§ 17. Религиозные и этические учения пифагорейцев.

Наряду с научными чертами пифагорейской системы, от пифагорейцев к нам дошел ряд других учений, которые возникли независимо от первых и не стояли с ними ни в какой связи, или стояли в весьма слабой связи. Сюда относится, прежде всего, вера в переселение душ, которую Пифагор заимствовал из орфических мистерий (ср. стр. 50) Далее, вера в демонов, под которыми разумели, главным образом, души, витающие в воздухе (см. стр. 54) или пребывающие в Гадесе. Наконец, также некоторые теологические изречения, приписываемые Филолаю; из них, однако, именно то изречение, которое приближается к Ксенофану и его очищенной идее Бога (Fr. 20), не засвидетельствовано достаточно прочно, остальные же не носят философского характера. С догматом о переселении душ связаны этические предписания пифагорейцев, через указание на возмездие после смерти; однако, эта религиозная мотивировка, которая присуща не только пифагорейцам, не имеет ничего общего с научным обоснованием этики.

Столь же мало такое научное обоснование содержится в жизненных правилах и предписаниях, которые дошли до нас отчасти в символических изречениях,2 отчасти в иной форме; * собрание таких предписаний (относящееся не ранее, чем к 1-му веку до P. X.) содержат т. н. «Золотые стихи» (второе собрание, вероятно, пополненное собственными добавлениями, составил Аристоксен — см. стр. 25). В них выражены нравственные принципы пифагорейцев: здесь требуют почитания богов, родителей, начальства и законов, любви к отечеству, верности друзьям, самопроверки, умеренности, чистоты жизни; но эти требования столь же мало получают здесь научную формулировку и обоснование, как и в изречениях народной мудрости и поэтов. Единственная удостоверенная попытка применить к этической области учение о числах содержится в утверждении, что, спра-

* ведливость есть равномерно-равное число (или, точнее, одно из пер- ^ вых квадратных чисел, 4 и 9), так как она возмещает равное равным.

Быть может, верно также и то, что добродетель обозначалась как гармония, — чем, однако, о ней не высказывалось ничего своеобразного. Таким образом, сколь бы ценным ни было в практическом отношении этическое направление пифагорейского союза, — вклад его нравственного учения в научное обсуждение этических вопросов был ничтожен; потребность в таком обсуждении заслоняется здесь непосредственным этическим и религиозным наставничеством.

§ 18. ПИФАГОРЕИЗМ В СВЯЗИ С ДРУГИМИ УЧЕНИЯМИ.

Из сочетания пифагорейского учения с иными точками зрения возникли физические теории Гиппаса и Экфанта. Гиппас из Мета- понта (вероятно, около 450 г.), который всеми обозначается, как пифагореец, по-видимому, слил пифагорейскую центральную сущность с первосущностью Гераклита, признав огонь первовеществом мира. Эк фант (кажется, в начале 4-го века) * соединил пифагорейское учение с демокритовским, заменив единицы, как элементы чисел, телесными атомами; для объяснения же сотворения мира он, вместе с Анаксагором, прибегал к допущению божественного разума. Еще до него Гикет из Сиракуз, к которому он в этом отношении присоединился, заменил учение о вращении Земли вокруг центрального огня учением о ее вращении вокруг собственной оси.

— Что, с другой стороны, и лица, не принадлежавшие к пифагорейскому союзу, испытали влияние отдельных его учений, — об этом свидетельствует, помимо Парменида и Эмпедокла, кротонский врач А л к м е о н (в начале 5-го века); ' своими анатомическими изысканиями и применением их к врачебному искусству он проложил путь не только Гиппократу,** но философам позднейшей эпохи; он также впервые исследовал чувственные ощущения и признал мозг центральным органом деятельности восприятия и рассудка. Когда он замечал, что человеческая жизнь движется между противоположностями и отсюда выводил для врача задачу поддерживать в равновесии составные части тела, то это напоминает учение пифагорейцев о противоположностях и гармонии; и точно так же напоминает их веру в бессмертие его учение, что душа бессмертна, ибо она подобна непреходящим небесным существам и, как и последние, находится в постоянном движении.

— В фрагментах знаменитого комика Эпихарма (550— 460 до P. X.) мы также находим, наряду с суждениями Ксенофана и Гераклита, пифагорейское учение о бессмертии. Но называть его, вместе с некоторыми древними писателями, пифагорейцем мы имеем тем менее права, что пифагорейски окрашенные отрывки относятся к бо-

' См. W а с h 11 е г, De Alcmaeone Crotoniata, 1896, где собраны также фрагменты. Более позднему собранию, в котором, наряду с подлинным, содержится также много подложного.' *