12. Кондоиди п.З. И его деятельность в области военной медицины и организации здравоохранения.

Павел Захарович Кондоиди ; 24 июня 1710^[3], остров Корфу — 30 августа 1760,Петергоф) — тайный советник, лейб-медик, директор Медицинской канцелярии (1754—1760). Почётный член Петербургской академии наук (1754). Основоположник организации медицинского обеспечения в России.

Генерал-штаб-доктор армии Миниха

• составил инструкцию для генерал-штаб-докторов (утверждена Медицинской канцелярией 16 марта 1739);

• улучшил продовольственное снабжение и гигиеническое состояние госпиталей, считая их залогом успешного лечения больных и раненых;

• ввёл «учёные совещания» врачей армии для принятия мер в затруднительных случаях;

• создал первый в России подвижной (походный) госпиталь.

Директор Медицинской канцелярии

• ввёл историю болезни как обязательный документ;

• ввёл в больницах обязательные вскрытия для определения причины смерти каждого больного и контроля правильности диагноза;

• учредил первую публичную медицинскую библиотеку при Медицинской канцелярии;

• усовершенствовал деятельность госпитальных школ:

  • установил их программы, точные сроки обучения и порядок экзаменов,

  • запретил телесные наказания,

  • учредил доцентуры при госпитальных школах и издал инструкции доцентам (5 февраля 1754);

• учредил акушерские школы (школы «бабичьего дела») в Петербурге и Москве (1757);

• ввёл усовершенствование русских лекарей за границей с целью подготовки преподавателей высшей медицинской школы;

• издал инструкции:

  • штадт-физику,

  • дивизионным врачам,

  • для лечения оспы, кори и др. подобных болезней,

  • для осмотра инвалидов, не годных к службе,

  • для пользования медицинской библиотекой;

• организовал медицинское обеспечение русской армии в Семилетней войне;

• составил первую русскую фармакопею для полевых аптек и военных врачей;

• издал первый русский список врачей.

13.Барсук-Моисеев ф.И. – первый доктор, защитивший диссертацию в стенах Московского университета.

Фома Иванович Барсук-Моисеев (Мойза) (1768 — 11 [23] июля 1811, Москва) — российский врач, экстраординарный профессор физиологии и диететики Московского ниверситета, доктор медицины.

Родился в Малороссии, учился в Киевской духовной академии (где составил свою фамилию из монограммы слова — бурсак) и в Московском университете (с 1786 или 1788;медицинский факультет), где был удостоен в 1794 году степени доктора медицины за диссертацию «De respiratione» («О дыхании») — первое присвоение степени доктора наук по медицинскому факультету по указу Екатерины II от 29 сентября 1791 года. В 1795 году произведён в экстраординарные профессора, читал физиологию, патологию, терапию, семиотику и диететику.

С 1811 году — в отставке «за нечаянный порок невоздержанности».

14. Влияние трудов Радищева на мировоззрение врачей и интеллигенции.

Хотя Радищев писал стихи, поэмы, а также сочинил философский трактат “О Человеке, о его смертности и бессмертии”, в памяти потомков он остался всего лишь автором “Путешествия из Петербурга в Москву”. Это сочинение получило весьма нелестную характеристику А. С. Пушкина, который написал, что оно “причина его несчастья и славы, есть очень посредственное произведение, не говоря даже о варварском слоге”. У Пушкина, который по праву считается создателем русского литературного языка, были достаточно веские основания для столь сурового приговора. Однако вспомним, что Пушкин создавал этот новый язык, безжалостно разрушая старый, который был, несомненно, громоздким, корявым, чересчур архаичным, зато вполне соответствовал внутреннему строю пусть “варварской”, но самобытной русской души, тогда как язык Пушкина был достоянием довольно узкого круга дерзкой и вольнодумной молодежи, воспитанной в европейском духе и зачастую с трудом изъяснявшейся на родном “варварском” наречии. Можно ли безоговорочно утверждать, что легкость, гладкость, гибкость, плавная текучесть и изящество языка Пушкина — свидетельство его несомненного достоинства по сравнению с языком Державина, Карамзина и Радищева. Быть может, правы те, кто считает стиль Пушкина легковесным, а мысль, выраженную в характерной для него свободной, раскованной форме, — плоской и упрощенной? Безусловно нет.