6. Дискурсивные модели в разных культурах

Основываясь на исследованиях Г. Триандиса, можно выделить дифференцированные стратегии коммуникации.

Жители США, например, часто используют короткие фразы, а во многих высококонтекстных (восточных) культурах такая форма коммуникации не одобряется. В ряде культур практикуется преувеличение («самый ужасный», «самый страшный»), в большинстве своем это культуры высокого контекста (Бразилия, Армения), в других же культурах культивируется умеренность и сдержанность (Великобритания).

Определенность и конкретность доминируют в дискурсе США, Западной Европы; в Китае и Японии принята некая дискурсивная обтекаемость.

Как правило, представители коллективистских культур избегают дискурсивных конфронтаций, в разговоре «ходят вокруг да около», а представители индивидуалистских культур переходят в речи к сути дела так быстро, что коллективисты часто бывают шокированы.

Что касается структуры сообщений, то, по мнению Г. Триандиса, для коллективистов более значим дискурсивный процесс (что и как говорится); для индивидуалистов — результат (что получается в итоге). Индивидуалисты используют линейную логику, коллективисты — нечеткость, иносказание. Большую роль в передаче и переработке информации играет собственно контекст: в высококонтекстных культурах для наиболее адекватного взаипонимания необходим личный контакт, так как там велика роль паралингвистических параметров.

Структура сообщений, с точки зрения Г. Триандиса, тоже не идентична в разных культурах, так как языковые структуры различны.

В англо-саксонских культурах аргументация строится линейно, перечисляются факты, на их основе делается заключение либо, напротив, высказывается предположение, которое затем эмпири­чески подкрепляется.

Семитский принцип аргументации, по мнению автора, это сово­купность параллельных аргументов, связанных союзами. Каждый изаргументов подкрепляется параллельным («правильный спо­соб» — «способ выхода за...»).

Представители восточных культур используют аргументацию, Имеющую разветвленную структуру («невероятно трудно при­шить вашу правоту, но мы постараемся сделать так...»).

Романская аргументация включает ряд отступлений от главной линии.

В русской традиции, по мнению Триандиса, существует четкое начало и конец в аргументации, но в середине много суждений, не имеющих никакой логической связи друг с другом.

Представители коллективистских культур больше внимания уделяют доброжелательной атмосфере в коммуникации, чем про­блеме истинности. Представители индивидуалистских культур, напротив, высоко ценят факты и только по остаточному прин­ципу учитывают мнение руководства. На Западе в аргументации используется преимущественно индукция, тогда как на Востоке — дедукция. Структура западного дискурса: «факт — факт — факт — включение»; структура восточного: «заключение — оно же и доказательство».

Г. Триандис считает, что для коллективистов значимы сообщения, которые исходят от мужчин, статусных персон, а для индиви­дуалистов важна информация, исходящая из достоверных источ­ников. На Западе идентичность зависит от успехов индивида, в большинстве восточных культур — от принадлежности к опре­деленному клану.