Раздел II. Онтология 121

валось о том, что человек это еще и живое существо, обладающее множеством «витальных» потребностей.

Онтологическое рассмотрение основной проблемы философии (поиски корней, предпосылок мышления в бытии) выявляет важ­ность отражения как универсального свойства бытия. Именно этот атрибут бытия объясняет нам ту самую «родственность» на­шего мышления с объективной реальностью, на которую издавна обратили внимание философы. Мы видим, что причина этой род­ственности заключается в укорененности в бытии идеального, ко­торое, на определенной стадии развития, проявляет себя всего лишь как идеальное в широком смысле, то есть как результат борь­бы за право «быть», как результат достижения идеального вариан­та, идеальной формы отражения системой окружающей среды.

В низших формах отражения материальное и идеальное суще­ствуют неразделимо, слитно. Затем, в процессе своего развития отражение расщепляется на две формы: материальное отражение и отражение собственно идеальное, то есть не материальное. Перврй из названных форм отражения в социальной форме движения выс­тупает материально-преобразующая часть человеческого труда, вто­рой — его идеально-преобразующая часть, то есть — мышлейи^Т""

Таким образом, труд есть единство материального и идеально­го. Труд человека является не только физическим, но и умствен­ным и нравственным сразу. И в этом смысле важно подчеркнуть, что каждый эволюционный переход между формами движения бытия — это нахождение все более и более совершенных спосо­бов единения материального и идеального.

Свои способы гармонии материального и идеального имеются в каждой особой форме движения материи. Такдм^образом, мир идеально присутствует «внутри» любой материальной вещи. Поэтому Аристотель считал, что и у растения, и у животного имеется своя (вегетативная и чувственная) душа. Лейбниц же по­лагал, что своеобразная душа, то есть идеальное содержание, имеется даже у неживого предмета, даже он является своеобраз­ным «зеркальцем», по-своему отражающим окружающий его мир.

Некоторые исследователи считают возможны^_выделять не два, а_три значения понятия «идеальнее». Во-первых, это идеаль­ная, то есть наиболее высокая и совершенная, форма развития

Диалект и ческая философия

и существования определенной системы (например, шарообраз­ность как идеальная форма: звезды, капли жидкости, свернув­шейся в клубок кошки или идеальное строение и функционирова­ние живого-морганизма и т. д.).

<|5о-вторых1 идеальное это деятельная, операциональная спо­соб ностГ~чеЛовека двигаться по логике предметов и достигать поставленной цели.

B-jfpeTbHX^, идеальное это субъективный образ объективной реальности^ то есть способность человека с помощью мозга вос­производить и осознавать формы человеческой деятельности, а через них — формы бытия как такового⁴⁴.

Нам кажется, что второе и третье значения идеального следу­ет объединить, с тем, чтобы их, вместе взятые, противопоставить первому. И действительно: ведь второе и третье значение это одно и то же: это две диалектически противоположные стороны единого процесса мышления: имеющийся в голове субъективный образ объективной реальности есть отпечаток, хранящий в себе способность человека двигаться по логике окружающих его пред­метов. Таким образом, в дальнейшем будем говорить об одном понимании идеального как о высшей форме развития чего-либо и как о совокупности незримого мира возможностей, а о другом — как о противоположности материальному. При этом первое, «в снятом виде», входит в состав второго⁴⁵.

Единство данных двух пониманий идеального обеспечивается историческим процессом развития феномена отражения. Однако, хотя это и единство, но единство конкретное, то есть единство различного (единство родового и видового начала), в связи с чем совершенно недопустимо формально отождествлять первое зна­чение идеального со вторым. Почему недопустимо такое отожде­ствление? Потому, что первое значение идеального не имеет пря­мого отношения к мышлению, а второе, напротив, '— имеет к нему самое прямое отношение. Первое «идеальное» не противо­стоит материальному, переплетено с ним, проявляется в нем, а второе — противостоит и приобретает относительно самостоя­тельное значение.

Если мы начнем путать эти два родственные, но противопо­ложные по содержанию друг другу, значения идеального, то у нас