2.Общие ответы на вопрос: что же делать?

Оставивший мир вступает в совершенно новую область жизни, которая хотя, конечно, не совсем безызвестною бывает для него, много, однако ж, представляет сторон, которые невольно вызывают вопрос: что же делать? И как жить должно?

К святому Антонию не раз обращались с таким вопросом, и вот его ответы:

3. Спрашивал его о сем авва Памво, и он ответил ему: «Не уповай на свою праведность; истинно кайся о прошедших грехах; обуздывай язык, сердце и чрево» (Patr. graec.; t. 40, р. 1093., Дост. сказ. 6).

4. Вот что сказал он по сему же вопросу авве Пимену: «Дело, славнейшее из всех дел, какие может совершать человек, есть — исповедовать грехи свои пред Богом и своими старцами, осуждать самого себя и быть готовым встретить каждое искушение, до последнего издыхания» (Patr. ib. 1084; Дост. сказ. 4).

5. Иной некто спрашивал его: «Что мне делать, чтобы угодить Богу?»

Святой Антоний отвечал: «Куда бы ты ни пошел, всегда имей Бога перед своими очами; чтобы ты ни делал, имей на то свидетельство в Священном Писании; и в каком бы месте ты ни жил, не скоро уходи оттуда. Соблюдай сии три заповеди — и спасешься» (Дост. сказ. 3; Patr. ib. 1083).

6. Еще одному ученику внушал он: «Отвращение возымей к чреву своему, к требованиям века сего, к похоти злой и к чести людской: живи так, как бы тебя не было в мире сем, и обретешь покой» (Patr. lat., t. 73, р. 1049).

7. Вот что, как пишет святитель Афанасий, говорил авва Антоний к братиям, приходившим к нему: «Всегда имейте страх пред очами своими; помните Того, Кто мертвит и живит (см.: 1 Цар 2, 6). Возненавидьте мир и все, что в нем; возненавидьте всякое плотское успокоение; отрекитесь сей жизни, дабы жить для Бога; помните то, что вы обещали Богу, ибо Он взыщет сего от вас в день Суда. Алкайте, жаждайте, наготуйте, бдение совершайте, плачьте, рыдайте, воздыхайте в сердце своем; испытывайте себя, достойны ли вы Бога; презирайте плоть, чтобы спасти вам души свои» (Дост. сказ. 33 и в Житии).

8. Подобное сему подробное указание того, что должно делать монаху, приводит святой Кассиан.

«Издавна, — говорит он, — ходит дивное наставление блаженного Антония, что монах, стремясь к высшему совершенству, не должен ограничиваться подражанием одному какому-либо из преуспевших отцов; потому что ни в ком нельзя найти все роды добродетелей в совершенстве. Но один украшается ведением; другой силен здравым рассуждением; третий тверд непоколебимым терпением; иной отличается смирением, иной — воздержанием, иной — благодатною простотою сердца; тот превосходит других великодушием, а этот — милосердием, тот бдением, а этот — молчанием или трудолюбием. Поэтому монах, желающий составлять духовные соты, должен, подобно мудрой пчеле, всякую добродетель заимствовать у того, кто наиболее освоен с нею, и слагать ее в сосуде сердца своего, не обращая внимания на то, чего нет у кого, но к той добродетели присматриваясь и ту себе усвоить, ревнуя какою кто отличается» (Inst. с. V. 1, 4).

3.Сила, движущая на подвиги и поддерживающая в них

Если сделать перечень всего указанного, окажется довольно просторное поприще для подвигов. Спрашивается, какая сила движет на них труженика и поддерживает его в трудах? Сила эта есть ревность о спасении, славы ради имени Божия, готовая на все. Есть эта ревность — у инока все подвиги в ходу. Нет ее — все стало.

9. Поэтому, когда однажды брат, у которого недоставало этой ревности, придя к святому Антонию, просил его помолиться о нем, великий старец ответил ему: «Ни я, ни Бог не сжалится над тобою, если ты не будешь заботиться сам о себе и молиться Богу» (Дост. сказ. 16).

10. По сей же причине советовал он держать себя в постоянном внимании к Богу и в бодренности, хваля, как великую добродетель, если кто во все время жизни своей работает неослабно Господу и до последнего издыхания стоит на страже козней искусителя (Patr. graec., t. 40, р. 1083).

11. Потому убеждал не послаблять себе ни в чем, но с терпением хранить всегда тот же дух ревности, говоря: «Монах, который несколько дней подвизается и потом послабляет себе, потом опять подвизается и опять нерадит, — такой монах все равно что ничего не делает и никогда не достигнет он совершенства жизни, за недостатком постоянства ревности и терпения» (Patr. lat., t. 73, р. 1049).

12. Поэтому ищущего легкость называл он не понимающим своего чина и своих целей и весь неуспех у иноков производил от недостатка усердия к трудничеству.

«Потому, — говорил он, — мы не преуспеваем, что не знаем своего чина и не понимаем, чего требует дело, к которому приступаем, но хотим достигнуть добродетели без труда. Оттого, коль скоро встретим искушение в своем месте, переходим на другое, думая, что есть где-нибудь место, в котором нет диавола. Но кто познал, что есть брань, тот не дает себе ослабы, но постоянно воинствует, с Божией помощью» (Patr. graec., t. 40, р. 1093).

13. Замечательно на сей предмет слово святого Антония к тем, которые одного не хотят, другого не могут.

Пришли однажды какие-то братия к святому Антонию и говорят ему: «Дай нам наставление, как спастись». Старец отвечал им: «Вы слышали Писание? И сего очень довольно для вас». Но они сказали: «Мы и от тебя, отец, хотим что-нибудь услышать». Тогда старец сказал им: «В Евангелии сказано: аще тя кто ударит в десную твою ланиту, обрати ему и другую (Мф 5, 39)». Они говорят ему: «Мы не можем сего сделать». Старец сказал: «Если вы не можете подставить другой, то по крайней мере переносите удары в одну». «И этого не можем», — отвечали те. «Если и этого не можете, — сказал старец, — по крайней мере, не платите ударом за удар». Братия сказали: «И сего не можем». Тогда святой Антоний сказал ученику своему: «Приготовь им немного варева: они больны. Если вы одного не можете, а другого не хотите, то что я вам сделаю? Нужно молиться (им самим или другим о них), чтобы пробудился в них дух ревности — нравственная энергия» (Дост. сказ. 19).