Множественность культур

Признание множественности культур как теоретической предпосылки ведёт к неоднозначным философским выводам. Некоторые культурологи исходят из представлений о равенстве культур, о невозможности их противопоставления в качестве равновеликих величин. Другие, напротив, полагают, что разнообразие культур не исключает принципа иерархичности. В этой системе отсчёта одни культуры оцениваются как значимые, развитые, ценностно богатые и плодоносные. Другие, напротив, воспринимаются как менее богатые, патриархальные, истощившиеся и утратившие своё верховенство.

Идея множественности культур предполагает обсуждение ещё одного вопроса: могут ли культуры оказывать влияние друг на друга или они фатально разъединены, непроницаемы. В европейской философии наиболее распространёнными на протяжении долгих столетий были представления о безусловной открытости различных культур, об их взаимном воздействии друг на друга. Современные исследователи также исходят из принципа равенства культур. Так, например, сейчас одинаково высоко оцениваются достижения эскимосов, прекрасно приспособившихся к суровому климату Арктики, и культура Индии, которая создала глубокие, непревзойдённые по своей глубине религиозно-философские системы.

Все культуры равны. Но есть основания для их ценностного сопоставления. Культуры Мексики и Перу не выдержали напора завоевателей, поскольку были слабо расчленёнными, негибкими. Здесь имела место культурная коалиция. Но культуры, которые вступили в неё, были по существу одинаковыми, тогда как в Европе такое смешение создавало принципиально иное качество.

Европоцентризм

Европоцентризм – культурфилософская и мировоззренческая установка, согласно которой Европа, присущий ей духовный уклад, является центром мировой культуры и цивилизации. Первыми в Европе противопоставили себя Востоку древние греки. Понятие Востока они относили к Персии и другим землям, находившимся восточнее греческого мира. Но уже в Древней Греции это понятие было не просто географическим, в него вкладывался более широкий смысл. Разграничение Запада и Востока стало формой обозначения противоположности эллина и варвара, «цивилизованности» и «дикости».

В эпоху Средневековья, когда экономические, политические и культурные связи Европы с остальным миром резко ослабевают, а важнейшим фактором духовной и политической жизни становится христианство, Восток в сознании европейца закономерно отодвигается на задний план как нечто отдалённое и сугубо экзотическое. Однако возвеличивание Запада прослеживается в европейском сознании на протяжении столетий.

Идея европоцентризма, хотя и несла в себе обособление Востока, в то же время подспудно была одушевлена поиском родовых основоположений человечества. Она исходила из мысли, что все народы пройдут западными магистралями и обретут единство. В этом смысле представления о Востоке как зоне «недовыполненного» человечества служили той универсальной схемой, которая, сохраняясь, могла вместе с тем в разное время и в разных обстоятельствах наполняться совершенно различным содержанием. Такие значительные течения европейской культуры, как Просвещение и романтизм, новейшая (начиная с Шопенгауэра) западная философия, искусство модернизма, молодёжная контркультура 60-х годов, самым интенсивным образом вобрали в себя ориентальные элементы, стремясь соотнести, соизмерить себя с Востоком.

Вместе с тем в ХХ в. в европейском сознании вызревал кризис европоцентризма. Европейский просвещённый мир пытался понять, правомерно ли рассматривать европейскую идею как всемирную. А. Шопенгауэр отказывался видеть в мировой истории нечто планомерно цельное, предостерегал от попытки «органически конструировать» её. О. Шпенглер оценивал схему европоцентризма – от древности к средневековью и затем к Новому времени – как бессмысленную. По его мнению, Европа, как небольшое пятнышко, неоправданно становится центром тяжести исторической системы. Он отмечал, что с таким же правом китайский историк мог бы, в свою очередь, построить всемирную историю, в которой крестовые походы и эпоха Возрождения, Цезарь и Фридрих Великий были бы обойдены молчанием, как события, лишённые значения. Шпенглер называл птолемеевской, т.е. устаревшей, привычную для западноевропейца схему, согласно которой высокоразвитые культуры совершают свой бег вокруг Европы.

В целом европоцентристская концепция не утратила своего статуса. Сложившееся ещё в философской классике возвеличивание разумного, рационального «эллинского» начала в противовес эффектированности, стихийности и эмпиричности иных культур, а также возникшее позднее стереотипное представление о технической цивилизации, активно содействовали формированию различных современных сциентистских иллюзий.

Современный европоцентризм поддерживается концепцией «модернизации мира». Он утверждает, что другие культуры должны принять современный жизненный уклад Запада.