Часть III. Для учителя

Глава в. Межличностные отношения и фасилитация учения 223

меняющейся среде. По мере приближения к новому веку на­чинает казаться, что наша единственная константа — это стремительные перемены. В чем я могу быть совершенно уве­рен, так это в том, что преподаваемая сегодня физика устаре­ет через пять лет, а то и быстрее. Преподаваемая психоло­гия, безусловно, устареет лет через десять. Так называемые исторические факты очень сильно зависят от современных нравов и культурных установок. Химия, биология, генети­ка, социология находятся в таком подвижном состоянии, что любое положение, устойчивое на сегодняшний день, навер­няка претерпит изменения к тому времени, когда учащемуся придется применять свои знания.

Мы столкнулись с совершенно новой ситуацией, в кото­рой, если_мь^хотим выжить, целью обучения становится фасилитация изменения и учения. Образованным является только тот, кто научился учиться; кто научился приспо­сабливаться и меняться; кто осознал, что безопасность зиж­дется не на самом знании, а на умении его добыть. Из­менчивость, доверие к динамичному (а не статичному) зна­нию — вот единственная разумная цель образования в со­временном мире.

Поэтому теперь я с легким сердцем обращаюсь к той дея­тельности, которая по-настоящему мне близка, — к фасили-тации учения. Когда мне удается преобразовать группу (я имею в виду всю группу, включая меня самого) в сообщество учащихся, я испытываю невероятное воодушевление. Выс­вободить любознательность, позволить людям двигаться в новых направлениях сообразно их собственным интересам, разбудить исследовательский азарт, сделать все предметом выяснения и изучения, понять, что все изменчиво, — это сильнейшие переживания. Мне не всегда удается достичь этого с группой, в которую я включен, но даже частичная удача становится незабываемым впечатлением. В таких ус­ловиях вырастают настоящие ученики, творчески мыслящие ученые и практики. К тому же, в такой гибкой среде вырас­тают люди, способные поддерживать неустойчивый баланс между тем, что уже известно, и подвижными, переменчивы­ми проблемами и фактами будущего.

Вот та цель, которой я готов себя всецело посвятить. С точки зрения такой цели образования я рассматриваю фа-силитацию учения как процесс, посредством которого мы можем и сами научиться жить, и способствовать развитию учащегося. Я считаю, что содействующий тип обучения пре-доставляет возможность находиться в изменяющемся про­цессе, пробовать, конструировать и находить гибкие отве­ты на те серьезнейшие вопросы, которыми в наши дни оза­бочено человечество. Но знаем ли мы, как достичь этой но­вой цели образования? Или она неуловима: иногда дости­гается, иногда нет, и тем самым оставляет нам мало надеж­ды? Мой ответ таков: нам вполне определенно известны условия, побуждающие человека как целостную личность к самостоятельному, серьезному, исследовательскому, уг­лубленному учению. Нечасто приходится наблюдать, как эти условия используются, поскольку они означают под­линную революцию в нашем подходе к образованию, а ре­волюция — занятие не для робких. Однако, как явствует из предыдущих глав, у нас есть реальные примеры таких революционных преобразований. Мы знаем (и я еще вкрат­це упомяну о некоторых таких примерах), что организация учения такого рода основывается не на преподавательских навыках лидера, не на его знаниях в определенной облас­ти, не на планировании учебной программы, не на аудио­визуальных средствах или программированном обучении, не на лекциях и демонстрациях и не на обилии книг, хотя каждый из этих факторов может так или иначе использо­ваться как ценный ресурс. Нет, содействие серьезному уче­нию опирается на определенные психологические характе­ристики личных отношений между фасилитатором и уча­щимся. Поначалу мы открыли это в области психотерапии, но сегодня есть убедительные свидетельства того, что это открытие справедливо и для школы. Кажется, легче пред­ставить, что интенсивные отношения между терапевтом и клиентом могут обладать этими характеристиками, однако обнаруживается, что они могут иметь место и в бесчислен­ных межличностных отношениях учителя и учеников.

224