Экзистенциальный элемент в моральной оценке.

 Многие моральные императивы сходны с правилами в искусстве. Когда человек строит дом, мы предлагаем ему убедиться в том, что грунт является плотным и сухим и что используемая им древесина является сухой; наши указания основываются на наблюдаемом единообразии, согласно которому без наличия указанных факторов не может существовать и окончательная цель, т. е. крепкий и сухой дом. Сходное наблюдение можно сделать и в области изобразительного искусства. Теория гармонии или контрапункта, относящаяся к сочетанию цветов или правильной пропорции в архитектуре, состоит из императивных правил, необходимость которых для достижения цели, которую ставит перед собой художник, подтверждается опытом. То же самое имеет место в случае с правилами поведения, если их оценивать с точки зрения эффективности, экономичности, целесообразности, гигиены, обходительности, пристойности в речи, одежде или манерах. Определенные виды поведения приводят к потере времени или денег или же не позволяют нам достичь наших практических целей. Если мы хотим достигать своих практических целей, то мы должны следовать определенным правилам эффективности, экономичности или целесообразности. Мы советуем людям избегать сквозняков и не перекармливать детей, принимать определенные стандарты в самовыражении, одежде, манерах, поскольку мы предполагаем, что в противном случае определенные цели (такие как хорошее здоровье или поведение, считающееся благопристойным или социально правильным) не могут быть достигнуты.

Влияние согласованной системы на моральное суждение. Обычно моральные правила состоят по большей степени из подобных практических императивов. Однако современные философы пытались провести четкое различие между моральными правилами и практическими императивами, основываясь на том, что моральные правила являются принудительными в абсолютном смысле, тогда как императивы имеют условную природу. Правила экономии, целесообразности или гигиены условны в том смысле, что мы должны им следовать, если мы хотим достигнуть определенных целей. Но мы можем не стремиться к таким целям, и тогда нам не нужно следовать этим правилам. Моральные же правила, такие как запрет лгать, являются абсолютными в том смысле, что мы должны им следовать во всех случаях безотносительно наших предпочтений. Нет сомнения в том, что многие люди считают моральные правила абсолютными именно в этом смысле. Так, американские индейцы продолжали считать, что использование техники для взращивания пшеницы в высшей степени аморально, даже после того, как они поняли, что при ее использовании можно получать больший запас продовольствия. Однако критически мыслящие люди, привыкшие задаваться вопросом о причине обыденных моральных правил, не всегда готовы принять эту их абсолютную природу. Некоторые, например, соглашаются с немецким философом Кантом и считают правило, запрещающее лгать, абсолютным в том смысле, что его нельзя нарушать ни при каких обстоятельствах, даже если это необходимо для спасения человеческой жизни.

Различие между моральными и практическими правилами можно рассмотреть с позиции согласованности, а не с позиции абсолютной природы. Различные преследуемые нами практические цели и соответствующие им практические правила иногда не согласуются друг с другом, и для получения согласованного и непротиворечивого набора суждений, например, о правильном образе жизни, следует искать такие общие аксиомы или постулаты, которые бы позволили выносить корректные суждения относительно всех жизненных ситуаций. Большинство людей, к примеру, считают здоровье благом и могут даже удивиться предположению о том, что в некоторых случаях оно может таковым не являться. При этом существует бесчисленное количество случаев, когда мы намеренно жертвуем здоровьем для достижения иных целей. Иногда такие жертвы делаются для достижения временных удовольствий, богатства, почтения или красоты и впоследствии вызывают сожаления и признаются глупыми. Но в тех случаях, когда мы жертвуем собственным здоровьем ради тех, кого мы любим, или ради своей страны или религиозной веры, без которых нам собственная жизнь не кажется ценной, мы, оглядываясь впоследствии на подобные жертвы, считаем их оправданными. Сказанное также касается и таких целей, как богатство, репутация и т. п. Таким образом, согласно данному подходу, моральные правила позволяют нам различать выборы, которые, в конечном счете, являются мудрыми, и те, которые, в конечном счете, таковыми не являются. Так, тот факт, что люди в своем большинстве чего-то желают, не доказывает того, что они должны стремиться к удовлетворению своих желаний, поскольку это может их привести к еще большему злу, чем неудовлетворенность желаний. То, чего людям следует желать, это то, чего они желали, если бы были просвещенными и знали то, чего они хотят на самом деле, равно как и то, каким естественным способом желаемое может быть получено. Таким образом, мораль является мудростью, применяемой к поведению в жизни и предлагающей правила, которым мы бы следовали, если бы заранее знали обо всех импликациях результатов нашего выбора и их следствиях. Однако очевидно, что эта цель будет оставаться недостижимой до тех пор, пока наше знание не станет совершенным. При этом данный идеал проявляет нам природу того выбора, который мы делаем, если, конечно, мы о нем задумываемся.

Предложенный взгляд на моральные суждения принимается не всеми. Возникающее возражение заключается в том, что если мы будем рассматривать мораль только в терминах мудрости, т. е. наибольшей степени целесообразности, то тогда моральные правила будут совершенно неприменимы для тех ситуаций, когда люди расходятся во мнениях. При этом нам следует различать социальную необходимость согласиться на определенные правила, которые позволят людям жить вместе, и логическую возможность доказать, что только один набор моральных суждений может быть рационально доказан.

Мы можем смириться с необходимостью подчиняться законам в политическом смысле, даже если мы не считаем эти законы мудрыми, поскольку последствия беззакония могут быть еще хуже, чем недостатки какого-то отдельного закона.

Однако данная социальная необходимость создавать законы и подчиняться им логически не мешает существованию расхождений во мнениях о том, что правильно, а что нет. Все этические системы, в конечном счете, начинаются с определенных фундаментальных допущений, и до тех пор, пока два человека не договорятся относительно этих допущений, исключить различия во мнениях будет невозможно. Однако общество, в котором разрешено свободное исследование моральных вопросов, способно обнаружить более стабильную основу для моральных суждений и поведения, точно так же как свободная дискуссия в области естественной науки способна элиминировать случайные мнения. До тех пор пока люди живут в общем мире и обладают общими элементами человеческой природы, и выбор и мнения будут соглашаться друг с другом в той мере, в какой они будут в состоянии признать эту общую природу.

Мы можем завершить наш анализ данной темы, сказав, что, несмотря на невозможность элиминировать дискуссию о том, что существует и что должно существовать, было, тем не менее, показано, что две данные альтернативы тесно связаны друг с другом. Если бы не было людей или существ, похожих на людей, вопросы морали были бы бессмысленными.