Акель д. А.,

студентка 4 курса факультета гражданской и хозяйственной юстиции Национального университета «Одесская юридическая академия»

Науковий керівник:

Квасніцька о. О.,

доцент кафедри господарського права і процесу

Національного університету «Одеська юридична академія»

О некоторых аспектах рассмотрения дел с иностарнным элементом

Развитие мирового экономического сообщества приводит к стремительному развитию субъектов хозяйственной деятельности различных государств и установлению партнерских связей между ними с целью наиболее продуктивного и эффективного достижения поставленных целей. Для исключения всевозможных рисков подобного сотрудничества заключается огромное количество договоров, порождающих правовые последствия, как для украинских предпринимателей, так и для их иностранных компаньонов. Очевидно, что в силу различия законодательной базы государств, в которых данные субъекты осуществляют свою деятельность, может возникнуть немалое количество коллизий, а значит, особенно важным для сторон является четкое договорное определение норм, подлежащих применению при установлении правоотношений между ними, а также определение юрисдикционных органов, которые будут уполномочены рассматривать споры, возникающие из этих правоотношений.

Принцип автономии воли в данной ситуации будет выражаться посредством заключения пророгационного соглашения, в силу которого дело может быть отнесено к юрисдикции иностранного или отечественного суда, независимо от того, к юрисдикции какого суда оно будет относиться с законодательной точки зрения, кроме случаев исключительной подсудности. Разработкой вопроса пророгационных соглашений в науке занимались такие ученые, как Черняк Ю.В., Щукин А.И, Курочкин С.А., Шакарян М.С, Семенова А.В. и другие.

Однако практика показывает, что не всегда заключение сторонами пророгационного соглашения приводит, впоследствии, к беспрепятственному рассмотрению дела указанным судом. Это связано с наличием законодательного пробела ГПК, а именно, с нормативным закреплением лишь двух видов подсудности – территориальной и исключительной. Такое положение идёт вразрез с нормами Закон України «Про международное частное право», который достаточно четко определяет, что суды могут принимать к своему производству и рассматривать любые дела с иностранным элементом в случае, если стороны предусмотрели своим соглашением подсудность дела с иностранным элементом судам Украины, кроме случаев исключительной подсудности.( Про міжнародне приватне право: Закон України від 23 червня 2005 року // Відомості Верховної Раді України. - 2005. - № 32. - Ст. 422.)

Несмотря на то, что Закон України «Про международное частное право» является специальным в данных правоотношениях, а значит, именно его нормы подлежат применению, стоит обратить внимание на то, что ст.14 этого же закона закрепляет, что правила, закрепленные в нём, не ограничивают действие императивных норм права Украины, которые регулируют соответствующие отношения, независимо от права, которое подлежит применению. ( Про міжнародне приватне право: Закон України від 23 червня 2005 року // Відомості Верховної Раді України. - 2005. - № 32. - Ст. 422.) Вероятно, что к таким императивным нормам относятся и нормы ХПК в том числе.

Для примера стоит сказать, что российский Арбитражно-процессуальный кодекс решает подобную проблему, закрепляя следующее положение: «В случае, если стороны, хотя бы одна из которых является иностранным лицом, заключили соглашение, в котором определили, что арбитражный суд в Российской Федерации обладает компетенцией по рассмотрению возникшего или могущего возникнуть спора, связанного с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, арбитражный суд в Российской Федерации будет обладать исключительной компетенцией по рассмотрению данного спора при условии, что такое соглашение не изменяет исключительную компетенцию иностранного суда».( Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. 2002. №30. Ст.3012.)

Таким образом, проблема определения подсудности не возникает априори, так как правоотношения не требуют обращения субъектов к дополнительным источникам ввиду наличия их централизованного регулирования именно на уровне процессуального законодательства.

Первым этапом на пути к урегулированию данного вопроса в Украине стало принятие Президией ВХСУ Разъяснения, которое закрепляет, что в рассмотрении дел по спорам с участием иностранных предприятий и организаций хозяйственным судам Украины следует исходить из установленной ч. 3 ст. 4 ХПК приоритетности применения правил международных договоров Украины, согласие на обязательность которых предоставлено Верховной Радой Украины, относительно правил, предусмотренных законодательством Украины, обращая также внимание и на то, что по содержанию статей 41, 12-17, 123 ГПК для иностранных субъектов хозяйственной деятельности предусмотрен национальный режим судебного процесса для рассмотрения дел, подведомственных хозяйственным судам (Розяснення Президії Вищиго Господарського Суду України: Про деякі питання практики розгляду справ за участю іноземних підприємств і організацій N 04-5/608 від 31.05.2002). Исходя из этого, суды вправе разрешать споры с иностранным элементом в тех случаях, когда международным договором предусмотрена возможность заключения письменного пророгационного соглашения между субъектом внешнеэкономической деятельности Украины и иностранным субъектом хозяйственной деятельности.

Данное Разъяснение во многом упрощает понимание возникшей коллизии, однако не устраняет её в полной мере. Учитывая то, что институт подсудности является одним из фундаментальных в хозяйственном процессе, принципиально важным является детальное определение таких проблемных аспектов именно в процессуальном законодательстве. Исходя из этого, можно сделать вывод, что отечественный ХПК требует некоторой доработки в вопросах, касающихся участия иностранного элемента в хозяйственном процессе.