116 Глава первая.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ В РАННЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ (ІХ-ХІІІВВ.)

При написании древнерусских рукописных книг и официальных документов

использовали очень плотные и густые чернила, как правило, коричневатого или

бурого оттенка. В основе приготовления этих чернил лежала химическая

реакция между солями, железистыми и дубильными веществами, поскольку в

естественную кислую среду, например, квас или кислые щи, клали ржавые железные

изделия, древесную кору и камедь —

клейкое растительного вещество. Затем эту

смесь настаивали в теплом и темном месте, и после ее загустения использовали

по назначению в качестве чернил. Кроме чернил при создании рукописных книг

использовали краски (киноварь, охру, лазурь), которыми рисовали заголовки и

заглавные (титульные) буквы, а также разнообразные орнаментальные украшения.

В качестве основных орудий письма использовали птичьи, как правило, гусиные

перья, которые сначала размягчали в горячем песке, а затем оттачивали

перочинным ножом и делали специальный желобок для чернил.

Согласно «Предварительному списку славяно-русских рукописей XI—XIV вв.»

(1965) из 1493 учтенных рукописных книг того периода к эпохе Киевской Руси

относятся 192 бесценных раритета. Традиционно самой древней русской

рукописной книгой считается знаменитое «Остромирово Евангелие» (1057), написанное

дьяконом Григорием для новгородского посадника Остромира. Правда, существует

мнение (А. Кузьмин, В. Янин), что самыми древними рукописными книгами,

дошедшими до наших дней, являются Новгородская «Псалтырь» конца X в. и «Путятина

Минея», созданная в 1030-х гг.

«Остромирово Евангелие» представляло собой большой сборник разнообразных

статей богословского, философского и этического характера, предназначенных для

евангельского чтения по дням недели, начиная с Великой Пасхи. Рукопись этого

шедевра древнерусской церковно-философской литературы была богато украшена

миниатюрами, в том числе с изображением трех евангелистов Иоанна, Марка и Луки.

Следующими по времени создания стали два знаменитых «Изборника

Святослава», написанные дьяконом Иоанном для Великого киевского князя Святослава

Ярославича в 1073-1076 гг. Причем, по мнению ряда авторов (А. Рогов), первый

«Изборник» представлял собой перевод болгарского первоисточника, а второй был

оригинальным (русским) произведением. Эти «Изборники» представляли собой

сборники (патерики) различных нравоучительных статей и изречений,

предназначенных для чтения княжеским и боярским отрокам, в частности «Апостольские

уставы», «Слово того же Иоанна о верочитных книгах» и «Богословец от словес».

Первый «Изборник» 1073 г., подобно «Остромирову Евангелию», был богато

орнаментирован и украшен различными миниатюрами, а второй «Изборник» 1076 г.,

напротив, был внешне очень строг и предельно аскетичен.

От конца XI в. сохранилось еще несколько памятников религиозно-церковного

содержания, в частности «Архангельское Евангелие» (1092) и три «Служебных

Минеи», созданные в Новгороде в 1095-1097 гг. Позднее, в первой трети XII в. было

создано еще довольно много литературных, религиозно-церковных и нарративных

памятников, большинство из которых, к сожалению, не сохранилось до наших

дней. Среди уцелевших рукописей той поры следует назвать: 1) «Мстиславово

Евангелие», написанное священником Алексой по поручению новгородского князя

Мстислава Великого в 1115 г. для новгородской Благовещенской церкви на

Городище, и 2) Княжескую грамоту Мстислава Великого —

самый древний нарративный

Тема:

КУЛЬТУРА КИЕВСКОЙ РУСИ IX -

XII ВВ. 117

рукописный памятник Киевской Руси, которая была дарована им новгородскому

Юрьеву монастырю в ИЗО г.

Долгое время в исторической науке господствовало предвзятое убеждение, что

письменность в Древней Руси была уделом только церковных иерархов и

представителей высшей феодальной знати. Однако в 1951 г, одна из сотрудниц знаменитой

Новгородской археологической экспедиции профессора А.В. Арциховского нашла

первую берестяную грамоту, которая блестяще опровергла это ложное убеждение.

В настоящее время в Новгороде, Старой Руссе, Пскове, Ладоге, Смоленске, Витебске

и других русских городах найдено более 1100 берестяных грамот, которые

красноречиво свидетельствуют о достаточно широком распространении грамотности

и письменности среди самых широких слоев посадского населения Древней Руси.

О широком распространении письменности в Древней Руси говорят и многие

эпиграфические памятники, т.е. надписи, сделанные на камнях, металле, деревьях

и других твердых материалах. К числу древнейших эпиграфических надписей

относится надпись на знаменитом Тмутараканьском камне, датированная 1068 г., которая

была начертана в годы правления в Тмутаракани (Тамани) внука Ярослава Мудрого

князя Глеба Святославича. Многочисленные надписи или граффити сохранились

также на каменных крестах, деревянных пряслицах, гончарных изделиях и даже

на стенах ряда знаменитых храмов и церквей.

Все эти хорошо известные факты лишний раз подтверждают, что на Руси было

«ваше мнози» грамотных и образованных людей, многие из которых получили свое

образование, как частным образом, так и в стенах «государственных» школ. По

мнению многих знатоков истории Древней Руси, в тот период было два основных

типа учебных заведений: 1) церковные школы, созданные при крупнейших храмах

и монастырях для подготовки церковнослужителей, где отроков и юношей

обучали письму, чтению, богословию и песнопению, и 2) светские школы, где, помимо

основных предметов, школярам преподавали риторику, грамматику и философию.

В настоящее время достоверно известно, что уже при Владимире Святом была

создана первая мужская школа в Киеве, а при его сыне Ярославе Мудром школы

для обучения княжеских и боярских отроков были открыты в Новгороде, Киеве

и Чернигове. Тогда же, в первой половине XI в. были созданы первые женские школы,

в частности при Андреевском и Спасском монастырях в Киеве и Полоцке. Однако,

совершенно очевидно, что в тот период самой распространенной формой

ученичества все же оставалось традиционное домашнее обучение.

Распространение грамотности на Руси сопровождалось и созданием первых

библиотек. Самыми крупными хранилищами книг были Софийские соборы в Новгороде,

Киеве и Полоцке, Киево-Печерский и Новгородский Юрьевский монастыри, а также

частные собрания Великих киевских князей Ярослава Мудрого и его сына Всеволода,

галицкого князя Ярослава Осмомысла, княгинь Ефросиньи Полоцкой и Ефросиньи

Суздальской, архимандрита Феодосия Печерского и митрополита Климента Смолятича.

4. Древнерусское летописание

Среди письменных памятников Древней Руси одно из самых почетных мест по

праву принадлежит летописным сводам. Древнерусские летописи —

это

совершенно уникальное явление древнерусской культуры, которые внесли неповторимый

118 Глава первая.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ В РАННЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ (ІХ-ХІІІВВ.)

и бесценный вклад в сокровищницу мировой культуры и письменности. Причем,

по мнению многих ученых (А. Шахматов, Д. Лихачев, А. Кузьмин, П. Толочко),

русское летописание разительно отличалось от византийских хроник и

западноевропейских анналов. В византийских хрониках повествование всегда велось не по

годам, а по времени правления патриархов, императоров и императриц, а в русских

летописных сводах уже с начала XI в. существовала «погодная сетка» важнейших

исторических событиях русской и даже мировой истории, произошедших в то или

иное «лето». В западноевропейских анналах также существовала «погодная сетка»

важнейших исторических событий, однако, информация о них была довольно

скудной и невыразительной. В русских летописных сводах, напротив, очень часто

были представлены развернутые повествования о различных событиях и

персонажах древнерусской и мировой истории, в которых содержалась очень личностная,

выразительная и предельно эмоциональная оценка многих исторических событий

и персонажей. Кроме того, сами летописные своды были наполнены

многочисленными текстами официальных документов и договоров, некрологами видных

государственных и церковных деятелей, философскими трактатами и религиозными

поучениями, народными преданиями и легендами.

Надо сказать, что вопрос о времени появления первых летописных сводов до сих

пор является дискуссионным. Связано это, прежде всего, с тем обстоятельством,

что древнейшие списки «Повести Временных лет» дошли до нас в составе более

поздних летописных сводов, созданных в ХГѴ-ХѴ вв. Долгое время в исторической

науке безраздельно господствовала гипотеза академика А.А. Шахматова,

автора фундаментальной монографии «Разыскания о древнейших русских летописных

сводах» (1908), что первый русский летописный свод был создан в 1037-1039 г.

в связи с созданием в Киеве отдельной митрополии и прибытием в столицу Руси

первого русского митрополита, грека Феопемта. На основе этого «Древнейшего

Киевского свода» при Софийском Новгородском соборе в 1050 г. был создан

«Древнейший Новгородский свод». Затем, в 1073 г., настоятель Киево-Печерского монастыря

Никон создает «Первый Киево-Печерский свод», а в 1095 г. на базе «Древнейшего

Новгородского свода» и «Первого Киево-Печерского свода» был создан «Второй

Киево-Печерский свод», который сам А.А. Шахматов назвал «Начальной летописью»,

ставшей непосредственной базой создания знаменитой «Повести временных лет»

(ПВЛ), которая сохранилась в составе трех разных редакций 1113,1116 и 1118 гг.

Надо сказать, что практически сразу схема академика А.А. Шахматова,

выводившая всю ПВЛ из единого летописного древа, вызвала резкие возражения со

стороны ряда видных ученых, в частности академика В.М. Петрина, автора известной

работы «Замечания о начале русского летописания» (1922), и академика Н.К.

Никольского, создавшего обобщающий фундаментальный труд «Повесть временных

лет как источник по истории русской культуры и письменности» (1930). Затем, во

второй половине XX века, многие известные ученые предложили разные гипотезы

начала русского летописания. Но при этом все советские филологи и историки, за

исключением профессора А.Г. Кузьмина, не отвергали саму схему А.А. Шахматова

«о едином древе», а лишь предлагали разные датировки древнейшего летописного

свода и место его написания.

Так, академик Л.В. Черепнин датировал возникновение русского летописания