Раздел IV. Социальная философия и философия человека

305

Поясним, какой смысл мы вкладываем в эту схему. Нам важно здесь показать, что мировоззрение человека включает в себя и миро­ощущение, и мировосприятие, и миропонимание. Слева от каждой формы общественного сознания на схеме располагается ее непосред­ственный предмет (Красота, Добро, Истина), а справа — то высшее ценностное чувство (Надежда, Вера, Любовь), которое порождает­ся этой формой сознания. Одновременно — это человеческие спосо­бы освоения абсолютного в Мире (формы приобщения к Абсолюту).

Это как бы разные языки для отражения и выражения Абсо­люта. При этом исходный, более простой язык «снимается» в более сложном и совершенном.

Искусство в своей основе имеет эстетическое чувство, миро­ощущение, религия — нравственное чувство, мировосприятие (эс­тетическое в ней находится в снятом виде), философия — миро­понимание (эстетическое и нравственное чувство находятся в ней в снятом виде — в форме продуктивного, творческого воображе­ния). Таким образом, единство искусства, религии и философии дает человеку конкретное мировоззрение. Познавая смысл мира, человек раскрывает его как все более и более конкретный Смысл. Поэтому Истина Бытия предстает как конкретное един­ство собственно Истины, Добра и Красоты. И главное в этой истине состоит в том, что Абсолют необходимо мудр (всезнающ, всемогущ, вездесущ, а, по мнению Декарта, еще и правдив), добр и прекрасен. Уже древний художник, рисуя на стене пещеры изображения живых существ, вступает в диалог с Абсолютом. В который раз вспомним замечательную фразу Гердера: «Красота — это чувственная форма истины». A.C. Арсеньев считает, что таким образом палеолитический человек разговаривал с Богом, выражал свое восхищение живым миром и свою благодарность за этот мир. И своеобразным способом решал тот самый вопрос, ко­торый позже блестяще сформулировал Кант: «На что я смею на­деяться?» A.C. Арсеньев, как уже говорилось выше, даже полага­ет, что пришедшее к человеку в неолите умение делать гораздо более совершенные орудия труда и быта, отвлекло его от искон­ной духовности и развернуло в сторону вещевизма, прагматизма.

Непосредственные создатели религии — пророки, чья интуи­ция открывала людям то, что чудесным образом открывалось

Диалект и ческая философия

самим пророкам. Недаром такая интуиция именуется открове­нием. Пророк —- это носитель и выразитель откровения-интуи­ции. В душе каждого человека, замечает он это или не замечает, потенциально в идеальной форме присутствует весь мир и его Абсолют. Но наиболее ярко, посредством интуиции Мир и Бог раскрываются избранному (то есть имеющему огромную силу творческого воображения и достаточно хорошее знание о челове­ке и его мире). Поэтому пророк — это Гений. Но пророк не только носитель, но и выразитель истины, а выразить ее очень сложно: ведь надо сделать так, чтобы язык пророка был понятен людям его эпохи. Да и сам-то пророк — он ведь тоже сын своего времени и носитель знаний этого времени. Поэтому пророки обычно говорят притчами. Не каждый способен расшифровать содержание этих притч или же — религиозных таинств, ритуалов. Поэтому Гегель и выделяет ступени этого восхождения к абсолюту, то есть формы абсолютного духа: искусство, религия, философия.

Величайшим открытием-откровением, породившим религию как специальную форму сознания, было озарение-понимание че­ловеком своего высокого предназначения, осознание насыщенно­сти мира великим смыслом и присутствием в нем верховного начала, Абсолюта. Одно из самых глубоких, на наш взгляд, опре­деление религии дал А.Ф. Лосев, понимая ее как «субстанциаль­ное самоутверждение личности в вечном бытии»²⁹.

Человек, часто интуитивно, сразу схватывает весь мир как целое и себя в нем как необходимое его звено. Поэтому религия принципиально анти-субъективна, анти-атропоморфна, хотя мате­риалисты и утверждают обратное. Человек мгновенно, без науч­ных данных и философских логических построений выходит на точку зрения Абсолюта.

Однако такая форма сознания Абсолюта не содержит в себе обоснования и доказательств необходимости истинного поведе­ния человека.

Поэтому наиболее адекватным образом к Богу можно прийти только через мысль. Откровение есть интуиция, а интуиция, в ее развитой форме, — это элемент рационального познания (содер­жательной логики). Бога я могу познать только через познание логики бытия, то есть через познание Логоса. Ибо Бог и есть