Когда остановиться?
Мы можем вечно бороться с задержками энергии. ведь жизнь по своему определению относительна и динамична. То есть на место старых задержек придут новые. К тому же, мы можем предположить, что в такой сложной системе, как тело, всегда будут существовать зоны задержки. Так когда же остановиться?
Напомним, что наша цель – не устранить все существующие задержки, а привести тело в такое состояние, когда оно сможет гармонизировать все свое задержки энергии. Какими же критериями нам воспользоваться, чтобы понять, что пора заканчивать сеанс или лечение?
Окончание сеанса.
Идеальным сигналом к окончанию сеанса является ощущение расслабления, размягчения, равновесия черепа, появления хорошей мобильности черепа. К сожалению, редко удается получить такие ощущения, даже когда основные задержки устранены. Не нужно искать гипотетического совершенства. Не нужно бесконечно ждать появления идеальных ощущений. Организму пациента будет трудно справиться с такой большой нагрузкой. Чтобы сориентироваться, мы должны вспомнить причину обращения пациента, а так же оценить произошедшие с тканями изменения.
Анализ тканей пациента приводит врача к основной зоне задержки, которая, по видимости, связана с жалобами и симптомами пациента. Сеанс можно заканчивать тогда, когда мы освободим эту зону и почувствуем положительные изменения всей системы.
Есть и другой сигнал к окончанию сеанса. Это уменьшение ощущений, получаемых от тканей. По ходу сеанса врач чувствует, что ответы тканей становятся все менее и менее четкими. Это важный знак. Он показывает уровень витальности структуры тела пациента. Он показывает, какое количество изменений сможет принять тело в данный момент.
Окончание курса лечения.
В зависимости от количества задержек и той плотности, к которой они приводят, может потребоваться то или иное количество сеансов. К окончанию курса лечения применимы те же правила, что и для одного сеанса. Наша цель – не устранить все задержки, но довести тело до такого состояния, которое позволит ему задействовать ресурсы, необходимые для обретения здоровья: «Здоровье считается восстановленным, когда в теле проявляются флексия/наружная ротация и экстензия/внутренняя ротация непроизвольного механизма». (Brooks ed., 1997, 247).
Помощь.
Иногда случается так, что зона отказывается общаться, несмотря на качество присутствия, внимания, интенции и синхронизации врача. На помощь врачу могут придти несколько приемов: вербализация интенции, апноэ на выдохе, индукция отказа, расспрос тканей.
Вербализация интенции.
Приведем уже знакомый нам пример артиста и его публики. Артист может выбрать, к кому он обращается. Например, он может сказать: «А теперь, я обращаюсь ко всем блондинам в зале!» Таким образом, блондины будут знать, что артист обращается именно к ним, и направят свое внимание на него. Остальным зрителям станет менее интересно происходящее до того момента, когда артист вновь обратится ко всей публике. Заметим, что решение о фокализации интенции принимает именно артист, а не аудитория.
Точно так же может поступить врач. Он может заострить свою интенцию на определенной области. Оно может выбрать, к какой именно области он обращается: «А теперь я обращаюсь к…» Этот подход работает, потому что тело пациента состоит из множества сознаний. Нужно не просто направить интенцию на определенную анатомическую область, а направить ее на сознание, находящееся в данной области. Поэкспериментируйте с этим подходом. Вы увидите, как меняется качество ответов тканей.
Интенция сеанса.
Используя тот же метод, сформулируйте четкую интенцию в начале сеанса. Покажите сознаниям пациента, с чем именно вы будете работать. Этим вы направите внимание этих сознаний на нужную вам область. Это так же полезно для тех врачей, которые часто забывают, над чем именно они работают.
Интенция сеанса обычно должна быть направлена на основную проблему, о которой расскажет вам пациент. Лично я часто прибегаю к высказыванию интенции в слух: «Так, посмотрим, что там с вашей печенью…»
Апноэ на выдохе.
Когда зона задержки действительно отказывается освобождаться, врач может попросить пациента задержать дыхание на выдохе. Очень часто, когда пациент вновь вдыхает, вдруг происходит освобождение. Скорее всего, это доказывает связь между Первичным дыханием и вторичным, между Дыханием Жизни и торакальным дыханием.
Мы используем только апноэ на выдохе, в отличие от классического подхода, использующего разные задержки дыхания при разных нарушениях: апноэ на выдохе при блоке в экстензии/внутренней ротации, и апноэ на вдохе при блоке во флексии/наружной ротации. Почему? Все очень просто. Каким бы ни было ограничение движения тканей, задержка энергии всегда соответствует выдоху. Таким образом, апноэ на выдохе – это настоящая аггравация поражения тканей, какое бы изменение механики системы оно не вызывало.
Усиление отказа.
Когда структура отказывается общаться, врач может применить аггравацию, что поможет структуре освободиться. Для этого он должен использовать объективные параметры, в частности плотность, и следовать за структурой в направлении ограничения. Так же врач может ментально и вербально усилить отказ зоны от общения. Врач выполняет аггравацию поражения, предлагая сознанию увеличить отказ. К тому же, этим действием врач признает за структурой право на отказ, как на необходимую реакцию на сложившуюся ситуацию. При этом со стороны структуры появляется тенденция к общению. Структура реагирует на признание/непризнание, т.е. на наше уважение к ее выбору. Люди поступают так же. Например, мы легче контактируем с теми, кто признает наше право поступать так или этак, чем с теми, кто осуждает нас.
Эта методика использует склонность структуры к самозащите с помощью отказа от общения. Что бы мы не просили от структуры, она будет сопротивляться нам. Но если мы присоединимся к ней в ее отказе, она не будет больше сопротивляться нам и начнет общаться. Таково волшебство жизни.
Здесь оказывается особенно важным отношение врача к концепции отказа. Так как отказ считается виновником нарушений, врач может отнестись к этому явлению с агрессией. Он постарается уничтожить все задержки. Так как внимание – это проявление сознания, врач спроецирует свое состояние ума на данную зону. Но тканевое сознание отреагирует на такую точку зрения отказом, закрытием. Только если врач будет сохранять нейтральное отношение, он сможет воздействовать на ткани.
Роллин Беккер писал о таком подходе в своей книге «Вездесущая помощь»: «Недавно я прочитал в газете статью, которая называлась «Помощь доступна всегда». В ней шла речь об организации, которая создала международную телефонную службу для людей, нуждающихся в помощи. Добровольцев этой службы обучали тому, что даже выслушать человека по телефону – это уже помощь. Добровольцы не должны были ни давать советов, ни учить, как поступить. Они не должны были претендовать на то, что понимают, что тревожит человека. Вместо этого они должны были выслушивать людей, не делая выводов об их ситуации, не анализируя их самих и их ситуацию». (Brooks ed., 1997, 12).
Опрос тканей.
Когда врач синхронизируется с плотностью и напряжением зоны задержки энергии, и охватывает ее своим вниманием, он начинает общение с зоной. Когда же зона не может освободиться, несмотря на использование задержки дыхания на выдохе и усиления отказа, мы можем расспросить зону о причине задержки. мы посылаем ей информацию с вопросом: из-за чего произошла задержка энергии? Из-за травмы, эмоционального или метаболического расстройства. Когда эта информация достигает структуры, обычно ткань реагирует: она начинает двигаться и, наконец, освобождается. Такой способ общения с тканями является частью подхода, описанного в главе про общение с тканями. Нужно заметить, что такой метод можно использовать только в последнюю очередь, когда остальные приемы оказались неэффективными. А так же только тогда, когда общение происходит с очень конкретной зоной, которая старается освободиться. Потому что сложность системы тела может привести к появлению ответов не от нужной нам зоны.
Предостережение.
Использование дополнительных приемов может оказаться очень эффективным. Но нужно помнить, что приемы эти дополнительные. Они не смогут заменить собой качество присутствия, внимания и интенции врача. Более того, без использования этих базовых понятий: присутствие, внимание, интенция, дополнительные приемы просто не сработают, т.к. они являются лишь дополнением к основным.
Порядок применения и важность приемов:
Присутствие
Интенция (намерение) сеанса
Общее внимание
Локальное внимание
Вербальная интенция (я обращаюсь к…)
Апноэ на выдохе в сочетании с усилением отказа
Опрос тканей
Замечание: необходимо убедиться в правильности применения первых четырех приемов, прежде чем переходить к использованию дополнительных.
Остеопатическое лечение тканей. Схема.
Вопросы и ответы.
Вы говорите о том, что нужно войти в ткани. Последователи Сатерленда, напротив, говорят о том, что если мы будем давить, навязываться структуре, то полученный ответ будет следствием нашего давления: структура ответит на нагрузку, вместо того, чтобы рассказать о своих проблемах.
Когда я говорю о том, что нужно войти в ткани, я подразумеваю не агрессию, а синтонизацию с плотностью и напряжением структуры. Это обратная связь, feed-back. Это значит, что врач надавливает на структуру и в это же время анализирует спонтанный ответ тканей. Напоминаю, что когда контакт установлен, ощущения изменяются: мы чувствуем пластичность. Врач не навязывает своего движения структуре, он идет вместе с ней туда, куда она хочет.
Что касается описаний ощущений другими авторами, то напомню, что ощущение – это нечто очень личное. Словесное описание ощущений порой обманчиво. Иногда это случается потому, что врач не осознает состояния зоны, с которой контактирует. Иногда из-за того, что врач не понимает, что должен делать со своим вниманием и интенцией. Врачи описывают что они чувствуют, не говоря о том, что они сделали, чтобы добиться этих ощущений.
Мне довелось ощутить на своем теле руки некоторых известных остеопатов. Так вот, хотя они говорили, что нажимать не следует, их руки стояли на мне достаточно плотно. Но качество их контакта было таковым, что со стороны врача не было агрессии. Врач только сопровождал ткани.
Когда врачу удается тонко синхронизироваться с живыми тканями, даже если для этого приходится надавить, происходят два интересных явления. Первое: пациент перестает ощущать давление рук врача. Пациент тоже ощущает, что его ткани пластичны и способны к деформации. Это очень удивляет пациентов… Второе явление: врач перестает ощущать свое усилие. Вместо этого появляется ощущение легкости, пластичности. Таким образом, врачи говорят, что не нужно давить на ткани, потому что это ощущение надавливания теряется. Часто мы путаем то, что описывает человек, с тем, что происходит на самом деле.
Не забывайте так же о том, что вы получаете ответы именно на ту информацию, которую посылаете. Это верно как с субъективной точки зрения (внимание, интенция), так и с объективной (плотность, напряжение). То есть, ключ – это синхронизация. Именно способ достижения плотности может дать ощущение агрессии по отношению к тканям. Если вы идете слишком быстро или работаете слишком мощно, структура ощущает агрессию и сопротивляется. Отсюда появляется дискомфорт. Некорректная работа вашей руки – это агрессия. Вы можете быть агрессивным, даже не надавливая. «Слишком глубоко войти невозможно. Можно лишь двигаться слишком быстро». (Milne, 1995, 2).
И наконец, т.к. в жизни все относительно, связь врача с пациентом всегда будет разной. Нужно признать разнообразие и избегать стереотипов, догм. Не нужно думать, что раз такой-то известный человек сказал так-то, значит это истина… Отношения с пациентом строятся в данный конкретный момент. Происходит то, что должно произойти.
Мне всегда трудно определить плотность черепа пациента. Значит ли это что все черепа слишком плотные?
Иногда ткани наших пациентов действительно очень плотные. Особенно в начале сеанса. Но, если фаза 1 была проведена правильно, ткани становятся более пластичными.
Опыт преподавателя подсказывает мне, что самым трудным является достижение объективных параметров. Обычно бывает слишком быстро и слишком сильно. Если мы не будем учитывать время инерции кораблика, то ответом тканей, который почувствует врач, будет ригидность. Эта ригидность связана не с проблемой задержки энергии, а с плохим выходом на объективные параметры. Чем больше плотность, тем больше времени нам потребуется, чтобы синхронизироваться с ней. Если вы сталкиваетесь с этой проблемой часто, попытайтесь снять руки с пациента, а затем начать снова. В этот раз дайте тканям больше времени, чтобы принять вас.
Что делать, если техника на печени не помогает?
На самом деле, такое возможно, когда плотность печени слишком велика. Система освободится, когда вы сделаете несколько раз технику на печени и затылочную компрессию. Максимально выиграйте на параметрах печени, затем вернитесь к затылочной компрессии. Максимально выиграйте на параметрах затылка, и возвращайтесь к печени… Вам потребуется совсем немного подходов, чтобы освободить структуру.
Сколько по времени длится фаза 1?
С точностью до минут этого определить невозможно. Все зависит от степени закрытости системы тела пациента. А так же от качества присутствия и умелости врача. Я могу лишь сказать, что фаза 1 может занимать 80-90% времени сеанса. Это время может показаться огромным, но необходимо дать возможность этой фазе завершиться. На самом деле, в эту фазу происходит расслабление задержек в различных областях тела. Все задержки, освобожденные таким образом, не потребуют локального лечения. То есть, на самом деле, это полезное время.
К тому же, именно во время этой фазы происходит расчистка почвы. Таким образом, все, что не удастся освободить, станет более заметным. Нам не придется долго искать эти зоны. Таким образом, в конце фазы 1 останется очень мало зон, которые надо будет лечить специфически. Не забывайте так же, что наша цель – не лечить все зоны задержек, а лечить только основные, те, которые мешают системе регармонизироваться.
Все эти процедуры требуют много времени. Сколько же должен длиться сеанс?
Тканевыми техниками невозможно вылечить все за 10-15 минут. Потребуется некоторое время. Фактор нехватки времени – дополнительный стресс для пациента. Продолжительность сеанса зависит от состояния пациента (степень замкнутости его тела), а так же от состояния врача (качество присутствия и умелость). Мои сеансы сегодня длятся примерно 45 минут. Я назначаю приемы через каждый час. Это дает мне некоторый запас времени для установления связи с пациентом. Не думайте, что чем дольше сеанс, тем он эффективнее. Это приведет к чрезмерному лечению, что негативно отразится на пациенте. К этому случаю отлично подходит закон Паркинсона: «Чем большим временем мы обладаем для осуществления чего-либо, тем большего времени требует выполнение этого». (Parkinson, 1983). Нужно определить для себя необходимое время.
Этот закон был сформулирован С.Н.Паркинсоном и впервые опубликован в английском журнале The Economist в ноябре 1955. Позже Паркинсон опубликует книгу под названием «1=2, золотые законы Паркинсона», в которой он описывает свой опыт работы в британском адмиралтействе.
Кажется, что вы не обращаете внимания на симптомы пациента.
Показания к техникам главным образом пальпаторные. Мы не лечим одну область в зависимости от симптоматических или патологических критериев, но в зависимости от информации, полученной от тканей. напомним, что качество жизни структуры для нас определяется её плотностью и напряжением. Только непосредственная пальпация даст нам информацию об этом.
Конечно, когда пациент жалуется на определенный симптом или заболевание, ничто не мешает вам обследовать те области, которые кажутся вам связанными с жалобами. Основывайтесь на ваших знаниях об анатомии, физиологии и патологии. Но именно пальпация тканей покажет вам ту область, которую нужно лечить. Мой опыт показывает мне, что именно информация от тканей намного более достоверна, чем теоретические рассуждения врача.
Кажется, вы совсем не интересуетесь поражениями первичного дыхательного механизма, описанного Сатерлендом и его последователями. Почему?
В соответствии со своим первичным остеопатическим образованием, Сатерленд подошел к системе черепа с точки зрения биомеханики. Он рассматривал череп, как механическую систему костей, соединенных между собой. Он создал известную нам систему, построенную вокруг сфено-базилярного симфиза. Но эта система – лишь модель. Это удобная система координат для обмена ощущениями между врачами. Магун и его сподвижники превратили эту систему в неподвижную догму. Анна Уэллс, ученица Сатерленда, собрала его тексты, опубликованные в журнале Teachings in the Science of Osteopathy. Вот что она говорит по этому поводу: «Доктор Сатерленд всегда подчеркивал, что его модели артикулярных мембранозных поражений всегда были схематичными. Они служат структурой для исследований, записи наблюдений и проведения лечения». (Wales ed., 1990, 125). Эта точка зрения была совершенно забыта. Биомеханическая модель превратилась в догму, и сейчас ее преподают как таковую.
К тому же, концепция Сатерленда существенно менялась: она прошла путь от мембранозной концепции, через флюидическую, и к концу жизни Сатерленда стала духовной. Изабель Шмит изучила эволюцию ощущений Сатреленда по ходу его жизни (Schmitt, 2000). Ее работа позволяет проследить ход мыслей Сатерленда с самого начала и до конца жизни. Его точка зрения постепенно изменялась: от плотного к этерическому. Сатерленд следовал биогенному учению Стилла: «Когда материя достигает неделимого уровня, она превращается в флюид жизни, который легко соединяется с другими атомами, формируя таким образом массу живой материи. Эта материя может принять ту форму, которую диктуют ей обстоятельства». (Still, 1902. 255).
Каждая концепция справедлива, в зависимости от уровня наблюдения и абстракции. «В Камарге с ее плоским пейзажем достаточно встать на табуретку, чтобы увидеть море… Наблюдаемый объект изменяет форму, когда наблюдатель просто меняет точку зрения». (Cyrulnik, 1997, 14).
В наших упражнениях на внимание и интенцию мы использовали как систему координат понятие об осях движений в первичном дыхательном механизме. Мы делали это, исходя из педагогического удобства. Кроме того, нам нужна была система, знакомая всем. Говоря о подходе к тканям, мы интересуемся всей глобальностью системы тела человека. Поэтому нам нужна другая система координат. Мы больше не говорим о механической системе, движущейся по осям. Теперь мы говорим о пластичной системе, системе способной к деформации, организованной с помощью фулькрумов. Мы изменили свою точку зрения.
Ухудшение движений в суставе, суставе черепа или любом другом, это следствие плотности, которая мешает структуре. Когда мы ищем то, что может создать поражение в биомеханической системе черепа, мы обнаруживаем зону или зоны задержки энергии, которые нарушают глубокую механику. Таким образом, причина в плотности, в задержке энергии. но наша перцепция зависит от тех критериев, которые мы выбираем. Если мы ищем движения по осям, то мы ощущаем флексию/экстензию, торсию и т.п. Если мы говорим о тканевом подходе, то осей мы не ощущаем, потому что мы сосредотачиваемся на пластичности. «Если мы изменим наблюдателя, изменим его мозг, его камеру, его историю, его бессознательное, или просто его отношение, мы изменим его объект наблюдения. Нам откроются новые удивительные факты. Каждый из нас видит мир с разных точек зрения. С того момента, как мы примем этот факт, мы сможем слышать и видеть другими ушами и глазами. Глаза позволят нам наблюдать, а уши слушать рассказы других людей». (Cyrulnik, 1997, 17).
Что позволяет вам определить, что именно эту плотность и напряжение нужно лечить здесь и сейчас?
Я в этом не уверен. Я всего лишь говорю, что я ощущаю наибольшую плотность в структуре в момент перцепции. Если она мне кажется самой плотной, то я расцениваю ее, как явление, нарушающее гармонию системы. Тогда именно ее я и лечу первой.
Разве ошибка невозможна?
Ошибка всегда возможна. Не забывайте, что ошибка – это главный путь к познанию, в случае, если мы переживаем ошибку осознанно и с умом. Бояться ошибок – значит остановиться в развитии. Важно, чтобы ошибка не навредила пациенту. Итак, будем смотреть на вещи прагматично. Зная, что ошибка неизбежна, и, к тому же, она является элементом обучения, нам нужно свести к минимуму последствия ошибки. Именно это и позволяет сделать тканевой подход. Что произойдет, если вы подумаете, что нашли плотность, и начнете ее лечить, хотя никакой плотности нет? Ничего не произойдет! Раз нет плотности, не будет и расслабления. Вы почувствуете, что ничего не происходит. Вам придется вернуться к обследованию и найти задержку.
Эти техники построены на уважении к живой структуре, на синхронизации с ее физическим состоянием. Никакого насилия! Никакой опасности для пациента.
Что делать, когда две плотности кажутся одинаковыми? Какую выбрать?
С опытом ваши ощущения станут намного более точными, и такой будет встречаться все реже. Если вы сомневаетесь, нужно выбрать. Плотность, которую не удалось вылечить, вновь появится после регармонизации системы техникой череп/крестец/череп.
Заметим, что если вы чувствуете плотность и тракцию, то начинайте лечить с плотности.
Когда я работаю на черепе, я часто ощущаю тягу в какую-либо сторону. Но ткани двигаются вперед и возвращаются назад. Мне не удается понять, что меня притягивает.
Вы путаете физиологическую мобильность с тракцией к зоне задержки. Разберем пример: на черепе пациента есть зона задержки в левой височной области. Эта задержка становится новым фулькрумом движения для всей системы. На противоположном полюсе черепа, в области глазницы, будет ощущение гипермобильности. Его можно спутать с ощущением притяжения тканей. Но так как это не настоящая тяга, рука не может найти точку притяжения. Лучить нужно плотность на противоположной стороне, коотрая окажется относительно неподвижной. Движение или гипер-движение – это не те аномалии, которые нужно лечить. Аномалия – это инерция в зоне задержки.
Разве интенция сеанса не ведет к симптоматическому лечению?
Когда я формулирую интенцию сеанса, я обращаю внимание сознаний тела на то, на чем я концентрирую внимание, т.е. на задержки, которые вызывают симптом у пациента. Но я занимаюсь не самим симптомом, а задержками, которые его вызывают.
Как лечит острые случаи?
В целом подход тот же. Но в острых случаях система обычно особенно замкнута. Таким образом, фаза 1 длится дольше, чем обычно. В остальном никакой разницы. Я хочу напомнить вам, что зона острой боли – это не зона задержки. задержка находится в другом месте, часто рядом, иногда на отдалении. Задержка не бывает в зоне острой боли: острая боль – это гиперкоммуникация.
Вот чем мы займемся сейчас.
Теперь мы детально разберем основные техники тканевого подхода. Мы опишем показания к ним, способ их применения, и ответим на основные вопросы, которые могут возникнуть.
«В нашем сознании есть сознательная и бессознательная тенденция отделять краниальную остеопатию от остальной остеопатии. Мы должны избавиться от этого разделения. Мы должны избавить остеопатию от этой дихотомии и рассматривать тело в совокупности. Тело – это функциональное единство от головы до пяток. Когда вы беретесь за лечение клинической проблемы, рассматривайте ее всегда как проблему, относящуюся ко всей остеопатической науке». (Brooks ed., 1997, 246).