2.4. Возможность отступления

Как показывает прецедентная практика Европейского суда, в контексте вооруженного конфликта немеждународного характера, даже когда факты убедительно указывают, что обстоятельства могут подпасть под описание "войны или иной чрезвычайной ситуации", в отсутствие явно выраженного отступления от обязательств положения права в области защиты прав человека остаются применимыми в полном объеме. Поскольку "в Чечне не объявлялось ни военного положения, ни чрезвычайной ситуации и не было заявлено о принятии мер в отступление от обязательств согласно статье 15 Конвенции... операцию, о которой идет речь, нужно рассматривать с точки зрения правовых норм, действующих в обычных обстоятельствах" <19>.

--------------------------------

<19> Isayeva v. Russia, § 191. URL: http://hudoc.echr.coe.int.

3. Позитивное обязательство проведения

расследования - общие принципы

3.1. Обязательство следует из текста

статьи 2 и статьи 1 Конвенции

Сразу отметим, что текст Конвенции не содержит дословного указания на обязательство проведения расследования в случаях применения силы, влекущей за собой лишение жизни или потенциально влекущей за собой лишение жизни. Это обязательство, без которого сегодня невозможно представить себе правовой ландшафт Европы, выводится практикой Суда последних трех десятилетий в массиве индивидуальных дел, и поэтому так важно знать основные ориентиры в этом "некодифицированном кодексе" судебной практики. Ниже будут перечислены основные принципы, выработанные Судом в отношении данного обязательства, а затем более подробно рассмотрены проблемы, встречающиеся в жалобах против Российской Федерации.

Еще в самых первых решениях, вынесенных контрольными органами Конвенции, была сформулирована идея о том, что Высокие Договаривающиеся Стороны связаны обязательствами не по отношению друг к другу, а к лицам, чьи права и свободы они обязуются обеспечивать. Задачей этих обязательств является установление общего публичного порядка на основе прежде всего свободы и верховенства права и защита прав отдельных лиц <20>.

--------------------------------

<20> Austria v. Italie, no 788/60, (dec.) Commission du 11 janvier 1961, Decisions et rapports (DR). 1961-4. P. 139.

При толковании первого предложения статьи 2 Конвенции, согласно которому "право каждого лица на жизнь охраняется законом", Европейский суд в деле МакКанн пришел к выводу, что оно включает в себя позитивное обязательство проводить эффективное расследование в случаях насильственного лишения жизни, особенно когда предполагаемыми виновниками смерти оказываются органы государственной власти. Суд справедливо отметил, что общеправовой запрет лицам, действующим от имени государства, произвольно лишать кого-либо жизни был бы неэффективным на практике, если бы не существовала процедура для рассмотрения законности применения государственными органами силы, влекущей за собой лишение жизни. Обязанность охранять право на жизнь, содержащаяся в этой норме (статья 2), рассматриваемая в сочетании с общей обязанностью государств, согласно статье 1 Конвенции, "обеспечивать каждому человеку, находящемуся под их юрисдикцией, права и свободы, определенные в разделе I настоящей Конвенции", подразумевает необходимость иметь в той или иной форме возможность провести эффективное официальное расследование в случаях гибели людей в результате применения силы, в том числе лицами, действующими от имени государства <21>. Сюда входит главнейшая обязанность государства обеспечить право на жизнь, закрепляя эффективные уголовно-правовые положения для запрета преступлений против личности, поддерживаемых государственным аппаратом, созданным для предотвращения, пресечения и наказания за нарушения указанных положений <22>.

--------------------------------

<21> McCann and Others v. the United Kingdom, § 161; см. также: Yasa v. Turkey, 2 September 1998, § 98, Reports 1998-VI; Tanrikulu v. Turkey [GC], no. 23763/94, § 101, ECHR 1999-IV. URL: http://hudoc.echr.coe.int.

<22> Kilic v. Turkey, no. 22492/93, § 62, ECHR 2000-III. URL: http://hudoc.echr.coe.int.