15. Цикл сказаний об Инанне. Поэма «Энки и Нинхурсаг». Характер мифологического и

религиозного сознания шумеров.

16. «Поэма о Гильгамеше». Особенности эпического творчества шумеро-аккадского

периода

17. Право и обычай: «Законы Хаммурапи», табличка «о трех убийцах и жене убитого»

«О трех убийцах и жене убитого»

Процесс, о котором идёт речь, состоялся около 1900 г. до н. э. Был убит человек по имени Лу–Инанна, нишакку, храмовой чиновник. Убийцы должны были предстать перед собранием граждан Ниппура, которое выполняло функции верховного суда.

Вот протокол этого судебного заседания:

Нанна–сиг, сын Лу–Сина, Ку–Энлиль, сын Ку–Нанны, цирюльник, и Энлиль–Эннам, раб Адда–каллы, садовник, убили служителя нишакку Лу–Инанну, сына Лугальапинду.

После того как Лу–Инанна, сын Лугаль–апинду, был убит, они сказали Нин–даде, дочери Лу–Нинурты, жене Лу–Инанны, что её муж Лу–Инанна убит.

Нин–дада, дочь Лу–Нинурты, не отверзла уст, губы [её] остались сомкнутыми.

Об этом деле [тогда] доложили царю [города] Иссина, [и] царь Ур–Нинурта повелел, чтобы это дело рассмотрело собрание Ниппура.

Там Ур–Гула, сын Лугаль…; Дуду, птицелов; Али–эллати, клиент [?]; Бузу, сын Лу–Сина; Элути, сын… Эа; Шешкалла, носильщик [?]; Лугаль–кан, садовник; Лугаль–азида, сын Син–андуля, [и] Шешкалла, сын Шар–… обратились [к собранию] и сказали:

«Те, которые убили человека, недостойны жить. Эти трое мужчин и эта женщина должны быть преданы смерти перед седалищем служителя нишакку Лу–Инанны, сына Лугаль–апинду».

[Тогда] Шу…–лилум… служитель Нинурты, [и] Урбар–Син, садовник, обратились [к собранию] и сказали:

«Да, муж Нин–дады, дочери Лу–Нинурты, убит, [но] что сделала [?] эта женщина, чтобы её убивать?»

[Тогда] [члены] собрания Ниппура обратились [к ним] и сказали:

«Женщина, которую муж не обеспечивал [?], — пусть даже она знала врагов своего мужа и, [когда] её муж был убит, узнала, что её муж убит, — почему бы ей не хранить [об этом] молчание [?], кто действительно убил».

Согласно решению [?] собрания Ниппура Нанна–сиг, сын Лу–Сина, Ку–Энлиль, сын Ку–Нанны, цирюльник, и Энлиль–эннам, раб Адда–каллы, садовник, были отданы [палачу] для казни. [Это] дело было рассмотрено собранием Ниппура…

Несмотря на то что этот текст содержит отдельные испорченные и неясные места, в целом он понятен и исследователям, и любителям истории. По мнению С. Н. Крамеpa, который изучил и перевёл этот древнейший отчёт об уголовном процессе (с точкой зрения Крамера согласны и другие шумерологи, а также историки, занимающиеся этой эпохой, — А. Фалькенштейн, X. Шмёкель и др.), перед нами первый в истории человечества документально подтверждённый своеобразный суд присяжных. То обстоятельство, что выступавшие перед судом люди не именуются свидетелями и что судьи обращаются к ним, по–видимому, подтверждает эту догадку. Девять «присяжных» потребовали казни не только трёх убийц, но и жены убитого. Двое выступили в защиту женщины, против признания её соучастницей преступления.

И современному суду это дело не показалось бы простым, сегодняшним юристам тоже было бы над чем задуматься. Как же богата и многообразна традиция судопроизводства шумеров, если судьи вникали в такие тонкости, как психологические мотивы молчания жены, узнавшей от преступников об убийстве её мужа. Этот документ, как и все шумерские судебные отчёты, составлен в весьма лаконичных выражениях, поэтому мы можем только догадываться о том, насколько тщательно судьи проанализировали это дело, прежде чем пришли к выводу, что Нин–дада, хотя и не сообщила властям о совершённом преступлении, всё же не была соучастницей.

Это решение собрания граждан Ниппура, по–видимому, было широко известно в царстве Ур–Нинурты, в особенности в среде юристов. Тот факт, что до нас дошли две копии этого судебного отчёта, означает, что он имел силу юридического прецедента, по поводу которого велись дискуссии и который следовало сохранить в памяти. О том, что это дело принадлежало к числу сложных, свидетельствует то обстоятельство, что приговор вынес не сам Ур–Нинурта, не судьи его столицы, а граждане Ниппура.

Но, может возразить внимательный читатель, дело происходило в годы царствования Ур–Нинурты, около 1900 г. до н. э., через сто лет после крушения государства Шумер (Ур–Нинурта был шестым правителем династии Иссина). Что общего имеют со всем этим шумерские законы и обычаи? И при чём здесь шумерский гимн богине Нанше, фрагменты которого помещены в начале этой главы?

Ответим последовательно на все вопросы. Во–первых, приведённый нами юридический документ составлен на шумерском языке. Во–вторых, шумерские законы и обычаи легли в основу законодательства цивилизаций, которые на протяжении последующих тысячелетий возникали в Месопотамии. И хотя ко времени царствования Ур–Нинурты государство Шумер перестало существовать, хотя численность шумерского населения быстро сокращалась, так как страну заселяли семитские народы, традиция шумерского законодательства и судопроизводства (как и вся шумерская цивилизация в целом, созданная на протяжении тысячелетней истории Шумера) оставалась прочной и нерушимой. Пройти мимо всего этого завоеватели не могли. Семитские правители страны, стремившиеся при помощи законодательных актов укрепить свою власть над завоёванными территориями, копировали шумерские законы, лишь немного изменяя их. Передавая дело об убийстве на рассмотрение собрания граждан Ниппура, царь Ур–Нинурта, несомненно, следовал шумерской традиции, ибо, как считает Якобсен, «в случаях серьёзных преступлений функции суда выполняло собрание граждан, которое выносило смертный приговор или осуждало преступника на изгнание». Тот факт, что шумерские законы бережно сохранялись и выполнялись, косвенным образом свидетельствует об их точности, чёткости, ясности и устойчивости. В настоящее время учёными обнаружены и прямые подтверждения этому. Исследователи давно предполагали, что, коль скоро в Шумере в эпоху третьей династии Ура существовала достаточно совершенная система судопроизводства, должны были существовать писаные, чётко сформулированные и обязательные как для судей, так и для граждан законы. Постепенно, по мере ознакомления с шумерскими письменными документами, учёные всё больше убеждались, что прославленный царь Хаммурапи, диоритовая стела которого с высеченными на ней законами была раскопана в 1902 г. в руинах города Сузы, не был первым законодателем в истории человечества. Существовали какие–то образцы, которые он усовершенствовал и приспособил к новым условиям, к потребностям своего времени, традициям и обычаям своего народа. Однако всё это были не более чем догадки, домыслы, тогда как стела Хаммурапи существовала реально.

Между тем через двенадцать лет после находки стелы Хаммурапи археологи наткнулись на фрагменты более древнего, написанного по–шумерски свода законов. Археологическая экспедиция 1947 г. обнаружила недостающие части этого документа, оказавшегося сводом законов царя Липит–Иштара из династии Иссина. Таким образом, история законодательства была отодвинута на 150 лет назад. В 1948 г. исследователи нашли аккадский свод законов из Эшнунны, который был на несколько десятилетий старше кодекса Липит–Иштара. 1952 год принёс новое открытие.

Достигнутый шумерами высокий уровень цивилизации, созданная ими на протяжении веков общественно–политическая организация требовали тщательно разработанных юридических норм

для всех сфер жизни. Шумерам были необходимы чётко сформулированные, опирающиеся на традицию законы, соблюдать которые должны были все граждане.

Выводы:

1. Никакое преступление не может остаться безнаказанным, тем более убийство. Справедливость, которую охраняет покровительница законов богиня Нанше, должна восторжествовать, иначе гнев и месть богини обрушатся на людей.

2. Перед нами первый в истории человечества документально подтверждённый своеобразный суд присяжных.

3. Как же богата и многообразна традиция судопроизводства шумеров, если судьи вникали в такие тонкости, как психологические мотивы молчания жены, узнавшей от преступников об убийстве её мужа.

4. Этот документ, как и все шумерские судебные отчёты, составлен в весьма лаконичных выражениях, поэтому мы можем только догадываться о том, насколько тщательно судьи проанализировали это дело, прежде чем пришли к выводу, что Нин–дада, хотя и не сообщила властям о совершённом преступлении, всё же не была соучастницей.

5. до нас дошли две копии этого судебного отчёта, означает, что он имел силу юридического прецедента

6. приговор вынес не сам Ур–Нинурта, не судьи его столицы, а граждане Ниппура.

О том, что это дело принадлежало к числу сложных, свидетельствует то обстоятельство, что

Передавая дело об убийстве на рассмотрение собрания граждан Ниппура, царь Ур–Нинурта, несомненно, следовал шумерской традиции, так как, по словам Якобсена, «в случаях серьёзных преступлений функции суда выполняло собрание граждан, которое выносило смертный приговор или осуждало преступника на изгнание».

7. Однако дело происходило в годы царствования Ур–Нинурты, около 1900 г. до н. э., через сто лет после крушения государства Шумер. Получается, что

· шумерские законы и обычаи легли в основу законодательства цивилизаций, которые на протяжении последующих тысячелетий возникали в Месопотамии.

· При завоевании Шумера семитскими народами, традиция шумерского законодательства и судопроизводства оставалась прочной и нерушимой.

8. Тот факт, что шумерские законы бережно сохранялись и выполнялись, косвенным образом свидетельствует об их точности, чёткости, ясности и устойчивости.

9. Можно утверждать, что в Шумере в эпоху третьей династии Ура существовала достаточно совершенная система судопроизводства, должны были существовать писаные, чётко сформулированные и обязательные как для судей, так и для граждан законы. Постепенно, по мере ознакомления с шумерскими письменными документами, учёные всё больше убеждались, что прославленный царь Хаммурапи, диоритовая стела которого с высеченными на ней законами была раскопана в 1902 г. в руинах города Сузы, не был первым законодателем в истории человечества. Зако́ны Хаммура́пи (аккад. Inu Anum sîrum, «Когда высочайший Ану…» — заглавие, данное поздневавилонскими переписчиками по первым словам текста), также Ко́декс Хаммура́пи — законодательный свод старовавилонского периода, созданный при царе Хаммурапи в 1750-х годах до н. э. Один из древнейших правовых памятников в мире. Основной текст свода сохранился в виде клинописной надписи на аккадском языке, высеченной на конусообразной диоритовой стеле, которая была обнаружена французской археологической экспедицией в конце 1901 — начале 1902 года в ходе раскопок древнего города Сузы на территории Персии. Современные исследователи делят Законы на 282 параграфа, регулирующих вопросы судопроизводства, охраны различных форм собственности и брачно-семейных отношений, а также частного и уголовного права. Около 35 параграфов были стёрты со стелы ещё в древности и в настоящее время частично восстановлены по копиям на глиняных табличках.

Законы Хаммурапи — результат крупной реформы существовавшего правопорядка, призванной унифицировать и дополнить действие неписаных норм поведения, зародившихся ещё в первобытном обществе. В качестве вершины развития клинописного права древней Месопотамии, Законы оказывали влияние на правовую культуру Древнего Востока на протяжении многих столетий. Система права, закреплённая вавилонским сводом, стала передовой для своего времени и по богатству нормативного содержания и используемых юридических конструкций была превзойдена лишь позднейшим правом Древнего Рима. Несмотря на то, что они были созданы на раннем этапе становления ближневосточного сословного общества, что обусловило сравнительную жестокость установленных ими уголовных наказаний, Законы отличаются исключительной продуманностью и стройностью правового регулирования. В отличие от большинства других древних памятников Востока, для свода Хаммурапи характерно практически полное отсутствие сакрально-религиозной мотивировки отдельных правовых норм, что делает его первым в истории человечества чисто законодательным актом.

Законы Хаммурапи представляют собой вершину развития клинописного права древней Месопотамии и первый в истории человечества чисто светский законодательный памятник, то есть начало писаного права в точном смысле этого слова. В отличие от большинства других древних памятников права для Законов характерны практически полное отсутствие сакрально-религиозной мотивировки отдельных законодательных положений и чёткое отделение правовых моментов от религиозно-этических. Культовые и обрядовые моменты затрагиваются только в неюридических частях сборника — прологе и эпилоге, хотя в собственно законодательной части содержится правовое регулирование многих аспектов культовой жизни, включая личные и имущественные права жриц, охрану имущества вавилонских храмов, клятвы и т. Д.

Целью составления Законов Хаммурапи являлась крупная реформа существовавшего правопорядкаruen. Построенные на использовании предшествующей правовой традиции древнего Двуречья, включая как обычное право, так и царское законодательство, Законы Хаммурапи являются первой значительной попыткой унификации права по своеобразным принципам, стоящим на высоте требований своей эпохи и последовательно проведённым по целому ряду институтов. Хотя влияние на Законы предшествующих источников права (особенно Законов Липит-Иштара) иногда доходит до прямой рецепции, в целом они представляют собой чрезвычайно продуманную и оригинальную систему права, являвшуюся передовой для своего времени. Введение Законов преследовало не столько создание нового права, сколько сохранение имевшейся правовой системы с внесением в неё уточнений в соответствии

с изменившимися социально-экономическими условиями; этим объясняется то обстоятельство, что регулирование ряда устоявшихся отношений (водное орошение, налоги и повинности, ряд вопросов собственности) было предоставлено обычаю и поэтому не нашло своего отражения в тексте свода. С реформированием была связана и сравнительная суровость наказаний, предусмотренных Законами (в частности, смертная казнь установлена в 31 случае, не считая замену штрафа смертью в случае несостоятельности осужденного); столь тяжкие меры уголовной ответственности проистекали как из традиции карательной политики ближневосточной древности, так и из самого факта образования Вавилонского царства, основателям которого приходилось вводить дополнительные и зачастую устрашающие меры для поддержания мира и порядка на завоеванных территориях. Клинописные памятники, обнаруженные в последние годы, свидетельствуют, что одним из источников Законов были и реальные судебные решения, которые выносил Хаммурапи

18.Практическая ориентированность научного мышления в цивилизациях древнего

Востока. Календарные системы, астрономия, математика, медицина. Технические

изобретения

19. Сакральная архитектура Древнего Востока. Храм как модель мира

20. Место Нила в формировании древнеегипетской цивилизации. Река и Солнце в

хозяйственной жизни и религии древних египтян.

21. Тема вечности в религии и искусстве Древнего Египта. О.Шпенглер о прафеномене египетской цивилизации