Раздел IV. Социальная философия и фило'софия человека

3J I

и с минимальными потерями и издержками. Такое идеальное со­стояние прежде всего предполагает возможность немедленного получения любым человеком необходимой ему информации из единого общественного хранилища и, наоборот, возможность де­лать выработанную мыслителем информацию немедленным досто­янием общества. Иначе человечеству невозможно будет созна­тельно руководить процессом саморазвития, предусматривающим невыхождение из спасительного канала эволюции.

Как технически будет осуществляться процесс реализации та­кого идеального состояния человеческой информационной систе­мы, сказать, конечно, трудно: впереди еще масса непознанных явлений, могущих сослужить в этом деле службу. Надо быть от­крытым к совершенно неожиданным и парадоксальным возможно­стям: а вдруг телепатия откроет свои секреты и станет массовым способом передачи информации! Но если такие, как телепатия, явления не только не освоены, но и не доказано, существуют ли они р.еально, то вполне реально существует и лавинообразно раз­вивается процесс внедрения в человеческий информационный цикл кибернетических устройств. Именно последним, возможно, пред­стоит сыграть роль своеобразного «троянского коня»: процесс массового внедрения компьютеров может привести человечество (в привычном для нас понимании) к диалектическому самоотрица­нию, переходу в качественно новое, высшее состояние.

Верить, надеяться и любить: размышления о человеке и ноосфере

Ноосфера — это закономерный результат, итог длительного процесса развития окружающей нас действительности. Этот те­зис впервые выдвинули и доступными им средствами обосновыва­ли В.И. Вернадский, П. Тейяр де Шарден, H.H. Моисеев.

Основываясь на этих учениях, автор данной книги предлагает свой вариант доказательного рассмотрения проблемы становления сферы разума⁴⁸. Одновременно хотелось бы подвести итог уже сказанному нами о ноосфере, то есть хотелось бы, согласно требо­ваниям принципа конкретного историзма, вновь, но в очищенном

Диалект и ческая философия

и обобщенном виде, обратиться к предпосылкам ноосферы, ее внутреннему противоречивому началу, этапам становления, а в ре­зультате всего этого выйти и на размышления о перспективах ее развития, возможно более четко раскрыв перед читателем суть со­держания своего мировоззрения.

В чем же состоят предпосылки возникновения ноосферы как сферы разума? О каких фактах и вытекающих из них закономер­ностях может идти речь?

Прежде всего все создатели идеи ноосферы исходят из фено­мена так называемой цефализации (от греч. kephale — голова). Раньше под этим явлением понимали всего лишь процесс обособ­ления головы у животных в процессе их исторического развития. Однако американский ученый Джеймс Дана (1813—1895) придал этому понятию более общий и глубокий смысл, обратив внимание на нарастающее усложнение центральной нервной системы у животных как на важнейшую закономерность эволюции всего живого. Это эмпирическое обобщение американского ученого оказалось серьезным дополнением к эволюционной теории Чарль­за Дарвина и стало широко использоваться многими мыслителя­ми, в том числе В.И. Вернадским и Пьером Тейяром де Шарде- ном. Тейяр распространил выявленную закономерность развития биосферы на исторически предшествующую ей сферу (литосфе­ру), а также — на социальную сферу, объединив все три сферы общей закономерностью направленной эволюции сознания.

Если даже отвлечься от этой, для некоторых — гипотетичес­кой или спорной закономерности, то неоспоримым все равно ос­танется факт нарастания сложности и организованности форм движения материи. При этом как опытные данные, так и явление «снятия» низших форм в составе более высоких, — все это убе­дительно доказывает, что высшие формы порождаются низшими в результате их развития.

Итак, интуиция древних философов о диалектической, законо­мерной изменчивости бытия все больше и больше подтверждает­ся фиксируемым в философии и науке опытом человеческой исто­рии. Причем рассмотренная выше закономерность соотношения форм движения материи: оставаясь сосуществующими в про­странстве, они переходят друг в друга во времени — оказывается