13 Час. 30 мин. – всплыли под перископ.

За кормой в дистанции 30-35 кабельтовых, два тральщика и катер МО. Ходят в точке потопления транспорта. Видимо, подбирают уцелевших от взрыва.

По пеленгу 80˚ - три катера МО в дистанции 40-50 кабельтовых кого-то бомбят. Наверное, нас. Даже интересно наблюдать со стороны, как одураченный противник вымещает свое зло, сбрасывая бомбы вхолостую, «в молоко».

В воздухе – два самолета. Летают низко там, где мы были всего 30 минут назад.

Далеко на горизонте следуют оставшиеся почти без охраны четыре транспорта. Вот сейчас бы там, на подходе к Петсамо, была бы еще хотя бы одна наша подводная лодка.

Командир дивизиона, осмотрев горизонт и оценив обстановку, еще раз похвалил всех за успешную атаку, приказал уйти на глубину 30-40 метров, и ушел во 2 отсек, предупредив, что обед он разрешает делать, когда мы уйдем совсем из района атаки. Он считает, что обед надо перенести на ужин. Так и сделали…

А как хотелось сейчас кушать: быка бы съел…

15 Часов – пора уходить с фарватера. От места атаки мы отошли на 6-7 миль. С разрешения комдива легли на курс 30˚. На курс в минное поле для скорейшего отхода от берега от места атаки.

Сейчас этим решением – этим курсом в 30˚ - начинается игра со смертью. А что можно делать? Надо же уходить от места атаки конвоя. Кругом минные поля. Это даже на наших картах отмечено. А эти карты мы взяли, точнее нам дали в штабе. Кругом мины. К берегу – минное поле. В море – минное поле. Единственное, что мы не знаем – какое минное поле. Насколько оно плотное. Какие мины стоят. Куда уходить? Не ждать же на месте, пока тебя противник обнаружит. Две смерти где-то совсем рядом – одна в виде кораблей ПЛО, которые должны вернуться или сюда придут новые, другая – в виде сотен и тысяч мин, где-то сейчас ждущих нас, ждущих неумолимо, пока кто-то не коснется или самой мины или усов ее антенн. Одна смерть громко говорит о себе приближением или удалением взрывов, и от которой еще как-то можно, как сегодня пока, уйти. Другая молчит. Может быть, именно в эту минуту, когда об этом, думаешь или когда случайно рулевой почему-то не удержал курс, отклонился от него временно на один-два градуса – может быть он уклонился от обросшей нитями водорослей и ракушками, уже старой, но такой же страшной в своем взрыве, мины. Идем в сторону той, которая молчит.

Мы с Каратаевым сели играть в шахматы. Делаем вид, что все пришло в норму, что беспокоиться не о чем. Всем становится с каждой минутой легче. Напряжение спадает. Нервы успокаиваются. Шумов не слышно. Горизонт чист. Каждый, стоя на посту, занимается каким-то делом. Что-то перекладывают, протирают, регулируют.… Не нарушая готовности №1, так как идем по минному полю, начинаем пропускать по одному человеку в 1 отсек для получения обеда. Команда обедает. Но мы не забываем о том, что идем по минному полю, что опасность где-то рядом.

16.00 – дали радиограмму флота об атаке и приходе в Петсамо конвоя. Теперь наши самолеты будут бомбить Петсамо.

18.00 – сумерки. Всплыли в надводное положение. Начали переход в базу.

17 апреля. Сегодня вечером прибыли в базу. Дали свой первый выстрел в честь победы «Ярославского комсомольца». На пирсе встречали нас командир бригады и друзья. Все поздравляют. Обнимают. Радуются первой нашей победе первому нашему успеху. Сразу же после прихода дали телеграмму в Ярославль о нашем боевом успехе. Нам засчитано потопление транспорта в 12000 водоизмещения. Такие «киты» попадаются нечасто. Нам повезло с первого же похода.

20 апреля…Приводим себя в порядок после похода.

В эти дни написали и отправили письмо, наш первый отчет ярославским комсомольцам, где докладывали о нашей атаке. Письмо подписали от комсомольской организации ПЛ – Кабот Ф., от партийной организации – Чумаков и командир ПЛ.

Живем сладостью первого успеха. При разборе атаки командир дивизиона доложил комбригу, что Лукьянов может самостоятельно выходить в море, что он уверен во мне. Так была получена моя первая путевка в жизнь на самостоятельное управление ПЛ, на самостоятельные боевые походы. Это было то, о чем мечтает каждый молодой командир. Это было доверия командования, доверия партии. И это доверие необходимо оправдать. В море на нашей позиции сейчас плавает другая комсомольская «малютка» «Челябинский комсомолец» - там командиром Виктор Хрулев. Входят в строй и другие комсомольские лодки. Мы начали первые.