Раздел III. Гносеология

137

В связи со сказанным, можно видеть, что именно эволюция отражения содержит в себе причинное объяснение эволюцион- ной схемы П. Тейяра де Шардена. Каждая из трех выделенных им стадий эволюции выступает особенной, своеобразной формой, принципом нахождения ответа на «вызов» взаимодействующей с ней окружающей среды.

Всякий раз переход, скачок от относительно низкой формы отражения к более высокой происходит в результате появления более совершенного способа взаимодействия системы со средой. Скачок из неживой природы в живую связан с появлением спо- собности приспособления системы к изменчивым влияниям среды с помощью выработки в процессе естественного отбора энергети- чески оптимальных вариантов поведения и фиксирования их в

генетической информационной программе.

Итак, самым общим, исходным родовым основанием сознанш

и познания выступает отражение как атрибут субстанции. Отсю- да следует, что точка зрения на процесс познания, как на резуль- тат взаимодействия двух реально существующих, материальных систем, имеет определенное основание и рациональное зерно. Однако не следует забывать о том, что эволюция отражения при- водит и к совершенствованию внутреннего состояния возникаю- щих в результате этой эволюции систем. Человеческое познание предполагает не только сознательное отношение субъекта к объек- ту, но и сознательное отношение субъекта к самому себе, то есть самосознание.

В смутном состоянии самосознание присутствует у человека изначально, однако достаточно развитое осознание субъектом себя как «Я» возникает только после разделения труда на умственный и физический, то есть с момента начала духовного производства. Дело в том, что духовное производство приводит к выработке универсальных принципов мышления, то есть принци- пов идеального отражения действительности (единичное, особен- ное, всеобщее, причина и т.д.). Эти логические принципы — и только они — позволяют человеку видеть бытие, вещь, объект и в том числе — и самого себя такими, какими они есть на самом деле. Неосознанно и некритически этими принципами пользовать- ся нельзя, поэтому-то процесс отражения окружающей, действи-

Диалект и ческая философия

тельности обязательно сопровождается отражением самого этого процесса отражения.

Сказанное свидетельствует о том, непосредственным, «видо­вым» основанием процесса познания выступает не любое, а выс­шее идеальное отражение, непосредственной своей причиной имеющее высшую форму материального отражения — предмет­но-преобразующую деятельность человека, способствующую на­коплению в памяти коллективного и индивидуального субъектов всеобщих познавательных норм, которые и исследуются теорией познания.

Итак, говоря о процессе отражения как общем свойстве бы­тия, мы уже отмечали, что каждый конкретный способ отраже­ния определяется способом взаимодействия системы с другими системами, с окружающей средой. Познание как отражение не есть непосредственный отпечаток свойств объекта в знании субъекта, отношение между ними опосредствовано специфичес­кой (трудовой) деятельностью, вызывающей к жизни специфичес­кое (социальное) общение индивидов, в связи с чем и сам субъект, и его деятельность должны быть поняты в их социаль­но-культурной и исторической обусловленности.

Итак, контакт субъекта и объекта носит не непосредственный, а опосредствованный характер. В донаучной и вненаучной позна­вательной практике роль таких посредников играют, прежде всего, орудия трудовой деятельности, все предметы, созданные человеком для человека и воплощающие в себе определенные социально-культурные ценности и, наконец, различные знаково- символические системы, прежде всего, — естественный язык. С появлением науки, ко всему перечисленному добавляется, с од­ной стороны, система приборов и измеряющих устройств, а с другой стороны — совокупность понятий, теорий, для выражения которых вырабатываются специально сконструированные языки.

Важнейшую роль в опосредствовании субъекта и объекта иг­рают, так называемые, идеализированные объекты. «Матери­альная точка», «несжимающаяся жидкость», «абсолютно черное тело», «идеальный газ», — все эти и другие объекты не имеют полностью подобных им, реальных аналогов. Они являются кон­струкциями теоретического мышления. И выходит, что И. Кант