Глава 4 Прямой контакт с жизнью: пальпация.

«Действительно, пальпация – настоящее искусство, которое мы преподаем сами себе».

Sutherland in Wales ed., Teachings in Science of Osteopathy.

История о воздушном шарике.

Это произошло в начале 70-х годов. Мы, группа будущих остеопатов, работали с Франсисом Пейраладом, который, чтобы завершить рабочий день на мажорной ноте, предложил нам провести забавный опыт: он надул воздушный шарик ртом и предложил каждому из нас подержать его в руках некоторое время, чтобы что-нибудь почувствовать.

Франсис Пейралад – один из первопроходцев в области остеопатии. В 1964 году он впервые пригласил во Францию группу американских остеопатов, Гарольда И. Магуна, Виолу Фрайман и Тома Cкули (Magoun, Frymann, Schooly), чтобы они преподавали краниальную концепцию европейским остеопатам.

Мы все ощутили экспансию-ретракцию; это очень удивило и позабавило нас. Самым удивительным было то, что мы все приняли этот феномен за иллюзию перцепции, и никто не предположил, что причиной этих ощущений могло быть нечто иное, чем магия.

В оправдание нам уточним, что мы тогда находились в самом начале обучения краниальной остеопатии: нашим единственным литературным источником была книга Магуна, переведенная нашими учителями. В ней кратко упоминалось о ритмическом импульсе черепа, источником которого является центральная нервная система, но не предлагалось провести какие-либо опыты на эту тему. Наше внимание было приковано к движению флексии-экстензии, которое мы с трудом ощущали. Наша пальпация была настолько неуверенной, а наши преподаватели настолько внимательными к тому, чтобы мы не предались перцепционному бреду, что мы строго следовали ортодоксальной теории. Нам не приходило в голову сформулировать гипотезу относительно того, что мы ощущали. Отсюда происходило наше отношение к нашим ощущениям, как к чудачеству.

Меня осенило намного позже, во время чтения маленькой книги Андрева Дюваль (Andreva Duval) Введение в остеопатические техники балансировки и взаимного обмена. В ней автор цитировал Ролина Беккера, который говорил следующее о человеческом теле: «Этот «предмет» всегда находится в движении; у всего есть внутренняя подвижность (мотильность), у всего есть мобильность, всё живое, всё жизненное. Нам, остеопатам, нужно только понять и следовать за этим живым механизмом». (Duval, 1976, 59). Фраза «у всего есть внутренняя подвижность (мотильность)» заставила меня вспомнить опыт с шариком, который был настолько странным, что мы предпочли отнести к области магии, нежели жить им и стараться толково объяснить. Эта фраза заставила меня понять, что мотильность не ограничивается нервной системой, но что она существует во всем теле и, несомненно, является основным свидетельством жизни, проявляющейся в структуре. Это может показаться странным и, несомненно, это странно: «Мы реагируем на событие соответственно нашей обусловленности, а если она неадекватна, то и реагировать мы будем всегда неадекватно». (Krishnamurti, 1994, 24).

Дальнейшее чтение книги Бараля и Мерсье о манипуляциях на внутренних органах подтвердило моё предчувствие, убедив меня в том, что движение, которое мы почувствовали с помощью шарика, не было полной фантазией: «…рядом с той подвижностью, которую претерпевают внутренние органы, в них существует и жизненная подвижность, активная подвижность, которая заключается в собственной двигательной деятельности структуры; мы называем её «мотильностью». Внутренние органы мобилизуются собственными средствами. Это медленное движение со слабой амплитудой, невидимое движение». (Barral, Mercier, 1983, 17).

Надуйте шар.

В тот момент я не представлял, что опыт с шариком может послужить чему-то иному, кроме ощущения ритмического импульса тканей. Я даже задавался вопросом, сможет ли человек, непосвященный в эти вопросы, почувствовать что-нибудь. Я провел этот тест на своих родственника, которые не знали о мотильности, не говоря им о том, что они должны были почувствовать. Все они очень скоро ощутили движение попеременной экспансии-ретракции. Тогда я решил использовать опыт с шариком на лекциях по остеопатии, чтобы дать слушателям почувствовать их собственный ритмический импульс. Абсолютно все ощущали экспансию-ретракцию. Некоторые из них были настолько поражены, практически напуганы, что готовы были отбросить шарик.

В чем причина таких сильных ощущений?

Я задался вопросом, почему использование шарика давало такие мощные ощущения? Логическое объяснение таково: шарик удваивает амплитуду экспансии-ретракции тканей, потому что руки находятся одна против другой. Одновременная экспансия обеих рук отражается от шарика и становится очень ощутимой. Шарик является отличной системой обратной связи (feed-back), позволяющей почувствовать те изменения, которые невозможно объективизировать другим способом. И это простой надувной шарик! Как это далеко от утонченных аппаратов, так признанных сегодня по причине своей научности. «Несмотря на всё своё очарование, компьютеры, машины, измерительные аппараты и передача данных в виде графиков, таблиц и алгебраических формул не являются необходимыми и достаточными условиями для занятий научной деятельностью». (Maziello, 2000, 23).

Что же мы чувствуем?

Итак, обычно мы чувствуем чередующиеся движения экспансии и ретракции. Большинство из нас, впервые переживающих этот опыт, думает, что речь идет о грудном дыхании. И как следствие, первое, что мы делаем, это останавливаем дыхание, чтобы проверить свою идею и , конечно, мы обнаруживаем, что движение продолжается и почти без изменений. Это противоречит утверждению, в соответствии с которым, движение первичного дыхательного механизма является, якобы, следствием только грудного дыхания. (Herniou, 1998, 18). Этот опыт позволяет также объяснить, почему можно почувствовать, как дышит стол или даже мертвый череп и его сухие кости. В этот момент остеопат всего на всего чувствует свой собственный импульс, отраженный инертной материей. Данная перцепция отвратила от себя многих краниальных остеопатов, устрашенных идеей, что стол или сухой череп способны дышать. Они приняли себя за жертвы галлюцинации и предпочли не заниматься этим. Разумеется это не были ни череп, ни стол, это были сами остеопаты!

Описание того, что делают остеопаты с тем, что они восприняли, особенно интересно. Общее ощущение – чередование экспансии и тракции – значительно модулируется изменениями ритма, амплитуды и основного направления. Из того, что они рассказывают, можно сделать следующее заключение:

- все чувствуют экспансию и ретракцию;

- в зависимости от остеопата, данная экспансия и ретракция зачастую имеет заметные вариации как в направлении, так и в амплитуде и симметрии;

- ритмы обычно разрозненные, что вероятно показывает, что ритм 8-12 в минуту не всегда является общим;

- такие вариации встречаются как у не остеопатов, так и у студентов или профессиональных остеопатов, что показывает, что здесь доминирует не профессиональный опыт, а просто установка на восприятие.

Продолжение истории с воздушным шаром.

Идея продолжить опыт с простым ощущением тканевой экспансии – ретракции пришла мне после следующего события: когда я развлекался с воздушным шариком, изучая его экспансию, я услышал вдруг резкий скрип тормозов с улицы. Сразу же, одновременно с неприятным физическим ощущением, обычным для такого типа ситуаций, я почувствовал сидерацию в шарике. Это удивило меня поскольку нас учили, что экспансия и ретракция ритмического импульса остается инвариантной. Итак, растаяла ещё одна догма… . И как следствие, мною были выполнены множественные эксперименты на внимание, вот главный.

Внимание.

Внимание на теле. При перцепции воздушного шара переносите поочередно внимание на различные части тела. Уточним, что речь не идет о том, чтобы представить себе мысленно какую либо часть тела (например, представить себе её анатомический образ), но перенести внимание непосредственно на неё, например, на печень, сердце, правый потом левый крестцово-подвздошный сустав, потом на правую и на левую стопу и т.д. После перенесения внимания на какую-либо часть тела и регистрации того, что происходит в шарике, нужно переключить внимание в нейтральное состояние (на шарик или на тело целиком) и дождаться восстановление ритма и амплитуды, соответствующих ритму и амплитуде до перенесения внимания на другую часть тела.

Что нам это дает. Все участники эксперимента ощущают изменение амплитуды и ритма воспринимаемого в шарике движения, когда они переносят своё внимание с одной части тела на другую.

При смене зон тела меняется и перцепция. В зависимости от индивидуумов и от регионов изменение может касаться ритма или амплитуды или обоих, быть слабым или сильным, идти в сторону увеличения или уменьшения.

Сосредоточение внимания на человеке. Когда перцепция станет стабильной и появится тканевой ритмический импульс, мы попросим участников подумать о человеке, отношение с которым проблематичны, и регистрировать всё то, что происходит в воздушном шаре. Затем дождитесь когда это воспоминание смениться перцепцией нейтрального и подумайте о человеке, с которым у вас в настоящее время особенно гармоничные отношения. Регистрируйте, что происходит в шарике. Дождитесь возврата к перцепции нейтрального.

Сосредоточение внимания на ситуации. Затем, мы просим участников переносить внимание с ситуации на ситуацию. Они должны думать поочередно о проблеме или о житейской трудности (сегодняшней или прошлой), а затем, потратив время, позволяющее вернуться к перцепции нейтрального, думать об успехе или об особенно удачной ситуации. Регистрируйте каждый раз что происходит в шарике.

Управляемое внимание.

Участники концентрируются на перцепции своего тканевого ритмического импульса в шарике. Преподаватель курса просит их представить определенную ситуацию и почувствовать, что произойдет в шарике. Ситуация такова: представьте, что вы лежите на берегу моря, растянувшись на теплом песке в тени зонтиков, и нежный ветер ласкает вашу кожу. Затем представьте, что вы встаёте, идете к кромке воды и гуляете вдоль неё, постепенно ускоряясь, потом начинаете бежать, бежать всё быстрее и быстрее, потом замедляете бег, вновь переходите на шаг, возвращаетесь к своему месту на песке, ложитесь. Дайте своему ритму придти к точке отсчета.

Участников просят отметить изменения, произошедшие с ритмом на разных этапах.

Что же мы выяснили.

Каждый раз, когда человек переключает внимание на сложные отношения или проблемы, обычно он получает в шарике следующие ощущения: резкий упадок сил, потеря амплитуды, убыстрение ритма. Это ощущение в шарике часто сопровождается неприятным ощущением в теле: затвердеванием и потерей жизненного пространства. И напротив, воспоминание о любимом человеке или об успешной ситуации провоцирует увеличение амплитуды и замедление ритма, которое в большинстве случаев сопровождается приятным телесным ощущением расширения, экспансии.

Воображаемая ситуация с пробежкой на пляже вызывает ощущения, изменяющиеся во времени: от спокойного и просторного движения в шарике (лёжа на пляже в тени) через ускорение и постепенное увеличение ритма по мере ускорения бега до очень быстрого и совсем лишенного амплитуды движения во время быстрого бега. В конце пробежки, по возвращении на песок, движение успокаивается и становится идентичным исходному.

Что мы можем извлечь из этого опыта.

Тканевой ритмический импульс изменяется в зависимости от того, на что направлено внимание:

- когда внимание сконцентрировано на чем-либо позитивном (с точки зрения человека, проводящего опыт), человек ощущает лёгкость и увеличение амплитуды движения;

- когда внимание сконцентрировано на чем-либо негативном, человек ощущает ограничение движения и снижение амплитуды;

- изменения так же происходят тогда, когда внимание направляется то на что-нибудь физическое (орган тела), то на нечто ментальное (жизненная ситуация, воспоминание, другой человек и т.п. );

- кажется, что существует некое Я, которое независимо от тела и контролирует внимание и перцепцию. Воздушный шарик позволяет получить обратную связь с этим Я, что позволяет почувствовать то, что происходит в теле.

Интенция, намерение.

Поэкспериментировав с тканевым ритмическим импульсом, изменяющимся при смене точки концентрации внимания, вполне логично исследовать возможность произвольно воздействовать на импульс. Я пришел к выводу, что могу с помощью сознательного намерения изменять некоторые параметры ритмического импульса.

Интенция и экспансия-ретракция.

Когда участники эксперимент ощущают свой ритмический импульс в шарике, их просят мысленно попросить их структуру войти в экспансию. Они должны отметить произошедшие изменения. Затем они должны дать импульсу вернуться в нейтральное положение, а потом ментально попросить структуру войти ретракцию, закрыться.

Что это нам дает.

Все участники отмечают, что их тканевая структура имеет тенденцию отвечать на их просьбы. Часть участников эксперимента отмечают большую легкость ответа на просьбу об экспансии, другие отмечают склонность к ретракции.

Интенция должна быть ясной и твердой.

Индукция торсии.

Теперь мы попросим участников эксперимента индуцировать торсию сфено-базилярного симфиза; способ описан выше. Просим их сделать следующее: когда импульс находится в нейтральном положении, мысленно приказать структуре совершить торсию в одну сторону (на выбор). Пусть они следуют за движением тканевого ответа, вернутся в нейтральное положение, затем индуцировать торсию в другую сторону.

Что это нам дает.

Шарик посылает нам ощущение движения торсии в выбранном направлении. Но, в большинстве случаев, торсия идет легче в одну строну, чем в другую.

Другие индукции и сочетания.

Мы возобновляем эксперимент, включая другие изменения движения СБС. Мы предлагаем участникам сочетать изменения, следуя в сторону более свободного движения в каждом направлении (флексия-экстензия, торсия, латерофлексия-ротация, вертикальный и горизонтальный стрейн) и удерживать шарик в положении свободного движения. Например, при просьбе совершить флексию-экстензию, шарик легче идет в экстензию. Мы следуем за ним, поощряя движение структуры в данном направлении, не ослабляя натяжение. Из этого положения мы просим совершить торсию, следуем за структурой в свободную сторону и удерживаем параметры и т.п.

Что это нам дает.

После того, как участники эксперимента наберут все направления свободного движения, они замечают, что посредством шарика тканевая структура указывает им следующий ход. Они идут в этом направлении и ощущают, что в их теле что-то происходит. Затем шарик возвращается в нейтральное положение, возникает остановка движения, а затем появляется очень сильное ощущение экспансии, после которого вновь возникает ощущение нейтрального движения экспансии-ретракции. Часто возникает ощущение глубокого расслабления в теле.

Что же мы можем извлечь из этого эксперимента.

Исследователи обнаруживают, что они могут сознательно вызывать изменения в перцепции их тканевого ритмического импульса и краниального механизма. Все изменения физиологии могут быть вызваны посредством интенции (индукции). Таким образом, участники эксперимента обнаруживают, что живые ткани отвечают на интенцию. Но:

- изменения временные; кажется, что система спонтанно возвращается к ритму, амплитуде и к направлениям, которые её свойственны. Таким образом, импульс имеет автономный контроль;

- ткани отвечают так, как могут; так например, во время торсии движение идет свободнее в одну сторону. Для краниального остеопата эта сторона является стороной поражения;

- живая структура отвечает на модель, которую мы проецируем на неё, а мы можем спроецировать только то, о чем имеем представление;

- мы проецируем не слова, а представления, концепции. В связи с этим особенно интересно подчеркнуть, что некоторые из участников неправильно называли производимые изменения (по сравнению с тем, как принято их называть), а ткани отвечали в соответствии с концепцией, а не в зависимости от использованных слов;

- как и в случае с вниманием, этот опыт подразумевает наличие Я, независимого от тела и контролирующего внимание, интенцию и перцепцию. Воздушный шарик позволяет получить обратную связь с этим Я, что позволяет почувствовать то, что происходит в теле.