1.3. Личность организатора преступного сообщества в механизме преступления, предусмотренного ст. 210 ук рф

К разряду фундаментальных понятий российского законодательства, относящихся к организованной преступности, относятся понятия «преступное сообщество» и «преступная организация».

Нужно особо отметить, что ни в законе, ни в теории уголовного права не определена сущность таких форм, как преступная организация и преступное сообщество. Некоторые авторы считают их синонимами, другие видят в них различие. Первые, например Н.П. Водько, отмечают, что законодатель (ст. 35, 210 УК РФ) не делает каких-либо различий между преступным сообществом и преступной организацией и, заключив последнее в скобки, ставит знак тождества между ними. Если эти два наименования обозначают одно и то же понятие, то вряд ли целесообразно заключать одно из них в скобки. Такой подход законодателя лишь вносит неопределенность и заставляет искать сходства и различия преступного сообщества и преступной организации ¹.

Сторонники различной природы преступной организации и пре­ступного сообщества, в частности А.И. Долгова, указывают, что основа создания преступных сообществ носит иной характер, чем у преступных организаций. «В преступном сообществе к тому же сотрудничают уже не преступные организации и преступные группы в целом, как ее подструктуры, а представители этих формирований или даже самостоятельно «работающие» профессиональные преступники. Преступное сообщество - это не вышестоящая инстанция по отношению к другим преступным формированиям, а некий координационный орган» ².

Постановление Пленума ВС РФ от 10 июня 2010 г. № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем» рассматривает преступную организацию как разновидность преступного сообщества. Однако Пленум Верховною Суда РФ, характеризуя создание устойчивых связей между организованными группами, говорит о самостоятельно действующих организованных группах. Таким образом, можно выделить различные по содержанию деятельности и направленности действий, уровню организации преступных групп формы организованной преступности: преступное сообщество и преступная организация. Преступная организация представляет собой структурированную организованную группу или объединение организованных групп, действующих под единым руководством. Преступное сообщество представляет собой объединение организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп, их собрание. Создание, руководство, координация деятельности и участие в преступной организации касаются деятельности данной организации. Тогда как создание, руководство, создание устойчивых связей, участие в собрании представителей направлены на объединение преступных организаций и организованных групп в целях координации преступных действий данных организаций и групп.

Таким образом, данные формы организованной преступной дея­тельности следует разделить, не использовать эти понятия как равнозначные. С учетом сказанного «преступное сообщество» не может рассматриваться как форма соучастия, и это понятие следует исключить из ст. 35 УК РФ.

Проблема личности организатора преступного сообщества - сложная комплексная проблема, находящаяся в настоящее время в центре внимания уголовного и уголовно-исполнительного права, криминалистики, криминологии, судебной психологии, судебной психиатрии и других юридических наук, разрабатывающих вопросы борьбы с преступностью. Это связано еще и с тем, что личность организатора является весьма сложной динамической системой, вынуждающей изучать ее с различных аспектов.

Какие же данные о личности организатора преступного сообщества являются предметом изучения криминалистической науки? Такими данными являются свойства преступника, которые отразились в материальной обстановке в виде следов и в сознании людей, а так же данные о профессиональных навыках и умениях, лежащих в основе способа совершения и сокрытия преступления.

Целесообразно рассматривать структуру личности как совокупность социальных, психологических и биологических свойств.

К социальным свойствам следует отнести и ту информацию, которую можно почерпнуть из материалов биографических (анкетных данных), поведения лица в основных сферах жизни нашего общества (поведение в быту, участие в трудовой жизни и т.д.), "неформальный статус" в ИК и т. д.

К психологическим свойствам личности, формирующимся в результате соприкосновения человека с бесконечным разнообразием объективных отношений и наследственности, относятся: знания, навыки, умение и привычки, эмоции, ощущение, темперамент и т.д.

Биологические свойства включают в себя следующие элементы: антропологические признаки (расовая, половая и возрастная характеристики), физические особенности (габариты, размеры тела и т.д.), внешняя анатомия человека (черты лица, морфология кожных узоров и т.д.), физические особенности нервной системы, патологические особенности.

Различным свойствам личности принадлежит неодинаковая роль в преступном поведении. Так, навыки и умение могут существенно влиять на выбор того или иного объекта (предмета) преступного посягательства, того или иного способа совершения и сокрытия преступлений. Характер основной профессиональной деятельности правонарушителей и их связь с предметом посягательства в значительной мере обусловливает способ совершения преступления. Чем теснее связь преступника с предметом посягательства, тем сложнее и изощреннее, как правило, действия по совершению и сокрытию преступлений. Для нашего комплексного исследования особое значение имеет уголовно-правовая характеристика субъекта преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ.

Как известно, субъектом преступления данного вида может быть любое вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста. В случае совершения лицом, не достигшим 16 лет, деяния, за которое наступает ответственность с шестнадцатилетнего возраста, несовершеннолетний несет ответственность за фактически совершенные действия. Например, участие несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 16 лет в преступлениях, совершаемых преступным сообществом, исключает его ответственность за участие в преступном сообществе, но он должен быть привлечен к ответственности за конкретные преступления, которые совершило преступное сообщество. При этом несовершеннолетний несет ответственность за разбой, изнасилование, причинение вреда здоровью человека, т.е. за преступления, в которых он участвовал в составе преступной организации.

В науке уголовного права широко обсуждается вопрос минимального возраста субъекта ст. 210 УК РФ. На наш взгляд, неприемлема градация возраста уголовной ответственности, указанного в ст. 20 УК, для преступлений против общей безопасности. Думается, что необходимо установить повышенный возраст уголовной ответственности по статье 210 УК РФ, т.к. в качестве субъекта преступления предполагается взрослое лицо, с достаточно устоявшимся мировоззрением; большим, чем у несовершеннолетних, жизненным опытом, более сильной волей и т.д. По нашему мнению, именно такое лицо может организовать преступное сообщество, руководить им и координировать его действия.

Таким образом, можно сделать вывод, что установленный в законе возраст субъекта преступления, предусмотренного статьей 210 УК РФ, нуждается в уточнении.

Проанализировав статью 210 УК РФ, можно классифицировать субъектов на несколько видов: организатор, руководитель, координатор, участник. Галиакбаров Р.Р., в зависимости от содержания функций, выделяет среди участников преступного сообщества организаторов, руководителей, активных и рядовых участников (исполнителей).

Правовым основанием для классификации участников преступных сообществ некоторыми авторами выбрана степень общественной опасности их личности, которая определяется криминальной функцией, влияющей на тяжесть и вероятность совершения преступлений. Криминальные функции сообщников, в свою очередь, зависят от социального статуса (положения) и роли (значения), которые они имеют в преступном сообществе.

Криминальные функции в качестве классификационного критерия использует, в частности, А.И. Долгова. По ее мнению, "в преступной организации различаются:

Во-первых, участники преступной организации, осознающие себя таковыми и подчиняющие свою жизнедеятельность требованиям руководителей и нормам организации;

Во-вторых, участники деятельности преступной организации, в том числе "нанимаемые" за оговоренное вознаграждение, подкупаемые государственные и иные служащие. Встречается и категория "прилипал", которые "кормятся с барского стола", оказывают разовые мелкие услуги, стараются обратить на себя внимание криминальных лидеров, обладающих деньгами и влиянием".

Следует отметить, что законодатель дифференцировал ответственность за организацию преступного сообщества посредством выделения трех видов специальных субъектов:

А) Лицо, совершившее деяние с использованием своего влияния на участников организованных групп;

Б) Лицо, совершившее деяние с использованием своего служебного положения;

В) Лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии.

А) Лицо, совершившее деяние с использованием своего влияния на участников организованных групп как субъект ч. 1 ст. 210 УК РФ

Согласно положениям ч. 4 ст. 35 УК РФ, преступное сообщество может представлять собой как одну структурированную организованную группу, так и объединение организованных групп. Использование законодателем многочисленного числа при ссылке на организованные группы, на участников которых оказывается влияние, дает основание считать, что специальный субъект необходим именно для координации преступных действий, создания устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами, разработки планов и создания условий для совершения преступлений такими группами или раздела сфер преступного влияния и преступных доходов между ними.

Еще одним доводом в пользу возможности выполнения объективной стороны ч. 1 ст. 210 УК РФ общим и специальным субъектами является сравнение диспозиции данной нормы с диспозициями других уголовно-правовых норм, регламентирующих ответственность за создание, руководство и участие в преступных объединениях (ст. 208, 209, 239, 282 УК РФ). Системный анализ этих норм позволяет сделать вывод, что законодатель не требует от их организаторов и руководителей обладания признаками указанного специального субъекта, в то время как действия по созданию, руководству и участию во всех преступных объединениях, в том числе и в преступном сообществе, по сути не отличаются друг от друга.

В то же время следует отметить, что возможность координации преступных действий, создания устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами, разработки планов и создания условий для совершения преступлений такими группами или раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между ними автоматически предполагает наличие у субъекта определенного влияния на участников организованных групп. А. Мондохонов считает, что лицо, не обладающее влиянием, в принципе не сможет выполнить ни одного из указанных деяний, поэтому, по его взгляд, ссылка законодателя в ч. 1 ст. 210 УК РФ на лицо, использующее свое влияние на участников организованных групп, представляется излишней.

Таким образом, исходя из действующей редакции ч. 1  ст. 210 УК РФ общим субъектом, т.е. физическим лицом, достигшим шестнадцати лет, могут быть выполнены:

- создание преступного сообщества (преступной организации);

- руководство таким сообществом (организацией);

- руководство входящими в него (нее) структурными подразделениями;

- участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп.

Специальным субъектом, в качестве которого выступает "лицо, имеющее влияние на участников организованных групп", кроме вышеперечисленных могут быть совершены следующие деяния:

- координация преступных действий,

- создание устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами,

- разработка планов и создание условий для совершения преступлений такими группами,

- раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между ними.

Предыдущая редакция ч. 1 ст. 210 УК РФ позволяла привлекать к уголовной ответственности преступную элиту, которая фактически отстранялась от участия в совершении преступлений преступными сообществами, только за создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп в целях разработки планов и условий для совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

Обращаем внимание, что некоторые действия (например, раздел преступных доходов), описанные в диспозиции ч. 1 ст. 210 УК РФ, выходят за рамки понятия "организация", что нарушает систему построения ст. 210. Для приведения в соответствие формулировки В.М. Быков предлагает изложить ее в следующей редакции: "...разработка планов и создание условий для совершения преступлений такими группами или раздел сфер преступного влияния и планируемых преступных доходов между ними".

Б) Лицо, совершившее деяние с использованием  своего служебного положения

В п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 № 12 указывается, что к лицам, совершившим деяние, предусмотренное частью 1 или частью 2 статьи 210 УК РФ, с использованием своего служебного положения, следует относить как должностных лиц, так и государственных служащих и служащих органов местного самоуправления, не относящихся к числу должностных лиц, а также лиц, постоянно, временно либо по специальному полномочию выполняющих организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в коммерческой организации независимо от формы собственности или в некоммерческой организации, не являющейся государственным или муниципальным учреждением.

В таких случаях при наличии к тому оснований указанные действия могут быть квалифицированы по совокупности преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 210 УК РФ и соответствующими статьями Уголовного кодекса Российской Федерации за совершенные конкретные преступления.

Под осуществлением служебной деятельности исходя из п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" следует понимать действия лица, входящие в круг его обязанностей, вытекающих из трудового договора (контракта) с государственными, муниципальными, частными и иными зарегистрированными в установленном порядке предприятиями и организациями независимо от формы собственности, с предпринимателями, деятельность которых не противоречит действующему законодательству.

Служебная деятельность включает управленческую, иную, органически связанную с управленческой, часто подчиненную ей или обслуживающую ее, юридически значимую для других людей деятельность, непосредственно не направленную на производство материальных благ или оказание материальных услуг, а также интеллектуальное и документальное обслуживание деятельности людей.

По мнению авторов, в качестве специального субъекта рассматриваемых преступлений может выступать любое лицо, имеющее служебный статус в органах государственной власти, местного самоуправления, их учреждениях, в коммерческих и иных организациях, использующее его для совершения действий, предусмотренных ст. 210 УК.

Под использованием своего служебного положения в целях совершения деяний, указанных в части 1 или части 2 статьи 210 УК РФ, следует понимать не только умышленное использование лицом своих служебных полномочий, но и оказание влияния исходя из значимости и авторитета занимаемой им должности на других лиц в целях совершения ими определенных действий, направленных на создание преступного сообщества (преступной организации) и (или) участие в нем (ней).

Приведенную выше цитату некоторые авторы анализируют и приходят к выводу о неоднозначности положений постановления. Цоколов И.А. задается вопросом, что имел в виду Верховный Суд РФ под совокупностью ч. 3 ст. 210 УК РФ "с соответствующими статьями Уголовного кодекса Российской Федерации за совершенные конкретные преступления": совокупность со ст. ст. 201 или 285 УК РФ или с иными преступлениями, предусмотренными Особенной частью УК РФ, в целях совершения которых создавалось преступное сообщество (организация). По мнению автора, из приведенного разъяснения очевидно, что "использование служебного положения" как квалифицирующее обстоятельство имеет место в любом случае, если это положение дает виновному лицу даже минимальные преференции (секретарь, телефонист, уборщица и пр.) для достижения конечной цели, предусмотренной ст. 210 УК РФ. По мнению Цоколова И.А., здесь будет объективное вменение. И ответственность только за это (от 15 до 20 лет лишения свободы со штрафом в 1 миллион рублей) на его взгляд, будет не справедливой, т.к. по ч. 3 ст. 285 УК РФ она не может превышать 10 лет лишения свободы.

В) Лицо, занимающее высшее положение в преступной иерархии

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12 отмечено, что решая вопрос о субъекте преступления, указанного в части 4 статьи 210 УК РФ, судам надлежит устанавливать занимаемое этим лицом положение в преступной иерархии, в чем конкретно выразились действия такого лица по созданию или по руководству преступным сообществом (преступной организацией) либо по координации преступных действий, созданию устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами либо по разделу сфер преступного влияния и преступных доходов, а также другие преступные действия, свидетельствующие об его авторитете и лидерстве в преступном сообществе (преступной организации). О лидерстве такого лица в преступной иерархии может свидетельствовать и наличие связей с экстремистскими и (или) террористическими организациями или наличие коррупционных связей и т.п. В приговоре необходимо указать, на основании каких из названных признаков суд пришел к выводу о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 210 УК РФ.

Судебно-следственная практика свидетельствует, что иерархия в структуре преступного сообщества (преступной организации) понимается как психологическая структура объединения, в соответствии с которой его члены осознают конкретное лицо как лидера. Таким лидером, как правило, органами следствия и судом признается только организатор (руководитель) всего преступного сообщества (преступной организации), а не его структурных подразделений. О правильности подобного подхода говорит использование законодателем термина «преступная иерархия», трансформированного из признака иерархичности структуры преступного сообщества (преступной организации), традиционно выделяемого в научных исследованиях. На признак иерархичности сообщества указывалось

Особенно актуальный характер в первом десятилетии XXI века, и ее сегодня не без оснований называют одной из глобальных проблем современности, в том числе и в Российской Федерации. Это стало возможным в силу сложившейся в конце 90-х годов XX века неблагоприятной политической и экономической ситуации, что в свою очередь повлекло «качественное» изменение уголовной преступности. Вместе с тем, как утверждает Зеленский В.Д., организованная преступность проявила себя в нашей стране намного раньше, в 1918-1920 годах. По его мнению, «составной частью организованной преступности тех лет были не только бандитские шайки традиционных уголовников, но и отдельные подпольные организации большевиков, левых эсеров и максималистов, находившихся в тылу армий Колчака, Деникина, Врангеля. А также небольшие группировки криминального характера, использовавшие прикрытие в виде партийной атрибутики, например, группа черных коммунистов, действовавшая в Сибири» ¹.

Собственно организованная преступность - это общественно опасное социальное явление, характеризующееся теснымсмыканием уголовного мира с теневыми экономическими структурами, создающее с помощью коррупции систему защиты от социального контроля. Проявляющее себя в деятельности устойчивых преступных сообществ, обладающих иерархическим органи­зационным построением и сплоченностью, занимающихся совершением преступлений как промыслом, контролирующих источники противоправных, а также отдельных видов правомерных доходов на территориях или сферах социальной практики.

Сплоченность преступного сообщества является социально-психологической характеристикой, выражающей общность участников в воплощении преступных целей. В таком сообществе для проведения преступ­ной деятельности крайне развита координация различных блоков. Например, преступное сообщество формирует значительный денежный фонд, немалая часть которого тратится на подкуп «нужных» людей - из государственных и правоохранительных органов. Они образуют так называемый «блок защиты», который используется, когда сообществу угрожает опасность. Преступные сообщества определяют сегодня общее направление уголовной преступности. Они являются «ядром» всей уголовной преступности, так как речь идет о лицах, наиболее упорно противопоставляющих себя нравственным ценностям общества, правопорядку и вовлекающих в преступления новых лиц. Ее доля в общем числе зарегистрированных преступлений никогда не опускалась ниже 25 %, а в последние годы заметно возросла. По данным Главного информационно-аналитического центра МВД России, в настоящее время на учете состоит 380 преступных сообществ общей численностью 9 тыс. членов. В 2013 году ими было совершено 17,3 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений (+2,4 %), при этом их количество в общем числе расследованных преступлений увеличилось с 5,2 % в 2012 году до 9,7 % в 2013 году. В отличие от многих государств, где преступные сообщества совершают в большинстве преступления экономического характера, в Российской Федерации их преступная деятельность носит насильственный характер как в отношении физических, так и юридических лиц. Особую тревогу вызывают факты участия членов преступных сообществ в террористических и экстремистских акциях. Большую опасность представляют преступные сообщества, сформированные на этнической основе. Поэтому следует четко определить, что борьба с организованной преступностью предполагает разработку и реализацию комплекса мер. Среди них важное место занимают уголовно-правовые и оперативно-розыскные меры, они должны быть основаны на общем анализе криминогенной обстановки и соответственно ее прогнозе в отношении преступных сообществ. Ибо здесь основной объект борьбы - это сами преступные сообщества, а не отдельные уголовные преступления, то есть сложная и разветвленная преступная деятельность. Недаром в пункте 48 Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года отражено, что «обеспечению национальной безопасности в области повышения качества жизни российских граждан будет способствовать снижение уровня организованной преступности».

В этом ключе эффективность и результативность борьбы оперативных подразделений органов внутренних дел с организованной преступностью во многом зависит от того, насколько точны, логически связаны и последовательны уголовно-правовые нормы, посвященные борьбе с этим опасным социальным явлением. В уголовном праве основой для определения орга­низованной преступности и ее форм является норма Уголовного кодекса Российской Федерации - статья 210. Приведенные недостатки в Уголовном кодексе Российской Федерации свидетельствуют о необходимости принятия соответствующих мер по их устранению.

В целях обеспечения борьбы с организованной преступностью согласно Указу Президента Российской Федерации «О некоторых вопросах Министерства внутренних дел Российской Федерации» на оперативные подразделения органов внутренних дел - уголовный розыск и по борьбе с эко­номическими и налоговыми преступлениями - произошла передача этих функций после ликвидации, а правильнее сказать, разгрома подразделений по борьбе с организованной преступностью в ноябре 2008 года в соответствии с данным Указом Президента Российской Федерации. И как не вспомнить слова криминолога В.С. Овчинского, что если «создание подразделений по борьбе с организованной преступностью в 80-х годах считалось революцией в рамках системы органов внутренних дел, то их ликвидацию с полным правом можно назвать настоящей контрреволюцией»¹.

Реализация уголовно-правовых мер, направленных на борьбу с организованной преступностью, невозможна без оперативно-розыскных мер. В сочетании они позволяют в определенной степени повысить эффективность деятельности оперативных подразделений органов внутренних дел и в целом всей правоохранительной системы в борьбе с организованной преступностью. По мнению авторов, они должны включать в себя несколько направлений. В первую очередь обмен оперативной информацией не только между оперативными подразделениями органов внутренних дел, на которые вновь возложены функции по борьбе с организованной преступностью, но и ФСБ России, и ФСИН России, а также обмен опытом. Во-вторых, проведение розыска и ареста имущества, имеющего отношение к деятельности преступных сообществ, тем самым целенаправленно «выбивая» их материальную составляющую. В-третьих, осуществлять надежную защиту свидетелей и иных лиц, участвующих в процессе расследования. Все вышесказанное позволяет авто­рам сформулировать следующий вывод. Организованная преступность в Российской Федерации сегодня действительно представляет собой своеобразное образование с собственным и неподконтрольным легитимному государству мощным финансовым и материальным капиталом, а также людским потенциалом, антиобщественной идеологией и независимой системой самоуправления. Ее основной целью является получение прибыли, но, что представляет главную угрозу обществу и государству - стремление к влиянию на государственные и общественные институты для обладания политической властью.

Анализ  следственной  и  судебной  практики  позволяет  выявить  существенные  различия  между  преступными  сообществами,  в  которых  организаторы  и  руководители  имеют  определенный  («криминальный»)  статус,  и  теми,  в  которых  они  таковым  статусом  не  обладают,  но  имеют  криминальное  прошлое.  Существуют  также  преступные  сообщества,  в  которых  лидеры  вообще  не  имеют  криминального  прошлого.  В  полной  мере  от  этого  зависит  выбор  направления  деятельности,  для  которой  создаются  преступные  сообщества.  Такое  основание  позволяет  разделить  все  преступные  сообщества  на  три  вида:  первые,  во  главе  которых  стоят  лидеры,  имеющие  криминальный  опыт  и  криминальный  статус ;  вторые,  их  лидеры  могут  иметь  криминальный  опыт,  но  не  имеют  криминального  статуса;  третьи,  лидеры  которых  не  имеют  криминального  опыта.  Деятельность  каждого  из  таких  преступных  сообществ  осуществляется  в  соответствии  со  статусом  ее  лидера  и  имеет  значительные  отличия  от  других  по  разным  параметрам.

Предложенная  классификация  не  является  абсолютной,  есть  и  другие  основания  деления  на  виды  преступных  сообществ.  Специально  следует  отметить,  что  существуют  такие  сообщества,  которые  организованы  на  этнической  основе.  При  этом  классификация,  предложенная  выше,  в  полной  мере  распространяется  и  на  них.  Организовать  и  руководить  этническим  сообществом  может  лидер,  который  имеет  криминальный  статус  или  не  имеет  такового,  а  совершаться  такими  сообществами  могут  абсолютно  различные  преступления,  на  которые  не  оказывает  влияние  национальный  состав  ее  членов.  На  это  обстоятельство  указываю  ученые,  в  частности  В.Г.  Рубцов  отмечает ¹:  «Для  преступных  формирований,  организованных  на  этнической  основе ,  невозможно  выделить  единую  криминалистическую  характеристику  преступлений,  полноценно  описывающую  разнообразные  виды  преступных  деяний,  которые  они  совершают».

Как  показывают  исследования,  лидеры,  имеющие  криминальный  опыт  и  статус,  в  своей  деятельности  придерживаются  криминального  направления,  то  есть  совершают  общеуголовные  преступления  (разбойные  нападения,  кражи,  вымогательства,  а  также  криминальное  прикрытие  своего  легального  бизнеса),  и  поддерживают  воровские  традиции.

Лидеры,  которые  имеют  только  криминальный  опыт,  как  правило,  ориентируют  деятельность  возглавляемого  ими  сообщества  на  преступления,  направленные  на  предоставление  незаконных  услуг  и  извлечение  незаконной  прибыли  ,  а  преступления  насильственного  характера  носят  сопутствующий  характер.  Как  правило,  такие  руководители  не  поддерживают  «воровских»  традиций  и  совершают  преступления  для  извлечения  материальной  выгоды.

В  преступных  сообществах,  лидеры  которых  ранее  не  попадали  в  поле  зрения  правоохранительных  органов,  осуществляют,  как  правило,  незаконную  экономическую  деятельность,  не  связанную  с  общеуголовными  преступлениями .

Особым  видом  преступных  сообществ  являются  сообщества,  лидерами  и  участниками  которых  являются  бывшие  или  действующие  сотрудники  правоохранительных  органов  или  служащие.  Если  первые  совершают  любые  преступления  в  целях  извлечения  материальной  выгоды,  в  том  числе  общеуголовные,  то  последние  -  в  основном  преступления  экономической  направленности,  с  использованием  той  сферы  деятельности,  в  которой  они  выполняют  свои  должностные  обязанности.

В  литературе  имеются  и  другие  виды  классификации  преступных  сообществ.  Так,  например,  криминологи  организованные  преступные  формирования  разделяют  на  два  основных  типа:  преступные  сообщества  -  органы,  координирующие  деятельность  организованных  преступных  формирований,  которые  фактически  руководят  организованной  преступностью  и  не  участвуют  в  подготовке  и  совершении  конкретных  преступлений  (например,  «воры  в  законе»),  и  преступные  организации  -  формирования,  создаваемые  для  совершения  конкретных  преступлений,  причем  не  всегда  тяжких  или  особо  тяжких .

Говоря  о  правовой  оценке  деятельности  преступных  сообществ,  ученые  разделяют  их  на  три  основных  вида.  «Систематическое  толкование  уголовного  закона  (ч.  4  ст.  35  и  ст.  210  УК  РФ)  позволяет  выделить  три  разновидности  преступных  сообществ:

·     сплоченная  организованная  группа,  созданная  для  совершения  тяжких  или  особо  тяжких  преступлений;

·     объединение  организованных  групп,  созданное  в  целях  совершения  тяжких  или  особо  тяжких  преступлений;

·     объединение  организаторов,  руководителей  или  иных  представителей  организованных  групп  для  разработки  планов  и  условий  для  совершения  тяжких  или  особо  тяжких  преступлений» .