь-пава! Ты уйми, утишь Ясно Солнышко! Землю-Мать он едва не сжёг, наше полюшко не сберёг!
И великая Матерь Слава сына Солнце спрашивать стала:
-
Солнце Сурья-Ра, милый сын! Что ж к закату ты не идёшь, и за край небес не зайдёшь? И зачем, сыночек любимый, ты поля и рощи спалил? Реки все вокруг осушил?
Так ответил ей Солнце Красное:
-
Мама, милая моя мама! Я увидел в море девицу — ту, что нет в целом мире краше! А лицо её, словно Солнце, светлый Месяц в её косах, часты звёздочки в волосах... Коль Больше моей не быть, перестану я восходить — в небесах не светить мне так ясно, как горел доселе напрасно. Пусть же мир покроет тень, завершится Велик-день!
И спустился Ра — Солнце Красное. И сокрылся за край небес. И полгода его не видно. Не является Ра на небе, и не светит он над Землёю.
И Земля — вся в чёрных одеждах, ничего в потёмках не видно. Во пещерах спрятались люди, не выходят в поле широкое. И поникла в полюшке нива, и ветра задули холодные, принесли снега и метели, и все горы заледенели.
Так закончилось лето, настала зима — а вокруг всё холод и тьма! Взлютовал мороз, выпал снег — а в пещерах запасов нет!
Вновь собралися ото всех родов семьдесят волхвов и кудесников. Стали думать-гадать: как быть? Как же это лихо изжить?
И решили тогда те волхвы-короли:
-
Мы пойдём ко Краю Земли, мы пойдём на полночь — туда, где Сварог среди льдов возвёл свой чертог, чтобы дочь его выдать за Солнце-царя, дабы вновь ожила Земля!
И кудесники стали над тем размышлять: как Сварога им отыскать? Ведь Творец он мира всесильный, также Мастер он златок- рыльный и волшебный Король Змеиный!
И имеет он три ключа — три волшебных и чудотворных, изначальною силой полных. Запирают эти ключи — все источники, кладенцы- ключи. Коль поднимет Сварог золотой свой ключ и замкнёт им покои туч, будет ясно — не жди ты зря с неба даже капли дождя. А другой серебряный чудо-ключ открывает покои туч, — если небо он отмыкает, то земля тотчас намокает — сильный ливень льёт и трава растёт. А железный ключ град скрывает, — коль Сварог его подымает, небо тем ключом отпирает, — град на полюшко выпадает и посевы все побивает.
И пошли волхвы-короли к Беловодью на Край Земли. И увидели море Белое, что покрыто всё льдами белыми.
А средь льдов — Солновейский остров, что горит венцом бесценным — Асградом красы нетленной. Златы шпили на шатрах, самоцветы на стенах, — и от них идёт сиянье средь созвёздий в небесах.
И волхвы к Солновейскому осторову по великим льдам перешли, и Асград средь льдов обрели. И входили они в ворота, и прошли ко храму Сварога.
И увидели: вот ко храму прилетел дракон златокрылый, а на на нём Сварог, князь Змеиный. Следом в храм, крылами сверкая, ринулась Сварожичей стая. Тут Сварог чрез двери вошёл и садился за злат престол. Справа от него — юдица, то Волынюшка-вилица.
Тут Сварог гостей привечал, им такое слово вещал:
-
Хорошо, что сейчас вы явились у нас, вы все семьдесят мудрых волхвов и царей! Приглашаю на трапезу вас, как гостей! Вы блуждали, но путь обрели вы во мгле и достигли града чудесного, лучше нет его на земле!
И направились к трапезе короли, что явились к Краю Земли. Только ко столам подступались, все Сварожичи подымались, — и порхнули, как птицы, тотчас за моря, им ни слова не говоря. С ними улетела юдица, то сама Волыня-вилица!
И тогда Сварог королям изрёк:
-
О вы, семьдесят королей, семьдесят великих царей! Вы вначале ступайте-ка ко горе, ко святой великой норе. Там хранится в бочке отличное красное вино трёхгодичное. Бочку в огненную колесницу вы скорей затем погружайте. И в повозке, парящей птицей, вы над Белым морем взлетайте. После в звёздных небесах выбейте у бочки дно, в море вылейте вино!
Князи ринулись к той горе, да ко той святой норе. Бочку там они находили, в колесницу её закатили, и Сварога они так молили:
-
Мы к Тебе, Сварог-отец, взоры обращаем! Мы Тебя, Великий Боже, просим, умоляем! Дунь на землю ветром буйным, ведь ничто Тебе нетрудно! Чтобы мы в сей колеснице воспарили, как на птице!
И Сварог той просьбе внял, всех ветровниц выпускал. И тогда в повозке звёздной князи воспарили, и из бочки той вино в Бело море лили.
И тогда обратно Сварожичи к трапезе златой прилетели, эту жертву они призрели. Вместе с ними семьдесят королей принима-
-
лися за обед. И Волыня служила им, — та, что краше на свете нет!
Ведь её лик — само Солнце Красное, Месяц светлый в её косах, звёзды частые в волосах. ^ Звёзды частые рассыпаются, словно скатный жемчуг катаются, златы косушки до земли висят, очи ясные как огонь горят!
И тогда все семьдесят королей, семьдесят великих князей, стали требовать и просить, и
-
отца Сварога молить, чтоб отдал он замуж девицу ту Волынюшку-чаровницу.
-
Красно Солнце любит Волыню, потому оно не восходит! Оттого зима не проходит! Лето красное не приходит!
Приносили они Сварогу красно золото, бело серебро, привели ко его порогу жертвенных быков круторогих.
И призрел Сварог подношение, высказал им благоволение:
-
Вы за трапезу принимаитесь, яствами теперь ■пц наслаждайтесь! Знайте, ваши мольбы до меня дош- ли, мне на сердце они легли.
И вот семьдесят князей, семьдесят царей — все расселись на скамьях, что повешены на цепях. И все принялись черпать отличное красное вино трёхгодичное.
А на небушке звёзды ясные соходились в дворце Солнца Красного. Песню там они напевали, также звёздную люльку сплетали...
И вот князи-волхвы все на празднике том — ублажили себя вином. Песни свадьбные запели, но закончить их не успели — люлька звёздная на цепях со небес на землю спустилась, дверца в люлечке той открылась.
И Сварог в тот же час как её увидал, тем князьям-волхвам провещал:
-
О вы, семьдесят королей! Семьдесят великих царей! Знайте, к Вышнему Богу жертва ваша дошла и Ему приятной была. И вот люлечка звёздная к нам прилетела. И Волыня в ту люлечку села...
И тотчас короли речь о том завели:
-
Быстро люлечка-та в небе звёздном парит, в ней Волынюшка-дева не спит, и не бдит.
И не люлечка то качается — вся Вселенная колыхается.
Там сидит Волыня — рыдает и главу свою приклоняет:
-
Ой ты мой отец, милый батюшка! Эта люлечка Богом сотворена, звёздами она сплетена! Сам Всевышний, мой брат, люльку ту опустил, люлькой той меня заманил. И поднял Он меня к небесам, ко своим золотым садам, чтобы Матерь Всеслава ему послужила, славы Вышнему возносила...
Причитания эти Сварог услыхал, и к дочери он воззвал:
-
О Волыня, зачем ты меня оставляешь? В беспросветной мгле покидаешь! В небесах на огненном троне, ты в волшебной сядешь короне. Ты царица Солнца отныне: летом греет Ра — Солнце Красное, а зимою долгой — Волыня.
Тут дева Волынюшка к Солнцу взошла, к чертогам его пришла. А Солнце в постели как прежде лежал и очи не открывал. И было ему тяжело, он не подымал чело. Но Матерь Все- слава его пробуждала и так ему провещала:
-
Встань, сын мой, Солнышко Ясное, чтоб видеть Волыню прекрасную! Сидит Волынюшка на крыльце, в твоём золотом дворце...
Тут он разомкнул очи ясные, увидел Волыню прекрасную. И сердце его встрепетало, возрадовалось , взликовало:
-
Волыня, любимая, что же ты ждёшь? Сидишь у порога, ко мне не идёшь? О дева! Так дай же себя мне обнять и в ясные очи поцеловать!
И эти слова он ещё не изрёк, и голос его не умолк, как дева Волыня с ним рядом вставала, и лик его ясный поцеловала:
-
О Ясное Солнце, тебя я люблю, и также тебя молю... Восстань же ты нынче на небе со мной, твоею Ясной Зарёй. И Землю-Мать ты согрей, людей внизу пожалей...
Бог Солнца на это согласие дал и на небе заблистал. А после Матери Славе слова такие вещал:
-
О Мама, милая Мама! Отныне я буду на небе блистать, греть землю и освещать, чтоб люди покинули норы глубокие, пошли в долины широкие, все стали сеять и жать, и Вышнего прославлять!
И вспомнил тут Солнцебог:
-
Ведь Вышень-Даждьбог так меня остерёг: «Шесть месяцев ты освещаешь поля, чтоб тёплой стала земля... Затем же не сможешь ты подыматься и будешь в покоях своих укрываться. Потом я закрою дворец дождевой, открою же снеговой. И будет ненастье шесть месяцев длиться, и будут снега валиться... Настанет зима суровая, холодная, снеговитая и вьюгами перевитая, ведь люди жертв не давали и Бога не прославляли!
Тогда говорила супругу Волыня.
-
Да, так и будет отныне! Но я стану Вышня молить, чтоб мне позволил светить — шесть месяцев: осень дождливую и зимушку ту тоскливую...
Тут Солнце прорёк птице Славе:
-
О Мама, Матерь Всеслава! Всевышнему Богу дары принеси, и так его вопроси: даёт ли Вышний прощение, от лютых бед избавление?
Ещё не закончил ту речь Солнцебог, как алой зарёй загорелся восток. И тут стало Солнце над миром блистать и землю обогревать.
И тут же все семьдесят королей, могущественных царей, собралися и пошли к горам родимой земли. В пещеры стали входить, на свет людей выводить, чтоб люди покинули норы глубокие, пошли в долины широкие, колосья созревшие принялись жать, в амбары и ступы зерно собирать, чтоб полнились закрома, пока не пришла зима.
Когда ж они в поле жали и урожай собирали, то диво они видали — близ Солнышка на востоке там Матерь Слава явилась и к Вышнему возносилась...
Когда ж Она возносилась ко горним златым чертогам, вещала Вышнему Богу:
-
О Боже Всевышний, молю дай ответ: ты будешь карать, иль нет? Ведь та Волыня прекрасная живёт у Солнышка Ясного, и Богу службу справляет, Всевышнего прославляет!
-
О Матерь Всеслава, таков мой ответ: людей я прощу и избавлю от бед, поскольку Волыня прекрасная, так любит Солнышко Ясное... И пусть люди Вышнему жертвы приносят — коров круторогих во храмы приводят. В Велик- день вино трёхгодичное пьют и Солнышку Красному славы поют!
Вот так навечерие было Всевышним сотворено, и Трапезой Золотою прозвалось с тех пор оно. И так сошла с мира тень в сей праздничный Велик-день.
И люди увидели Солнце лучистое, которое с Девой Пречистою, над миром сим поднялось, чтоб празднество началось!
Минуло три месяца и Солнцебог такие слова Славе Матери рёк:
-
О Мама, милая Мама! В угоду мне, Мама, пусть всё утихает, и спать никто не мешает: Пришло время лечь мне на лоне любви, невесту мне призови...
И тут слуги верные двери закрыли, злату ^ постель застелили. Затем с Солнца ризы златые снимали, и всё приготовили в огненной зале, где ризы Солнца хранились, а после прочь удалились. И Солнце с Волынею возлегли на ложе златом любви.
И только с Солнышком Красным, своим супругом прекрасным, Волынюшка возлегла — так в тот же час понесла. Поскольку на небе не мало, не много — три месяца славила Вышнего Бога.
И вот уж ей время приспело родить, и стала Волынюшка Солнце молить: на землю рожать чтоб её отпустили, домой её опустили. Ведь на небе в огненной зале — досель ещё не рожали. Здесь нет и воды родильной, и жар стоит очень сильный.
И Красное Солнце мольбу услыхал, и так супруге сказал:
-
Тебя я с небес вниз на землю спущу и от того загрущу: на мир надвинется тень, зако- чится Велик-день! Молю, ты детей до заката роди и вновь на небо приди. Возьми-ка кольцо золотое, вилица! Его повернёшь — и ко мне возвратишься!
И звёздных сестёр он к себе призывал, и тут же им приказал: ту люлечку звёздную сотворить, Волынюшку опустить. И все сёстры звёздные приходили, и в люльке Волынюшку опустили.
-
Спускайся, сноха! Вниз на землю ступай! Пей воду родильную ты и рожай! Родишь ты вскоре детей — сынка и двух дочерей. Родятся дети святыми — с косицами золотыми!
Та звёздная песнь в небесах разливалась, и люлечка опускалась. И вот опустилась она ко крыльцу, ко золотому дворцу.
Но был дворец в запустенье, заброшен давно в небреженье. И град был безлюден уже много дней и стал пристанищем змей...
Сварог ведь оставил в Асграде престол и в светлый Ирий ушёл. Там были лишь самови- лы, великие горные вилы. И начали вилы поклоны давать, роженицу прославлять.
Затем великие вилы из Асграда в Ирий святой унеслись — Сварогу о дочери весть принесли. А также они Живу Юду сыскали, к Волыне её позвали, чтоб та Жива Юда — живую водицу доставила роженице.
Из Ирия вскоре явился Сварог — драконом златым он прилёг на порог, а после колечком свернулся и вновь собой обернулся.
А с ним Жива Юда от Бога пришла, и были у ней за спиной два крыла. В руках же златая чаша с живой родильной водой, святою и ключевой. Ведь Жива родильную воду открыла и в чашу её налила.
И Жива-юдица давала водицы:
-
Волынюшка-вилушка, воду отпей! А после рожай смелей!
И вила Волыня чуть-чуть пригубила, живой водицы отпила. Едва из чаши отпила, во тот же час и родила — двух дочек, а следом сына, с косицами золотыми!
Родила Волынюшка — Раду, что Солнышко затмевала и Крышню супругой стала.
Родила Плеяну, Владычицу моря, что стала супругою Святогора.
А следом родился бог Хоре Солнцелицый, что мужем стал Зареницы.
И были пир и гуляние. И радость была великая в Асграде том золотом — о том мы песню споём!
И вот уж Велик-день кончается, а праздник не прекращается. На празднике том задержать захотели Волыню-вилицу — родные сестрицы.
Марена и Живушка вилы во храме ставни закрыли и свечечки запалили.
И вот уже Солнце к закату склоняется — Волыня не возвращается. Она на пиру во Асграде святом не ведет ни о чём.
Владыка Сварог сам тому удивился и к дочерям обратился:
-
Зачем же вы окна во храме закрыли и свечечки запалили? Ведь мы не видим напрасно: заходит ли Солнце Красное?
Открыли дочери ставни, и видят: последний луч послало им Ясно Солнце, и сразу зашло средь туч.
Тотчас Волыня Свароговна колечко волшебное повернула и облачком обернулась. Над морюшком Солнцу вослед полетела и только чуть не успела... И так дождём пролилась она в то морюшко синее, Водяницей став отныне.
Теперь Солнце-дева Волыня средь звёзд плывёт на Дельфине. Средь ночи — Млечным путём, дорогою Солнца — днём.
А Сурья-Ра, Солнце Красное, — рекою пролился с Уральских гор, Водяником став с тех пор. И только Суряный — сурицей пролился, к Волыне он устремился. Потёк к Волынскому морю Великою Ра-рекою, а также рекой Сурою.
Так Солнце-владыки бог Ра и Волыня — Владыками вод также стали отныне.
Днём в солнечной колеснице над миром посменно супруги блистают и землю обогревают.
А ночью плывут в ладье золотой, небесной Млечной рекой.
И ныне в Великий День Волыню все вспоминают и Солнышко прославляют!
-
Ты пропой, Гамаюн, птица вещая, нам о Белом острове Крышня и о Тульском острове Ильма, о Златом Алатырском острове. Спой о битве Кащея с Крышнем!
-
Ничего не скрою, что ведаю...
За полями широкими Бармы, за лесами дремучими Сивы, да за Дыевыми горами, да за реченьками бурливыми, есть Священный Край сына Вышня.
о
Как во том Окияне-море подымались из волн три острова. Первый остров Фаворский Белый, следом Тульский и Алатырский.
Тот священный остров Фаворский недоступен даже для мысли, неподвластен ничьим веленьям. Он покрыт садами чудесными, там цветут левкои и розы. И по тем цветущим садам ходят-бродят дивные звери, там поют ирийские птицы.
И по острову по Фаворскому там гуляет сам Вышний Крышень. У него-то, у светлоокого, золотом сияет головушка. Он поёт, играет на дудочке — на волшебной той самогудочке.
Прилетают, услышав песню, к Крышню в сад Гамаюн и Финист. Прилетает и Алконост, а за ней прилетает Сирин, следом — все ирийские птицы. Оперенье у птиц тех разное
И одни пёрышки золотые, а другие перья — багряные, третьи — синие и зелёные. Прилетают и белы голуби — оперенье у них, как снег.
И щебечут птицы ирийские. И поют одни громким голосом, а другие щебечут тихо, третьи — тонко, иные — нежно, и поют они так согласно, как никто вовеки не слышал.
А на острове Алатырском — и земля, и камни из золота. Там растут золотые яблони, а на яблонях — златы яблочки. Там ручьи и речки струятся да по камушкам золотым. Средь златых ветвей и цветов там поют ирийские птицы и сияют златыми перьями.
Как на тот Алатырский остров едет Сурья- Ра на закате дня. Едет он по Млечной Дороге на своей златой колеснице.
Как во ту колесницу Солнца золотые быки запряжены. Распрягает Сурья своих быков, отпускает их в бычье стадо — здесь их тысяча без единого. И гуляют они по острову, и мёд- сурью пьют из ручьёв златых, и едят траву золотую.
И приходит Солнце в златой дворец. И садится Сурья на трон златой. И пирует, и веселится, пока длится полгода ночь.
А у Ильма на Тульском острове из железа выстроен замок. В замке Ильма Тульского — кузница.
Ильм куёт оружье волшебное: Меч Сваро- жий и Лук с Громовой Стрелой. Он куёт и бьёт мощным молотом, и очаг его пышет пламенем, разлетаются искры по всей Земле, свод небесный гром сотрясает.
Помогают Сварожичу Реби, что постигли знанье кузнечное у отца Сварога небесного. Раздувают они пламя жаркое, бьют кувалдами по железу.
Вот и Ночь расправила крылья, вот и звёзды сияют в небе. А на острове Белом — праздник. Ильм и Сурья в гостях у Крышня. И сияньем северным небо озарилось из края в край.
Что там? Ветер ли дует с юга? Закружился ли вихрь чёрный? Почему вдруг травы поникли и цветы опали с деревьев, птицы все умолкли в саду?
То не чёрный вихрь кружится, то бушует не сильный ветер, то от Хвангурских гор гор Чёрный Идол скачет на коне Черногривом! Был тот Идол сильномогучий и на всю поднебесную дивный. Тело Идола — как копна, голова — котёл, руки — вилы. Обернулся тем Идолом царь Кащей, чтоб ему не собрать костей!
Дунул он на Белое море — заморозил Бедое море, и пришёл по льду к Злату острову, и увёл быков бога Солнца Ра.
-
Где ж быки мои златорогие? — опечалился светозарый Ра.
И сказал тогда Вышний Крышень:
-
Ильм и Сурья! Похитил Идол со Златого острова стадо! Вы найдите-ка Чёрна Идола и верните нам золотых быков! А иначе день не настанет, вечно в мире пребудет ночь!
И ответили Ильм и Сурья:
-
Тот Кащей Бессмертный, сын Вия, за покражу будет наказан!
Ильм и Сурья тогда собрались за быками теми в погоню, и поднялись в корабль летучий, и над морюшком Белым взмыли. То не просто її, ^ летучий корабль расправлял могучие крылья — и* это «Звёздная Книга Вед» разворачивала страницы!
Как летел он над Белым морем, волновало- ся море Белое, поднималися волны сильные, льды великие расходились.
Вот стал виден далёкий берег, вот и скалушки Беломорья. И встречают на бреге моря Ильма с Сурьею дети Бармы — то могучие великаны Ман и Маня, сестра и брат.
-
Мы не пустим вас, Ильм и Сурья, в землю отчую бога Бармы!
Крепко встали они на бреге. Гомозули — народ подземный — ноги их к мысам приковали, обвили верёвками медными.
И тогда поднял Ильм Сварожич для стрель- ^ бы свой Лук с Громовой Стрелой. Натянул тетиву железную и промолвил такое слово:
-
Ты лети, Стрела Громовая, попади не в горы, не в море — попади ты в грудь бога Мана и сестры его мощной Мани!