Примечания

[1] См. мою статью «Геологические оболочки Земли как планеты». Изв. АН, сер. геогр. и геоф., 1942, 6, стр. 251. См. также H. Spencer Jones, Life on other Worlds, N. Y., 1940; R. Wildt, Proc. Amer. Philos. Soc., 81, 1939, p. 135. Перевод последней книги, к сожалению неполный (что не оговорено), помещен в нашем Астрономическом журнале, т. XVII, 1940, вып. 5, стр. 81 и сл. Сейчас вышла в свет новая книга Вильдта «Geochemistry and the Atmosphere of Planets», 1942. К сожалению, она еще до нас не дошла.

[2] См. мою статью «Геологические оболочки и т. д.» (прим. 1).

[3] См. основную мою работу «Химическое строение биосферы Земли как планеты и ее окружения».

[4] О. Рейнольдсе см. указатель юбилейного издания: «Centenary Celebration the Wilkes Exploring Expedition of the Unit. Stat. Navy 1838–1938», Proc. Amer. Philos. Soc., 82, 1940. No. 5, Philadelphia. К сожалению, наши экспедиции первой половины XIX столетия в Тихом океане надолго прекратились – почти до самой революции – после Александра I и графа Н. П. Румянцева (1754–1826), замечательного русского культурного деятеля, которыйна свой счет снарядил экспедицию на «Рюрике» (1815–1818). В советсткое время можно назвать экспедицию К. М. Дерюгина (1878–1936), драгоценные и научно важные материалы которой до сих пор только частью обработаны и совершенно не изданы. Они должны быть закончены. Такое отношение к работе недопустимо. Зоологический институт Академии Наук СССР должен исполнить этот свой научно-гражданский долг.

[5] Логическое и теоретико-познавательное понимание, которое лежит в основе нашего изложения, здесь может быть лишь кратко обозначено (ср.: Wittgenstein L. Tractatus Logico-philosophicus, 1922; Carnap R. Der logische Aufbau der Welt, 1928; Waismann F. Logik, Sprache, Philosophie (In Vorbereitung.)).

[6] В тексте приведено предложение «ich bin hungrig», при русском переводе которого связка «есть» выпадает: я (есть) голоден. – Прим. перев.

[7] Science: Conjectures and Refutations. Лекция, прочитанная в Кембридже летом 1953 года. Впервые опубликована под названием «Philosophy of Science: a Personal Report» в сб.: «British Philosophy in Mid-Century», ed. by C. A. Mace. London, George Alien and Unwin, 1957.

[8] Критику антимарксистской концепции К. Поппера, представленную здесь и далее на с. 246, см. во вступительной статье В. Н. Садовского. – Прим. ред.

[9] Это утверждение является некоторым упрощением, так как эйнштейновский эффект (правда, в два раза слабее) можно вывести из классической теории, если принять корпускулярную теорию света.

[10] «Клинические наблюдения», подобно всем другим наблюдениям, являются интерпретациями в свете теорий (см. далее – разд. IV), и только по этой причине их склонны рассматривать как подтверждения тех теорий, в рамках которых они интерпретируются. Однако действительное подтверждение можно получить только из тех наблюдений, которые были специально предприняты для проверки (с целью «опровержения» теории). Для этого должны быть заранее установлены критерии опровержения: следует договориться относительно того, какие наблюдаемые ситуации, если они будут действительно наблюдаться, означают, что теория опровергнута. Какого же рода клинические реакции могли бы в глазах психоаналитика опровергнуть не только отдельный его диагноз, но и психоанализ в целом? И обсуждались ли или согласовывались ли вообще когда-либо такие критерии психоаналитиками? Не существует ли, напротив, целая совокупность психоаналитических понятий, таких, как понятие «амбивалентность» (я не хочу сказать, что не существует такой вещи, как амбивалентность), которые сделали бы чрезвычайно трудным или даже невозможным соглашение относительно таких критериев? Более того, был ли достигнут какой-либо прогресс в исследовании вопроса о том, в какой степени ожидания (сознательные или бессознательные) и теории психоаналитиков влияют на «клинические реакции» их пациентов (Не говоря уже о сознательных попытках повлиять на пациента, предлагая ему соответствующие интерпретации, и т. п.) Много лет тому назад я ввел термин «Эдипов эффект» для описания влияния теории, ожидания или предсказания на то событие, которое они предсказывают или описывают: вспомним, что каузальная цепь, которая в конце концов привела Эдипа к отцеубийству, началась с того, что оракул предсказал это событие. Это характерная и повторяющаяся тема такого рода мифов, однако она, по-видимому, не привлекла внимания психоаналитиков, и, может быть, не случайно. (Проблема подтверждающихся сновидений, поставленная представителями психоанализа, обсуждается Фрейдом в работе, в которой он пишет:

«Если кто-нибудь утверждает, что большая часть сновидений, используемых в анализе... вызвана внушением [психоаналитика], то против этого нельзя возразить с точки зрения теории психоанализа. Однако этот факт, – неожиданно добавляет он, – никак не влияет на надежность наших результатов».

[11] Иллюстрацией этого утверждения может служить астрология – типичная псевдонаука в наши дни Со стороны аристотелианцев и других рационалистов вплоть до Ньютона она подвергалась нападкам по ошибочным основаниям – за ее ныне признанное утверждение о том, что планеты оказывают «влияние» на земные («подлунные») события Фактически ньютоновская теория гравитации, и в частности лунная теория приливов, исторически были детищем астрологических идеи По-видимому, Ньютон очень не хотел принимать теорию, восходящую к тому же источнику, что и теории, объясняющие, например, возникновение эпидемии «гриппа» «влиянием» звезд. И Галилей, несомненно, по тем же основаниям отвергал лунную теорию приливов, и его опасения по поводу результатов Кеплера легко объясняются его опасениями в отношении астрологии.

[12] Книга представляет собой английский перевод моей книги «Logik der Forschung» (1934) с некоторыми новыми примечаниями и добавлениями, включая упомянутое письмо к редактору «Erkenntnis».

Относительно упомянутой неопубликованной моей книги см. статью Карнапа, в которой он дает описание предложенной мною теории и соглашается с ней. Он называет мою теорию «процедурой В» и, в частности, говорит: «Исходя из концепции, отличной от концепции Нейрата» (который разработал «процедуру А», по выражению Карнапа), «Поппер развил процедуру В как часть своей системы». И после подробного описания моей теории проверок Карнап следующим образом подводит итог своим рассуждениям:

«Рассмотрев представленные здесь различные аргументы, я прихожу к выводу о том, что вторая форма языка с процедурой В, описанная здесь, представляется наиболее адекватной среди всех форм научного языка, выдвинутых к настоящему времени... в теории познания». Эта статья Карнапа содержит первое печатное изложение моей теории критических проверок.

[13] Витгенштейн приводит следующий пример бессмысленного псевдопредложения: «Сократ тождественен». Предложение «Сократ нетождественен», очевидно, также должно быть бессмысленным. Таким образом, отрицание бессмысленного предложения дает бессмысленное, а отрицание осмысленного предложения также будет осмысленным. Однако, как впервые было указано в моей работе, а затем и моими критиками, отрицание проверяемого (или фальсифицируемого) высказывания не обязательно должно быть проверяемым. Легко представить, какая путаница возникает в том случае, если проверяемость считают критерием значения, а не демаркации.

[14] Наиболее свежий пример неправильного понимания истории этой проблемы дает статья Уайта. Статья Эванса, которую критикует Уайт, на мой взгляд, превосходна и весьма глубока. Понятно, конечно, что ни один из авторов не может вполне воссоздать историю. (Некоторые указания по этому поводу можно найти в моей работе.

[15] В работе «Логика научного исследования» я проанализировал некоторые возможные возражения против моей концепции и ответил на них. Впоследствии эти возражения действительно были выдвинуты, однако без ссылки на мои ответы. Одно из них заключается в утверждении, что фальсификация закона природы столь же невозможна, как и его верификация. Ответ на эго возражение состоит в указании на то, что в нем смешиваются два совершенно разных уровня анализа (подобно тому, как это происходит с утверждением, что магматические доказательства невозможны, ибо, сколько бы мы их ни проверяли, у нас никогда не будет полной уверенности в том, что мы не пропустили ошибки). На первом уровне имеет место логическая асимметрия; одно сингулярное высказывание, скажем, о перигелии Меркурия может формально фальсифицировать законы Кеплера, однако их нельзя формально верифицировать никаким числом сингулярных высказываний. Попытка уменьшить эту асимметрию может привести лишь к путанице. На втором уровне мы можем испытывать колебания по поводу любого высказывания, включая даже самые простейшие высказывания наблюдения; в этом случае мы осознаем, что каждое высказывание включает интерпретацию в свете теорий и потому проблематично. Это обстоятельство не влияет на указанную фундаментальную асимметрию, но оно имеет важное значение: большая часть анатомов, исследовавших сердце до Гарвея, видели ошибочные вещи, а именно те, которые они ожидали найти. Не может существовать вполне надежного наблюдения, не подверженного опасности ошибочных интерпретаций. (В этом состоит одна из причин, объясняющих бесплодность теории индукции.) «Эмпирический базис» в значительной степени состоит из смеси теорий низкой степени универсальности (описывающих «воспроизводимые эффекты»). Однако независимо от этого фактом является то, что, какой бы базис ни принял на свой риск исследователь, он может проверить свою теорию, только пытаясь опровергнуть ее.

[16] Я не сомневаюсь в том, что Борн и многие другие ученые согласятся с тем, что теории принимаются лишь временно. Однако широко распространенная вера в индукцию показывает, что мало кто замечает, к каким важным следствиям приводит эта точка зрения.

[17] Витгенштейн придерживался этого взгляда еще в 1946 году.

[18] Определение в терминах теории вероятностей величины C (t, e), то есть степени подкрепления теории t относительно свидетельства e, удовлетворяющее требованиям, перечисленным в моей работе, выглядит следующим-образом: C (t, e) = E (t, e) (1 + P (t) P (t, e)), где

E (t, e) = (P (e, t) – P (e)) / (P (e, t) + P (e)) является (неаддитивной) мерой объяснительной силы t относительно e. Следует заметить, что величина C (t, е) не является некоторой вероятностью, так как может принимать значения от -1 (опровержение t посредством e) до C (t, t) ≤ +1. Высказывания t, имеющие форму законов и поэтому неверифицируемые, не могут получить даже значения C (t, e) = C (t, t) при любом эмпирическом свидетельстве e. C (t, t) представляет собой степень подкрепляемости теории t, и она равна степени проверяемости t или содержанию t. Мне представляется, однако, что требования, включенные в пункт (6), сформулированный выше в конце разд. I, делают невозможной полную формализацию идеи подкрепления (или, как я раньше предпочитал говорить, идеи подтверждения).

Впоследствии я упростил приведенное определение следующим образом:

C (t, e) = (P (e, t) – P (e)) / (P (e, t) – P (et) + P(e)).

1 Извлечение из кн.: Вернадский В. И. Философские мысли натуралиста. М.: Наука, 1988. 520 с.

2 В рукописи: «выросла».

3 Быстрое изменение наших знаний благодаря археологическим раскопкам дозволяет надеяться на очень большие изменения в ближайшем будущем.

4 C. Schuchert… [and C. O. Dunbar. A Text Book of Geology. N. Y., 1933. p. 80].

5 А. П. Павлов... [Геологическая история европейских земель и морей в связи с историей ископаемого человека. М.–Л., 1936. С. 105 и сл.].

6 Агассис высказал эту мысль в полемической работе, направленной против дарвинизма (L. Agassiz An Essay on classification. London, 1859). Может быть, с этим связано то, что она не достигла того влияния, какое могла оказать, [несмотря на] многие важные соображения, в ней находящиеся.

7 В. И. Вернадский. Мысли о современном значении истории знаний. Доклад, прочитанный на Первом заседании Комиссии по истории знаний 14.Х.1926 г. // Труды Комиссии по истории знаний. Т. I. Л., 1927. C. 6.

8 Об эмпирическом обобщении и других логических понятиях, здесь употребляемых... [См. здесь С. 198–203 – «О логике естествознания»].

9 Sarton G. Introduction to the History of Science. Cambridge, T. 1, 1927; T. 2, 1931.

10 Извлечение из кн.: Карнап Р. Преодоление метафизики логическим анализом языка / Пер. А. В. Кезиным // Вестник Моск. ун-та. Сер. 7: Философия. 1993. № 6. С. 11–26.

11 Извлечение из кн.: Поппер К. Предположения и опровержения. Рост научного знания / Пер. с англ. А. Л. Никифорова, Г. А. Новичковой. М.: АСТ: Ермак, 2004. 638 с.

12 Извлечение из кн.: Мертон Р. Социальная теория и социальная структура / Пер. с англ. Е. Н. Егоровой, З. В. Кагановой, В. Т. Черемиссиновой; науч. ред. З. В. Кагановой. М.: ACT: ACT МОСКВА: ХРАНИТЕЛЬ, 2006. 873 с.

13 С тех пор, как это было написано в 1942 г., стало очевидно, что шок, вызванный атомным взрывом над Хиросимой, привел уже гораздо большее число ученых к осознанию социальных последствий своей научной работы.

14 Беспримесно немецким (нем.).

15 Профессор – это человек, у которого на все есть свое мнение (нем.).

16 Извлечение из кн.: Кун Т. Структура научных революций / Пер. с англ. И. З. Налетова; общ. ред. и послесл. С. Р. Микулинского и Л. А. Марковой. М.: Прогресс, 1975. 288 с.

17 Извлечение из кн.: Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки / Пер. с англ. и нем.; общ. ред. и авт. вступ. ст. И. С. Нарский. М.: Прогресс, 1986. 542 с.