Раздел IV. Социальная философия и фило'софия человека

3J I

ется в идеальное в собственном, конкретном смысле этого слова, как диалектически противостоящее материальному, как потребность, порождающая цели и идеалы, и как способность движения по логике любого предмета.

Поэтому нет необходимости противопоставлять сознание отра­жению или сознание — информации, ибо это различные этапы развития одного и того же важнейшего атрибута Универсума, который Спиноза назвал мышлением, но которое, на самом деле, в низших формах движения присутствует всего лишь как возмож­ность, как предпосылка мышления.

Противоречие между вещью и бытием как таковым (алейро­ном) выражается и разрешается во внутреннем диалектическом противоречии, суть которого можно выразить таким образом: может или не может вещь материально перестроиться так, что­бы более или менее успешно, а в идеале — идеально вписаться в окружающую ее реальность. Пройдя длительную эволюцию, от­ражение в социальной форме движения приобретает более слож­ный вид, и указанная выше зависимость как бы «оборачивается». Теперь вопрос стоит так: может ли человек или сообщество людей идеально, то есть в своем сознании, найти способ мате­риально перестроиться перед лицом многочисленных вызовов и угроз так, чтобы соответствовать логосу действительности, гар­монизировать свои отношения с ним.

Опять-таки можно видеть, что в первом и втором случаях понятие «идеальное» имеет разное содержательное насыщение. В первом случае идеальное берется в самом широком смысле — как разумное в гегелевском понимании (только все разумное дей­ствительно и — наоборот), как нечто идеально организованное, как высшая форма бытия, стихийно сформировавшаяся в процес­се отбора. Во втором же случае речь идет о том, насколько муд­ро, идеально-правильно субъективный образ объективной реаль­ности отражает, содержит в себе сложную обстановку предстоя­щего действия (причем не только с точки зрения его энергетичес­кой или экономической, а и с точки зрения ценностной и смысло­вой эффективности) — сражения, реформы, строительства, науч­ного эксперимента, хирургической операции и т.д., с тем чтобы, мысленно промоделировав все возможности и случайности,⁴успешно

Диалект и ческая философия

совершить материальные преобразования, направленные на сохра­нение и развитие отдельной личности, конкретной сообщности людей, той или иной цивилизации, человечества в целом. Отсюда, кстати говоря, понятно, почему люди так любят интеллектуальные игры — шахматы, шашки, те карточные игры, в которых нужно думать и рассчитывать свои последующие ходы. Эти игры, пред­ставляя собой модель определенного аспекта человеческой дея­тельности, тренируют способность человека предвидеть и в слож­ной ситуации выбирать и принимать верное решение.

Говоря о процессе развития всего сущего, очень важно заметить следующее. Нельзя представлять его всего лишь как отбор наилуч­ших результатов на фоне, так сказать, неизменного, вечного диалек­тического способа этого изменения и отбора. Развивается не только содержание, но и форма диалектического процесса. Изменяется, прогрессирует не только результат диалектического развития. Качественно меняется сама диалектика, то есть характер процесса развития и его смысл. Говоря иначе, нельзя в объективной диалек­тике видеть одну только беспощадную борьбу, или войну, каковой она предстает перед нами в наличном бытии, но фактически являет­ся всего лишь диалектикой «низших этажей развития».

Диалектика отражения как диалектика «войны» (Гераклит), диалектика отбрасывания иного ради сохранения себя — через ряд превращений, исторически перерастает в диалектику творче­ства. Выражаясь словами Эмпедокла, период господства вражды со временем сменяется периодом господства любви. Вряд ли прав Лейбниц, полагая, что монады — всегда и безусловно замкнутые системы. Самозамыкание монад в процессе эволюции мира посте­пенно преобразуется в их абсолютную открытость.

Возникает диалектика как диалогика (B.C. Библер), логика полифонирования (третьего вида отрицания — М.М. Бахтин, Г.С. Батищев, A.A. Хамидов), логика со-творчества и любви (Г.С. Батищев), логика коэволюции (H.H. Моисеев). Думается, список мыслителей, в той или иной форме предвосхищавших возникновение принципиально иной формы диалектики, можно было бы продолжить. Думается, что все эти и другие идеи хорошо описывают то должное состояние человеческого общества, которое называется ноосферой.