Раздел IV. Социальная философия и фило'софия человека 3j I

Абсолютная свобода, по Спинозе, — это абсолютно полное согла­сие действий человека с совокупной мировой необходимостью. Конечно, совпадение смысла жизни человека со смыслом Бытия — это недостижимый для большинства людей идеал, но как категори­ческий императив, как цель, это совпадение играет решающую роль в истории человечества. И.А. Ильин пишет так: «Таково зна­чение и назначение единичного человека в жизни субстанции: свободно восхотеть свободы и обрести ее в слиянии с субстан­цией, в отождествлении своей свободы со свободой Всеобще­го»³². А в другом месте этот мыслитель, ища подкрепление у сво­его духовного учителя и древних философов, уточняет свою мысль, отождествляя свободу человека, понимаемую как познан­ную мировую необходимость, с человеческим счастьем: «Так оп­равдывает Гегель мудрость древних, полагавших, что «доброде­тель» есть источник «счастья»»³³.

Если размышлять в русле нашей основной темы — «диалекти­ческой философии», то получается, что свободный человек, «ос­вобождаясь от» догматизма, релятивизма и других искажений правильного мышления, становится творчески мыслящей личнос­тью, обладающей «свободой для» жизни и развития сообразно законам Объективной Диалектики. При этом слияние мышления и бытия происходит не в какой-то абстрактной форме, а сугубо конкретно, причем, по крайней мере, в трех формах. О первой форме такого слияния говорит М. Мамардашвили, исследуя де­картовское «Мыслю, следовательно существую». Он подчеркива­ет, что между «мыслю» и «существую» нет ни малейшего зазора. Следующая, вторая форма слияния мышления и бытия — это диалектическое, сущностное присутствие мыслящего человека в предмете. Речь идет об интуиции, погружающей нас в сущность предмета, дающей нам возможность видеть его эйдос. Третья же форма слияния — это понимание свободы как познанного чело­веком бытия (познанная и принятая человеком необходимость своих действий и своего образа жизни).

Свобода как познанная необходимость есть свобода проявле­ния себя в качестве реализации всеобщей сущности рода «Чело­век», а шире — сущности Универсума, то есть — в качестве свободы следовать Логосу как своему собственному закону.

Диалект и ческая философия

Кстати говоря, именно религиозное сознание ценно для человека тем, что до науки и вне науки оно побуждает его вписываться в контекст социального и природного Логоса. Речь, конечно, идет о том компоненте религии, который предписывает верующим сле­довать общечеловеческим ценностям³⁴.

Свобода и ответственность — это две стороны одной медали. «Речь идет об ответственности за мир, общий с другими. Ответы на вопросы о смысле истории или о реальности прогресса выступают не в качестве констатации наличной без человеческих усилий дан­ности, а как итог этих усилий, как их содержание. Причем это итог таких усилий, которые существенно включают труд понимания ситуации своей жизни, ибо только на основе понимания и возмож­но изменение самой ситуации. В этом смысле ответ создает саму реальность смысла, является действием смыслосозидающим»³⁵.

Догматическое неумение диалектически соединить свободу с необходимостью порождает такие философские течение, как во­люнтаризм, абсолютизирующий свободу действия, не считаю­щегося с законами природы и общества, и фатализм, абсолюти­зирующий предопределенность жизни человека судьбой, волей Бога, действием непреложных законов природы и общества. Оба эти течения, несмотря на отчаянное противостояние их друг дру­гу, мазаны, как говорится, одним миром: оба они — плоды догма­тического стиля мышления, насильственно вырывающего диалек­тически связанные между собой атрибуты единой субстанции.

На самом же деле свобода не есть ни произвол, ни фикция. Свобода человека есть процесс, процесс освобождения от вне­шних и внутренних оков.

Человека свободным делают два момента: воспитание и обра­зование. В процессе воспитания человек делается добрым. «В процессе образования индивид становится личностью, субъек­том культуры. Культурный — это внутри себя свободный чело­век, а свобода его действий предполагает вооруженность знани­ями предшествующего опыта человечества (образование) и в то же время ответственность (воспитание) как перед собой, так и перед обществом»³⁶.

Одной из самых серьезных преград на пути человека к свободе является отчуждение, заключающееся в господстве овеществлен-