2.4. Сиам в 1934—1938 гг.

 После революции 1932 г. улучшилось положение сред­них и низших чиновников. Их заработная плата была по­вышена, сокращение штатов в министерствах и других государственных учреждениях прекратилось. Что же ка­сается военной секции правящего класса, то она даже расширилась и значительно укрепила свои позиции.

Поэтому первые годы после революции в Сиаме зна­менуются значительным подъемом как рабочего, так и крестьянского движения. Уже в августе 1932 г. в Бангко­ке начались забастовки рикш, работниц красильных пред­приятий. В ноябре вспыхнула забастовка на крупнейшем предприятии Бангкока — электростанции «Сайэм Электрикл Компани». Дело приняло настолько серьезный обо­рот, что правительству пришлось послать к забастовщи­кам своего представителя для рассмотрения их претен­зий. В 1933 г. забастовки рабочих происходили и в дру­гих городах страны. В деревне к этому времени начались разрозненные выступления крестьян, которые отказыва­лись платить за аренду, захватывали пустующие земли. В 1934 г. в Бангкоке были проведены две крупные заба­стовки рабочих столичных рисорушек и железнодорож­ников. Первая парализовала все рисоочистительные пред­приятия и была поддержана трамвайщиками. Забастовка железнодорожников прервала сообщение столицы со страной. Рабочие захватили Управление железных дорог. К железнодорожникам вынужден был направиться сам премьер Пья Пахон, который обещал удовлетворить их требования. В том же году появилось первое сиамское профсоюзное объединение — Всеобщая федерация проф­союзов.

Чтобы сдержать разбушевавшуюся стихию, правящим классам нужна была твердая власть. Возможно, это было одной из причин, ускоривших консолидацию власти в Сиаме в конце 1933 — начале 1934 г. Возможно также, отчасти поэтому популярному Приди пришлось занять отнюдь не популярный пост министра внутренних дел, на котором он подавлял движение рабочих. После забасто­вок на рисорушках в 1934 г. был принят закон, по кото­рому рабочие-китайцы (наиболее активная часть тогдаш­него рабочего класса) не могли составлять более 50— 70% работающих на этих предприятиях. Одновременно Приди не хуже старых министров расправлялся с пе­чатью, публиковавшей нежелательные для правительст­ва сведения. Как и прежде, неоднократно закрывались газеты. В тюрьмах сидели сотни людей, осужденных по «антикоммунистическому закону», в том числе и такие, которые лишь недавно в добровольческих отрядах сра­жались против принца Боворадета.

Главной силой для подавления трудящихся масс и центром, вокруг которого стала сплачиваться вся орга­низация правящего класса, постепенно становится армия. При этом официально дух милитаризма раздувается под предлогом обороны страны от внешней угрозы, хотя та­кой угрозы тогда не существовало (когда же она появи­лась, в декабре 1941 г., армия капитулировала без еди­ного выстрела). Уже 24 апреля 1934 г. Пибун Сонгкрам (тогда заместитель министра обороны), выступая с речью от имени правительства, провозгласил новое, воен­ное направление развития Сиама. В сентябре 1934 г. 36-летний полковник Пибун Сонгкрам стал министром обороны и заместителем верховного главнокомандующе­го Сиама.

Политика «твердой власти», опиравшейся на армию, проявилась в запрещении многих политических органи­заций. «Пока я имею влияние в правительстве, — заявил в самом начале своего правления Пья Пахон, — ни один элемент коммунизма не просочится в Сиам».⁶

Во внешней политике правительство Пья Пахона, ис­пользуя благоприятную для Сиама международную об­становку, повело борьбу за полную отмену неравноправ­ных договоров. Центральную роль в этой дипломатиче­ской борьбе сыграл Приди, занимавший с сентября 1934г. по декабрь 1938 г. пост министра иностранных дел. В сво­ей политике он ловко использовал межимпериалистиче­ские противоречия, прежде всего противоречия между Японией, с одной стороны, и Англией и Францией — с другой. В 1935 г. Приди нанес официальный визит в Япо­нию, где вел переговоры о привлечении японских капита­лов в сиамскую промышленность. В том же году в Япо­нию начали направлять для стажировки сиамских офи­церов.

Во второй половине 30-х годов, после окончания миро­вого кризиса и в условиях известного оттеснения китай­ской буржуазии, оживляется и частный сиамский капи­тал. Появляются первые крупные страховые компании, принадлежащие местному капиталу.

В области сельского хозяйства правительство Пья Па­хона в 1936—1938 гг. осуществляет некоторые меры, об­легчавшие положение какой-то части крестьянства. В 1936 г. принимается закон о земельном максимуме, в соответствии с которым никто впредь не мог получить во владение сверх 50 раев (8 га) земли.