Раздел IV. Социальная философия и фило'софия человека

3J I

век позже Анаксимандра. В частности, когда Гераклит говорит: «Всё течет, Всё меняется», он употребляет слово «всё» не в обы­денном собирательном смысле, а в анаксимандровском — как синоним понятия «апейрон» (беспредельное основание всего су­щего), ставя больший акцент именно на этом самом «Всё», а не на текучести и изменчивости, то есть подчеркивая непреходящий характер «Всего», способом существования которого выступает вечное изменение⁵⁵. Такую же преемственность в учениях Анак­симандра и Гераклита можно усмотреть и в понимании роли про­тиворечия. Разница состоит лишь в том, что Гераклит либо не понял идеи своего предшественника об исходном, ведущем харак­тере противоречия между отдельной «вещью» и апейроном — в системе всех прочих противоречивых отношений, либо просто до нас не дошли именно те фрагменты его высказываний, которые подтверждали бы такое понимание.

В чем же заключается исходный, ведущий характер замеченно­го Анаксимандром противоречия? Да в том, что именно от него зависит существование любой вещи. Быть или не быть — вот какой воистину «гамлетовский» вопрос решается в данном проти­воречии.

В наше время обо всем этом можно сказать так: любой опре­деленный фрагмент действительности, «вещь» находится в окру­жении других «вещей». Если данная «вещь» выдерживает напря­жение этого противостояния, этого взаимодействия, она суще­ствует, если — нет, она исчезает, растворяется в «апейроне» или же превращается в другую «вещь», способную выдержать проти­воречивое отношение со средой. Если мы положим на свой стол кристалл льда и кристалл кварца, то первый через некоторое время превратится в лужицу воды, а второй останется таким, каким был прежде.

Для обыденного взгляда в этой картине нет ничего особенно­го. На самом же деле перед нами частная модель той самой си- стемосозидающей драмы, о которой говорят Анаксимандр, а вслед за ним и вместе с ним — Хайдеггер.

Арнольд Дж. Тойнби ту же самую тему выразил в очень ёмкой формуле «Вызов-и-Ответ», считая, что именно в ней выражен источник развития человеческих цивилизаций. Но, надо ^сказать,

Диалект и ческая философия

в этой формуле выражен не один лишь социальный, а универ­сальный закон бытия: любая система, изменяясь под воздействи­ем извне, либо находит ответ на это воздействие, либо — нет. Во втором случае система либо исчезает, либо теряет свою самосто­ятельность.

Данная способность системы смягчать или гасить неблаго­приятное и использовать благоприятное воздействие на нее извне лежит и в истоке происхождения мышления. В стремлении к дос­тижению все более и более идеального единства с окружающей действительностью развивается все более и более идеальный, то есть адекватный и эффективный, способ отражения как неотъем­лемого свойства всего сущего. Сверхзадача любой системы: так «вобрать», вос-приять⁵⁶ в себя окружающую среду, чтобы оказать­ся разумно устроенной, то есть, по Гегелю, — действительной.

Слово «идеальное» мы употребляем здесь и пока в самом ши­роком его значении: в значении результата идеального по эффек­тивности ответа на «вызов».

В минерале стишовите — кубической модификации кварца, возникшей на огромных глубинах, в условиях очень высоких дав­ления и температуры идеально присутствует эта, затем покину­тая минералом при вулканическом извержении, физико-химичес- кая среда. Материально мы видим лишь то, что атомы минерала перестроились. Но незримо, идеально в этих перестроившихся атомах присутствует причина этой перестройки. Отсутствуя ма­териально, физико-химическая среда глубоких горизонтов зем­ной коры присутствует в минерале идеально. Другая сторона этой перестройки минерала состоит в том, что он в результате неё идеально вписался в окружающую среду, сохранив свою минералогическую «самость». Это отнюдь не игра слов, а две стороны противоречия.

Как можно видеть, это — противоречие в одно и то же время и в одном и том же отношении, то есть подлинно диалектическое противоречие. Идеально восприняв в себя чужую вначале и агрессивную среду, минерал идеально, тем самым, вписался в нее, сделал ее своей. По терминологии Анаксимандра-Хайдеггера, среда и минерал придали друг другу чин и угоду, создав некую единую систему.