Заключение

Современные представления о сущности цивилизационного права указывают на его сложную синтетическую природу. Право не может рассматриваться только как дар богов, как продукт государственного правотворчества или только как проявление воли господствующих в обществе сил. Происхождение права обусловлено разумной деятельностью человека и всех институтов общества. Причем деятельность людей протекает в рамках их зависимости от окружающего мира и напряженной борьбы с интересами различных слоев общества.

Проведенным исследованием установлено, что возникновение права в истории человеческой цивилизации имело фатально неизбежный характер. Такой же фатализм присущ и процессу его развития, особенно на стадии подсознательного формирования права человекоподобными гоминидами. Этот фатализм характеризуется единством процесса становления права у всех народов и цивилизаций, независимо от исторического периода их жизни. Некоторые отклонения от общего направления развития права имели место только в связи с особенностями климата, характера местности проживания соответствующих гоминид и последующих народов, длительными разрывами в развитии цивилизации, связанными с природными катаклизмами, особенно ледниковыми периодами, и другими обстоятельствами. Так, антропологические, археологические и исторические данные свидетельствуют, что в Европе человек появился около миллиона лет назад. За это время Европа пережила семнадцать ледниковых периодов, в процессе которых на континенте могли полностью вымирать гоминиды ³⁵⁶. Значит, Европа около семнадцати раз пережила начало становления и упадок развития правовой культуры. Без использования памятников культуры предыдущих поколений преемственность в развитии правового опыта новых сообществ гоминид была бы непродуктивной. Такого рода природные катаклизмы прерывали последовательность развития права. Были и иные причины перерывов в развитии цивилизационного права, включающие гибель цивилизаций, революции и др.

Тем не менее, фатализм в развитии права имеет место и сегодня. Дело в том, что народы мира еще не научились в полной мере сознательно творить цивилизационное право. Да это и невозможно. Сугубо сознательно создаваемое право человеком было бы для него и его чувственности губительным. Человека в этом процессе, спасает его подсознание. Слишком много еще противоречий и прямых конфликтов между государствами, в том числе крупнейшими. Как следует из сообщений средств массовой информации, современная военная доктрина США предполагает новые военные конфликты между народами из-за источников энергии и природных ресурсов, а также в связи с экологическими проблемами. Рациональное правотворчество в ответ на это должно легализовать милитаризм в новых его формах. Тем не менее, в прогнозирование международных конфликтов включается подсознание, которое продолжает формировать цивилизационное право и сдерживает милитаризм.

Цивилизация и цивилизационное право возникли одновременно и объективно существуют неразрывно. Вопрос о первенстве цивилизации или цивилизационного права лежит в той же плоскости, что и вопрос о первенстве между словом и бытием, между курицей и яйцом.

Развитие цивилизационного права не является прямолинейным. Доминанта его развития имеет цикличный, но непрерывный характер. Непрерывность развития права обеспечивается тем, что оно вплетено в общую культуру цивилизации, у всех народов и государств оно проходит общие четыре цивилизационные этапа развития, его нормы отражают императивы не только настоящего и будущего, но и прошлого поведения людей. Памятники культуры, включая и нормы права как отражение единого цивилизационного опыта, сохраняют следы прошлого права для новых поколений. Таким образом, прерывность, и даже полное исчезновение некоторых цивилизаций, не препятствует общему и единому процессу становления и развития цивилизационного права, когда есть возможность использовать культурный пласт прошлых поколений. Но и тогда, когда прямой преемственности культур нет, процессы антропологического, интеллектуального и правового развития народов могут протекать в достаточно короткие исторические сроки, поскольку обусловлены общими объективными закономерностями.

Одной из таких закономерностей является то, что цивилизационное право по своей сущности является отражением гуманистических отношений в обществе. Но за тысячелетия развития цивилизации оно пережило долгий период формальной легализации жестокости обращения людей и народов с себе подобными. А ныне цивилизационное право вновь возвращается к своей изначально гуманистической сути на новом социальном, антропологическом и культурологическом уровне жизни человечества. Хотя рецидивы жестокости еще сильны, сохраняется инертность конфронтационной идеологии.

Другая особенность цивилизационного права как системы общеобязательных норм поведения, состоит в том, что оно способствовало наиболее организованному образу жизни в социальной среде. Первобытный человек смог увидеть и признать безусловную ценность не только индивидуальных, но и родовых, общих интересов. Признание ценности общих семейных, родовых и иных интересов сообществ, позволило осознать ценность императива равенства в отношениях между особями. Так сформировалось единство горизонтальных межличностных и вертикальных отношений особи с сообществом, лежащее в основе существования общества с наиболее высоким уровнем социальной организации.

Как показано выше, естественными науками установлено, что у гоминид действовала система императивов технического, санитарного, организационного и иного характера. Объективно это способствовало выживанию человекоподобных в борьбе видов. Ныне такие императивы отнесены к числу норм права. А поскольку их социальная сущность не изменилась, то налицо их древняя правовая природа.

Способность к правовому мышлению сложилась у человекоподобных на основе выявленных у них представлений об асимметрии и бинарности окружающего мира. Такие способности привели к бесконечному расщеплению понятий и представлений в мышлении гоминид, что характеризует мышление как таковое и правовое мышление. Расщепление мышления могло возникнуть естественным путем, либо детерминировано случайной передозировкой наркотических трав, корней, а также психическими расстройствами мышления. Наряду с оппозициями «верх» и «низ», «правое» и «левое» человекоподобные смогли увидеть в добре зло, а в зле – добро. С правовой точки зрения это означало, что они стали мыслить не альтернативными категориями «можно или нельзя», характерными для животного мира, а смогли увидеть в одном поведенческом акте и дозволенное, и запреты, и предписания. Описанные тотемы и табу у первобытных народов позволяют юристам усмотреть в них то единство дозволений, запретов и предписаний в каждой норме – тотеме, которые характерно и для современных норм права. Следовательно, первобытному и современному праву присущи единые способы правового регулирования. Праву на всех исторических этапах его развития присущи единые правовые институты. Причем, как показано в данной работе, их правовое содержание в своей основе едино для всех прошлых и настоящих народов, цивилизаций и государств. Ни один народ с древнейших времен, как известно, не может жить без товарного обмена, правовой формой которого является договор купли-продажи. И не обязательно, чтобы такой договор был письменным, не обязательно, чтобы его заключали профессиональные юристы, он всегда будет иметь правовую природу.

В писаных источниках права отчетливо прослеживаются три единообразные стадии рабовладельческого, феодального и буржуазного (рыночного) права, присущие всем народам и цивилизациям, если они пережили соответствующие антропологические и культурологические (цивилизационные) этапы развития. На современной стадии рыночное право народов становится глубоко социальным, действует право социального обеспечения, институты профсоюзов и гражданского общества. Оно основывается на конституциях, как единой правовой форме (источнике права), закрепляющих основы демократии и исходные принципы цивилизационного права.

Такие источники права как доктринальное толкование, обычай, судебное право и нормативные правовые акты появились у всех народов на соответствующих этапах развития и стали едиными и вечными для права цивилизации. Наряду с данными едиными нормами-правилами особо выделяются в праве всех народов, цивилизаций и государств нормы-принципы.

Едиными являются не только процессы становления и развития права, но и процессы его отставания в развитии, распада цивилизаций, государств и их правовых режимов. Религиозные предпочтения, лежавшие в основе всей идеологии и духовной жизни народов третьего антропологического этапа, были единой и основной причиной интеллектуальной разобщенности народов, и, как следствие, распада и отставания в развитии соответствующих народов и государств, их права. Эти причины лежали в основе гибели всех известных цивилизаций, независимо от того, что они находились на более высоком уровне антропологического и культурологического развития в сравнении со своими захватчиками. Опыт показывает, что высокий, но дезинтегрированный с интересами других народов интеллектуальный потенциал нации разрушителен для нации.

Для уяснения сущности цивилизационного права основополагающим является вопрос о соотношении норм морали, иных социальных норм с нормами собственно права. Уяснение этого вопроса произведено на основе соотношения воли с иными социальными нормативами. Установлено, что роль воли людей, народов и государств, в созидании права ограничена. Способность людей к расщепленному, и, как следствие, одухотворенному познанию окружающего мира, породила первобытный анимизм. Поскольку анимизм есть первое осознанное миросозерцание, то возникшие до него первые технические, санитарные, организационные и иные императивы поведения в обществе носили подсознательный характер происхождения. Анимистическая культура людей с течением времени переросла в религиозную. Каноническое право оказывало до Х11 в. весьма позитивное влияние на развитие светского права. Затем каноническое право было отделено от светского права, а позже и от государства. Тем не менее, анимизм, мистицизм и религия и впредь будут участвовать в формировании цивилизационного права. Воля ограничена подсознанием, мистикой и верой.

Надо учитывать социальное начало в рамках фактора и явления воли, которое имеет решающее влияние на ее медицинские, биологические основы. Такими социальными началами в процессе правотворчества и правоприменения были и остаются чувства добра и зла, справедливости и несправедливости, разумности и неразумности, добросовестности и недобросовестности, вера в различные идеалы, долга, чести и иные духовные ценности. Идя на самопожертвование, человек делает это по своей воле, в силу не какой-то умозрительной свободы, а в силу зависимости воли от личных и общественных духовных ценностей. Таким образом, воля определяется как рациональным, так и иррациональным мышлением.

Кроме того, надо учесть, что в обществе волевым образом формируется только то, что подвластно его персонифицированным представителям. Поэтому волевое происхождение могут иметь только писаные нормативные правовые акты. Что касается обычаев, то персонифицированная воля государства или других отдельных лиц вовсе не создает их. Только после их появления обычаи и иная практика могут применяться волевым образом и осознанно.

Кроме того, на право влияет и порочная воля. Такая воля создает право силы, право, охраняющее интересы узкого круга и иное «не право». Это есть антипод цивилизационного права.

Понимание того, что воля далеко не единственная созидательная сила права, позволяет сделать вывод, что государство, боги и их воля, сами по себе не могут стать основой появления и развития права. Поэтому представления о превосходстве воли над душой, а тем более о превосходстве государственной воли над частной волей искажают характер фактического соотношения этих составляющих в процессе правоформирования и правоприменения в обществе. Применять право, судить надо не столько на основе воли, выраженной в законе, сколько на основе сочетания закона с духовными ценностями цивилизации, общепризнанными принципами международного и национального права. Навязывание судами своей воли спорящим сторонам есть такая же тирания в обществе, как и тирания единовластных царей и иных диктаторов.

На современное право Беларуси, как и на право наших партнеров по СНГ, влияет отсутствие у наших народов стойких мировоззренческих установок и принципов рыночного права. Это обусловлено резким переходом наших стран от феодального к социалистическому праву в феврале – октябре 1917 г. Гражданский и Гражданский процессуальный (арбитражный) кодексы буржуазного типа у нас никогда не принимались и не применялись. Нормы соответствующих кодексов конца ХХ в. еще не устоялись. Так, в материальном праве еще не закреплен принцип баланса, равновесия (равенства) частных и общественных интересов. А в процессуальном праве еще не преобладают примирительные процедуры как цивилизационная основа правосудия. Соответствующие принципы и нормы современного цивилизационного права должны прижиться и заработать на подсознательном уровне населения, законодателя и судей. Тогда сложится и адекватный механизм правового цивилизационного мышления народов и государств.

Было глубоким заблуждением большевистской идеологии, что государство и право одной общественной формации способно трансформироваться в государство и право другой формации, минуя последовательное развитие всех стадий государства и права. Поэтому то, что государство и право народов СССР не прошли стадию буржуазного формирования и развития права из-за быстротечной смены власти в 1917 г. еще долго будет сказываться на процессах развития права этих народов и их становления на современный четвертый антропологический и культурологический уровень цивилизационного права.

Пока же не преодолены стереотипы правового мышления стадии крепостного права. Ярким примером тому является господство контрактной системы найма работников в трудовом праве Беларуси. В советском праве по этому вопросу имел место определенный социальный прогресс, поскольку массовый работник имел право на бессрочный трудовой договор с сохранением права на его расторжение в любое время по своему собственному усмотрению с условием предварительного, за месяц, уведомления нанимателя. Это было типичным проявлением абсолютной свободы работника, характерным для четвертого антропологического и культурологического этапа. Но легализованная ныне контрактная система найма лишает массового работника права расторжения контракта по собственному желанию и вынуждает этого работника ждать наступления окончания срока действия контракта, как «Юрьева дня». Целесообразно вернуться к системе бессрочных трудовых договоров для массового числа работников. Ценным является и советский опыт развития инициативы трудящихся в процессе обсуждения законопроектов и предоставление объединениям граждан некоторых функций правотворчества. А в рамках государственной формы собственности на средства производства полезным является и опыт легализации прав трудовых коллективов на их участие в управлении средствами производства.

Нельзя говорить о присутствии гуманности, характерной для четвертого цивилизационного этапа, в ситуации, когда допускается допрос с применением средневековых способов его ведения.

Глобальная международная правовая интеграция уже вполне очевидна. Сегодня не только англо-саксонская, но и романо-германская системы не существуют без судебного права как своего источника. В СНГ требуется ряд мер по усовершенствованию системы источников национального права. Необходимо признать цивилизационную ценность и расширить применение обычаев всех видов, включая бытовые, в правоприменении, расширить роль судов в правотворчестве, освободив их от всяких форм зависимости от других ветвей власти. Единственным судьей над судьями может быть только народ с его правом протеста против власти. Надо шире вводить альтернативные формы судопроизводства. Общество нуждается в сильном и альтернативном правосудии, в конкуренции внутри судебной власти.

Надо развивать координационные начала в системе государственного управления, корпоративного и иного самоуправления, максимально заменяя ими властное управление.

Необходимо формировать правовую культуру комплексно-индивиду-ального регулирования общественных отношений на основе представлений о внутреннем единстве права, его институтов, отраслей и иных элементов. Соответствующая методология правового мышления должна найти отражение в учебных программах всех уровней по юридическим специальностям и дисциплинам. Для этого в учебных программах по общей теории права необходимо особо выделять темы о единстве индивидуального и универсального, рационального и иррационального, сознательного и подсознательного в праве; о первостепенной роли духовных ценностей и веры в праве; о причинах отставания в развитии и распада государства и права; о многообразии источников (форм) права и их равной юридической силе; о неотъемлемом присутствии гражданского общества в формировании и применении права; об имманентности частной власти и частного правосудия в развитии права. Это важнейшие основы для понимания и усвоения цивилизационного права.

Для адаптации современных народов и государств к современному уровню цивилизационного права требуется активный интеллектуальный обмен правовым опытом между ними. Требуется активная интеллектуальная работа юристов, политологов, социологов, философов и специалистов иных отраслей знания по переработке опыта предыдущих поколений и его привязке к современному национальному и международному праву, на основе чего будет формироваться современное цивилизационное право. Но систематический обмен правовым опытом между национальными научными и учебными юридическими учреждениями отсутствует вовсе. Соответствующий обмен правовым опытом осуществляется только на уровне государственных структур и отдельных проявлений частной инициативы. Роль государства в организации участия всего гражданского общества в данной работе не определена. Намечается только принятие межгосударственных решений об обмене информацией в средствах массовой информации. Но это не соответствует требованиям культурного правового обмена.

Система цивилизационного права современного уровня не обязательно должна выражаться в каких-нибудь формальных для этих целей международных договорах. Хотя осознанно или подсознательно оно во всяком случае находит себе место в международных договорах, а также в дискретном проявлении национального права народов и государств. Оно присутствует в рамках цивилизации до тех пор, пока существует эта цивилизация.