2.Население Среднего Поволжья в древности.

В процессе освоения территории Среднего Поволжья можно выделить несколько этапов. Уже в эпоху палеолита здесь появились стоянки первобытных людей. В период бронзы и железа количество поселений возрастает, на смену присваивающему хозяйству: приходит производящее, население наряду со скотоводством занималось земледелием и ремесленным производством.

Одними из первых жителей юга Поволжья, известных с IV-III тыс. до н.э., были люди европеидной расы. Уже с энеолита и бронзы эта территория была освоена племенами хвалынской, ямной, полтавкинской культуры.

В середине II тыс. до н.э. племенами срубной культуры оказалось заселенным практически все Среднее Поволжье. В происхождении срубной культуры приняли участие ряд предшествующих культур ранней и средней бронзы.

С IV века до н.э. до IV века н.э. полными хозяевами Великой Степи становятся сарматы вероятно, древнее название Волги - Ра - существует именно в это время.

В это же время, в I тыс. до н.э., на Самарской луке жили лесные племена, говорившие на финно-угорских языках. Финно-угры оставили редкие памятники белогородского типа и городецкой культуры.

С конца VII века на юг Среднего Поволжья начинают проникать тюрко-язычные племена из Нижнего и Среднего Поволжья и Приазовья. По характеру своей материальной культуры они тесно связаны с сарматско-аланским населением Приазовья.

В середине VIII века в Среднее Поволжье начинают проникать новые волны кочевников, основной их целью были более северные территории современных Татарии и Ульяновской области. В VIII-IX веке здесь фиксируются следы пребывания угорских племен кушнаренковской культуры. Очевидно, все эти разноязычные группы населения - тюркские, финоугорские, славянские - вошли в состав государства Волжская Болгария. Самарское Поволжье явилось южной пограничной территорией, а возможно, и южным удельным княжеством Волжской Болгарии. Здесь находилось несколько городов: Муромский городок и менее крупные - Переволокское и Междуреческое городища.

В конце IX-начале Х вв. Самарская Лука вошла в состав раннефеодального государства Волжская Болгария. В Х в. на окраине этого государственного образования возник Муромский городок, игравший заметную роль в развитии ремесел и торговых связей с кочевнической степью. Эти традиции были нарушены монгольским нашествием.

Монголо-татарское нашествие нарушило мирную жизнь Волжской Болгарии. Были разрушены поселения и разорены хозяйственные угодья, превращен в руины Муромский городок. Возможно, и на Усе монголо-татары организовали ряд поселений, населив их подневольными русскими, болгарами и мордвой. Можно предположить, что существовал какой-то центр золотоордынского монгольского расселения на востоке Самарского левобережья, где известен ряд топонимов, которые можно связать по происхождению с монгольскими языками - Аманак, Кутулук, Сухой Авраль, Толкай.

3.Хунну- тюркоязычные предки чувашского народа.

Прародиной тюркских племен и народов является Центральная Азия. Ученые полагают, что древнейшие предки чувашей — огурские (болгарские) и суварские (сабирские) племена — в древности жили на территории между Тянь-Шанем и Алтаем, в бассейне верхнего Иртыша. Здесь еще в конце III тыс. до н.э. обитали их древние предки — хунну (гунны), занимавшиеся пастбищным скотоводством, охотой и умевшие изготовлять бронзовые орудия труда. В конце III в. до н.э. в степях Центральной Азии возникло первое государственное образование кочевых племен во главе с шаньюнем Модэ — "Держава хунну". Она состояла из 24 племен, подразделявшихся на восточных и западных. В число восточных хунну входили, кроме тюркоязычных, монгольские и маньчжурские племена. Предками чувашей могла быть лишь крайняя западная часть тюркоязычных хунну. Религиозные верования хунну сводились к поклонениям и жертвоприношениям небу, солнцу, земле, предкам и различным духам. Конные отряды хунну налетали на неприятеля, окружали его со всех сторон, осыпая тучами стрел, затем пускали в ход копья и мечи. К III—II вв. до н. э. хунну подчинили себе многие ираноязычные, финно-угорские и другие племена и включили в свою "державу" низовья Иртыша и Енисея, Семиречье, междуречье Амударьи и Сырдарьи. Hо в 70-х гг. 1 в. до н.э. держава хунну распалась под объединенными ударами китайцев, усуней и динлинов. Тогда часть гуннов мигрировала на запад, в Приаралье, где жили племена кангюй. Очевидно, здесь, в восточной части Средней Азии и современного Центрального Казахстана, они смешались с ираноязычными племенами. Как полагают, эти смешанные группы и составили затем костяк господствующего населения Кушанской империи, на рубеже новой эры простершей свою территорию от Урала до Индийского океана. Во II в. н.э. хунну достигли Каспийского моря, центром их владений стала территория современного Казахстана. В составе хунну с рубежа III—II вв. до н.э. письменные источники упоминают племена "пулу, бугур", пулей, обитавших по северным склонам отрогов Тянь-Шаня в верховьях Иртыша. Их некоторые ученые (В. Ф. Каховский и др.) считают этнической общностью, из которой вышли огуро-оногуро-протоболгарские племена. Этнонимы бугу-пугуры встречаются и среди дунайских болгар. Предположение о генетическом родстве болгар и бугу находит подтверждение и в этнографических параллелях, прослеживаемых в одежде, быту и культуре чувашей и современных тюркских народов Средней Азии, в формировании которых участвовали родственные племена. В верховьях Иртыша, судя по источникам, размещались также сабиры (сувары). Время пребывания тюркоязычных предков чувашей вначале в соседстве с монгольскими племенами, затем в верховьях Иртыша — с алтайскими тюркскими и среднеазиатскими иранскими племенами отчетливо запечатлелось в культуре, особенно в языке чувашей. Они имеют ряд устойчивых этнографических и языковых параллелей с тюркскими народами Алтая и Южной Сибири, в частности, с хакасами, уйгурами, алтайцами, шорцами, тувинцами. В лексике и фонетике чувашского языка обнаруживаются более выраженные, чем у ряда других тюркских этносов, монгольские языковые элементы (до 900 лексических соответствий, общая р-основа языков), что определенно подтверждает мысль о выделении и монголов, и тюркоязычных предков чувашей из алтайской общности. Как известно, монгольские, тюркские и маньчжурско-тунгусские языки входят именно в алтайскую семью языков. По всей видимости, чувашский язык сохранил древнейшие слова, употреблявшиеся при слабой обособленности тюркских и монгольских языков, т. е. еще в алтайскую эпоху, до того, как произошло выделение монгольских племен с характерными для них р-л-языками и тюркских племен с присущими им з-ш-языками. В работе "Двенадцать лекций по истории турецких народов Средней Азии" выдающийся тюрколог В. В. Бартольд писал: "Исторические факты заставляют полагать, что если чувашский язык представляет остаток более ранней стадии развития тюркского языка, то на этой стадии находится язык хуннов, который, следовательно, не был тюркским в том смысле, как теперь обыкновенно понимают это слово, т.е. не тем языком, на котором говорят теперь все тюркские народности, кроме якутов и чувашей". В другом исследовании В. В. Бартольд вслед за H. H. Поппе указывал, что чувашский язык сложился "в тот период, когда еще не установились характерные черты языков тюркской группы. В таком случае предки чувашей пришли в Европу до прибытия настоящих тюрков, т. е. тюрков VI в. При таких условиях возможно, что языком хуннов... был тот язык, от которого происходит чувашский". Старинный орнамент чувашской вышивки содержит знаки древнекитайских пиктограмм ("иероглифов") еще Иньской эпохи (II тыс. до н.э.), что исключает возможность позднейшего заимствования. А это значит, указывали Л. H. Гумилев и другие исследователи, "что чуваши являются прямыми потомками европейских гуннов, в свою очередь связанных этнически и культурно с центрально-азиатскими хунну". Таким образом, чувашский орнамент "оказывается памятником былой связи и соседства предков чувашей (гуннов. — Авт.) с предками китайцев. Он символизирует грандиозный путь древней культурной традиции, носителем которой является чувашский народ". Следовательно, имеются основания для предположения о наличии генетической связи предков чувашей с древними хунну.