4. Драматургия в. Маяковского («Клоп», «Баня»): проблема нравственных ценностей, объекты сатиры.

5.Темы революции и трагической судьбы поэта в творчестве с. Есенина 1920-х годов («Русь уходящая», «Русь советская», «Стансы» ; «Анна Снегина», «Черный человек» – произведения по выбору).

6. Темы поэта и века, свободы и культуры в творчестве О.Мандельштама 1920-1930-х годов (стихотворения по выбору). Первая русская революция и события, сопутствующие ей, для мандельштамовского поколения совпали со вступлением в жизнь. В творчестве Мандельштама можно условно выделить три периода. Первый приходится на 1908— 1916 годы. Уже в ранних стихах поэта чувствуется интеллектуальная зрелость и тонкое описание юношеской психологии. Трудная адаптация к жизни, ощущение одиночества в годы взросления, перепады настроения, так свойственные этому возрасту.Уже в раннем творчестве О. Мандельштама начинает обрисовываться главная тема его поэзии — тема общечеловеческой, не знающей границ культуры. Каждый этап развития человечества оценивается поэтом как новая степень развития культуры. Это хорошо видно в его цикле “Петербургские строфы”. Городской пейзаж Мандельштама насыщен историческим содержанием. Поэт создает также стихи о музыке и музыкантах, о творчестве. Обращение к этим темам позволяет поэту высказать идею единства мировой культуры.

На 1917—1928 годы приходится второй этап творчества О. Мандельштама. Исторические потрясения этого времени не могли не найти отклика в душе поэта. Стихотворение “Век” передает нам ощущение Мандельштамом трагизма истории

Поэт считает, что в революции есть сила, способная принести ожидаемое, но для этого “снова в жертву, как ягненка, темя жизни принесли”. В стихах Мандельштама появляются образы голодающего, “умирающего Петрополя”, ночи, “темноты”, человека, который “изучил науку расставаний”. Самым значительным из откликов Мандельштама на революцию 1917 года было стихотворение “Сумерки свободы”. Его очень трудно подвести под рубрику “принятия” или “непринятия” революции в тривиальном смысле, но тема отчания звучит в нем очень громко:

Циклом стихов об Армении, написанным осенью 1930 года, открывается третий этап творческого пути О. Мандельштама. Эти стихотворения проникнуты чувством любви и братства разных народов, поэт говорит о том, что общечеловеческое выше национального. Как истинный художник, О. Мандельштам не мог закрыть глаза на происходящее вокруг него. И после трехлет- него перерыва (1926—1929) он возобновляет свой разговор с веком. Трагизм судьбы народа и страны вновь становится центральным в его творчестве. В стихах этого периода мы видим и смятение поэта, и его боль, и отчаяние от видений “грядущих казней”. Иногда Мандельштаму становится “страшно, как во сне”-. Такие стихи, как “Старый Крым”, “Квартира тиха как бумага”, “За гремучую доблесть” и резкое стихотворение против “кремлевского горца” (Сталина) фактически стали приговором поэту. О. Мандельштам не мог молчать тогда, когда большинство молчало.

Мандельштам избегает слов, чересчур бросающихся в глаза: у него нет ни разгула изысканных архаизмов, как у Вячеслава Иванова, ни нагнетания вульгаризмов, как у Маяковского, ни обилия неологизмов, как у Цветаевой, ни наплыва бытовых оборотов и словечек, как у Пастернака. Поэзия Мандельштама становится в начале 30-х годов поэзией вызова, гнева, негодования:В ноябре 1933 года Мандельштамом были написаны стихи против Сталина

2 мая 1938 года повторный арест. В лагере под Владивостоком 27 декабря 1938 года Осип Мандельштам умер. Все было кончено. Все было впереди.Поэзия Мандельштама -память русской культуры Серебряный век русской культуры закончился после 1917 года, с началом гражданской войны.

7.А. Ахматова о «Настоящем Двадцатом веке»: образ лирической героини и времени (сборники «Подорожник», «Anno Domini», «Реквием», «Поэма без героя» – произведения по выбору). Анна Ахматова создала новый тип лирической героини, не замкнутой на своих переживаниях, а включенной в широкий исторический контекст эпохи. При этом масштабность обобщения в образе лирической героини не противоречила тому, что лирика Ахматовой осталась предельно интимной, а поначалу казалась современникам даже "камерной".

В ранних стихах ее представлены различные ролевые воплощения лирической героини, своеобразные "литературные типы" 1900 годов: невеста, мужнина жена, покинутая возлюбленная и даже маркиза, рыбачка, канатная плясунья и Золушка (Сандрильона).

Такая многоликость героини подчас вводила в заблуждение не только читателей, но и критиков. Такая игра с разнообразием "масок" была направлена, скорее всего, на то чтобы препятствовать отождествлению автора с каждой из них в отдельности.

Усложняется образ лирической героини уже в первых ее сборниках: "Вечер", "Четки", "Белая стая".

Сборник "Вечер". Начало пути

на протяжении всей эволюции, лирическая героиня Ахматовой обладала одной чертой, которая нашла отражение во всех вышеупомянутых сборниках - противоречивостью. Однако эти противоречия как бы ведомы двумя стихиями, которым принадлежит лирическая героиня - это любовь земная, страсть, и стихия творчества, которая предполагает внутреннюю свободу, холодный ясный ум, стремление к высшим мирам.

В первом сборнике "Вечер" лирическая героиня предстает читателю в разных воплощениях, например, кроткой девой, мудро созерцающей гармонию мира. В сборнике "Вечер" это счастье ассоциируется у нее не только с возлюбленным, но и с домашним очагом. Там уютно и тепло, там ждут, любят, там нет тернистых дорог.

У нее есть высокий покровитель из мира искусства, требованиям которого она готова безропотно подчиняться - ее Муза. Муза-сестра указывает единственный возможный путь для лирической героини- творчество, во имя которого надо отречься от всего, даже от кольца, символа личного счастья …

В сборнике "Четки" противоречия в характере героини усиливаются, вступают в смертельную схватку. Создается впечатление, что они готовы разорвать ее в этой борьбе. Игра в любовь заходит слишком далеко, становится нестерпимой страстью, мукой. Неслучайно сборник открывает стихотворение "Смятение".

Лирическая героиня в сборнике "Четки" проходит суровое испытание страстью.

"Идейно-художественное отличие "Белой стаи" от "Вечера" и "Четок" интерпретировалось в критике как переход Ахматовой от интимной лирики к гражданской. Тема поэта и поэзии также занимает значительное место в "Белой стае". Есть и любовная линия, но она уже звучит не так мучительно, как прежде: лирическая героиня отпускает былое, прощает и себя, и тех, кого она любила, кто ее любил.

Одним, словом, нравственный выбор лирической героини понятен, земное начало побеждено духовным. В лирической героине теперь преобладают такие черты, как внутренние спокойствие и величавость, христианское милосердие, религиозность.

Творческим синтезом поэтического развития Ахматовой является “Поэма без героя”, над которой она работала более двадцати лет (1940-1962). Несмотря на то, что главы и части поэмы, а также вступление и посвящения создавались в разное время, поэма представляет собой целостное произведения с продуманной структурой,

К “Поэме без героя” написаны три посвящения: Ольге Глебовой-Судейкиной, Всеволоду Князеву и Исайе Берлину. Три посвящения соответствуют трём частям поэмы.

Первая часть. Преступление

В Первой части (Петербургской повести) вместо ожидаемых гостей в новогоднюю ночь к лирической героине “…приходят тени из тринадцатого под видом ряженых”. Эти маски: Фауст, Дон –Жуан, Дапертутто, Иоканаан, - символизируют молодость лирической героини – грешную и беззаботную. Ахматова, ставя в один ряд героев демонических: Фауст, Дапертутто – и святых: Иоканаана (Иоанна Крестителя), хочет показать главный грех поколения – смешение добра и зла. Грехи поколения отражены в самом посвящении. Для Ахматовой очень большое значение имела нашумевшая в те годы история безответной любви юного поэта, двадцатилетнего драгуна Всеволода Князева к известной актрисе-красавице Ольге Глебовой-Судейкиной. Увидев как-то ночью, что Глебова- Судейкина вернулась домой не одна, юный поэт пустил себе пулю в лоб перед самой дверью любимой. История безответной любви Всеволода Князева к Ольге Глебовой-Судейкиной – своеобразная иллюстрация духовной жизни, которую вели люди, окружавшие Ахматову (лирическую героиню) и в которой, безусловно, принимала участие и она сама. Через всю поэму проходит мотив двойничества. Первым двойником лирической героини в поэме оказывается безымянная героиня, прототипом которой является Глебова-Судейкина:

Петербургская кукла, актёрка,

Ты – один из моих двойников.[6,481]

Вторая часть. Наказание

Посвящение Всеволоду Князеву Ахматова пишет 27 декабря 1940 года, ещё до войны, а Второе посвящение, Ольге Глебовой-Судейкиной, написано уже после Великой Отечественной войны: 25 мая 1945 года. Таким образом, во Втором посвящении и во Второй части ( “Решке”) Ахматова говорит о НАКАЗАНИИ, считая все катаклизмы ХХ века: русско-японскую войну, Первую мировую войну, две революции, репрессии, Великую Отечественную войну - расплатой за все грехи поколения и за свои собственные грехи. Но грехи, совершённые в молодости, трудно искупить. Можно покаянием и искуплением смягчить наказание. И пока лирическая героиня не сделает этого, при одной лишь мысли о том, что она может предстать перед Страшным Судом, её охватывает ужас. В поэме присутствует тема нравственного осуждения и неизбежности кары.

Ахматова показала картину распалённого, грешного, веселящегося Петербурга. Грядущие потрясения уже проступили через привычный петербургский туман, но никто не хотел их замечать. Ахматова понимала, что “блудная” жизнь петербургской богемы не останется без возмездия. Так оно и вышло. Во второй части героине видна расплата (отсюда и странное название – “Решка” – обратная сторона медали, “Орла”, вызывающее ассоциацию со словом “решётка”, что символизирует эпоху репрессий), искупление грехов молодости страданиями и гонениями: встречая новый 1941 год, героиня находится в полном одиночестве, в её доме “карнавальной полночью римской и не пахнет”. “Напев Херувимской у закрытых церквей дрожит”, и это пятого января по старому стилю, в канун Рождественского сочельника, - свидетельство гонений на православную церковь. И, наконец, героиня не может творить, так как её рот “замазан краской” и “землёй набит”. Война так же, как и репрессии, - искупление народом прошлых грехов, по мнению Ахматовой. Грехи молодости, казавшиеся невинными, никому не вредящими слабостями, обернулись для героини невыносимыми страданиями – муками совести и сознанием того, что она никогда не сможет оправдаться. Однако кающемуся грешнику всегда даётся возможность искупить свои грехи посредством страданий или добрых деяний. Но об этом в Третьей части.

Третья часть. Искупление

Третье и последнее посвящение адресовано Исайе Берлину, который в канун католического крещения посетил Ахматову в 1946 году. В тот вечер Ахматова читала своему гостю “Поэму без героя”, а позже выслала готовый экземпляр. На следующий день в квартире Ахматовой установили подслушивающее устройство. После встречи с Исайей Берлином, сотрудником американского посольства, “шпионом”, по мнению Сталина, последовала “гражданская казнь”, пик гонений, травли. Это было время, когда Ахматова не могла публиковать свои стихи, а вход во все литературные общества ей был заказан.

Третья часть “Поэмы без героя” (эпилог) посвящена ИСКУПЛЕНИЮ грехов молодости через страдания

Блокадный Ленинград тоже искупает вину своих жителей. Во время блокады, в 1942 году, героиня вынуждена уехать в Ташкент и, уезжая, она чувствует вину перед оставляемым ею городом. Но она настаивает на “мнимости” их разлуки, так как эта разлука кажется невыносимой. Героиня понимает, что, уезжая из Петербурга, она становится чем-то похожей на эмигрантов, так жарко обличавшихся ею. (“Не с теми я, кто бросил землю…”). Покинув страну в самое тяжёлое время, эмигранты отстраняются от Родины, предоставляя ей страдать и не желая разделить эти страдания. Уезжая из блокадного Ленинграда, героиня чувствует, что совершает то же самое. И здесь вновь появляется двойник лирической героини. Но это уже двойник-искупитель, лагерный узник, идущий на допрос. Этот же двойник говорит, идя с допроса, голосом самой героини:

За себя я заплатила Ни налево, ни направо

Чистоганом, Не глядела,

Ровно десять лет ходила А за мной худая слава

Под наганом, Шелестела.

В эпилоге говорится уже о России в целом, об искуплении ею грехов в период репрессий, а потом и в трагедии войны. Другая, “молодая” Россия идет, обновленная, отчищенная страданиями, “себе же самой навстречу”, то есть к обретению своих утраченных ценностей.

Так заканчивается поэма. Здесь уместно сказать об архитектонике поэмы, представив ее в виде концентрических кругов:

Россия

СПб

Поколение

Лирическая героиня

Через судьбу лирической героини в поэме рассматривается судьба ее поколения в целом, судьба ее города, ее страны. Таким образом, личная тема расширяется до общенациональной (так же, как и в “Реквиеме”, с той же ретроспективой), с историческими параллелями, которые в “Поэме без героя” даются через эпиграфы и ассоциации: город называется “Достоевским и бесноватым”, вспоминается проклятие этому городу, посланное Е.Лопухиной: “Быть пусту месту сему” (эпиграф к третьей части), и кровавые страницы его истории, которые также передаются через эпиграф к Третьей части (эпилогу) – строчки из стихотворения И.Анненского “Петербург”:

Да пустыни немых площадей,

Где казнили людей до рассвета.

Эти два эпиграфа отражают грехи людей, совершавшиеся в нем, но сам город, тем не менее, остается прекрасным, хоть на нем лежит печать грехов его жителей. Это тоже выражается эпиграфом к третьей части – всеми известная строчка Пушкина: “Люблю тебя, Петра творенье!”

В “Поэме без героя” можно выделить несколько сквозных тем, связанных между собой идейно и композициозно:

1) вина (грехи) поколения – возмездие за них (неё) – покаяние – искупление;

2) личные грехи лирической героини и её богемного окружения и в той же цепи - мотив двойничества (“двойник-грешница” и “двойник-искупитель”);

3) отражение грехов жителей на судьбе города, в особенности грехов петербургской богемы начала века;

4) связь судьбы поколения, личной судьбы героини и судьбы города с исторической судьбой России (отступничество от традиционных ценностей – возмездие в лице катаклизмов ХХ века – искупление страданиями эпохи репрессий и Великой Отечественной войны - возвращение через эти страдания к прежним ценностям, что должно привести к спасению России.

Эти темы, их развитие и решение составляют художественную концепцию поэмы, на которую также “работают” построение поэмы, эпиграфы, ремарки и даты

Между 1935 и 1940 годами создавался « Реквием », опубликованный лишь спустя полвека - в 1987 году и отражающий личную трагедию Анны Ахматовой - судьбу ее и ее сына Льва Николаевича Гумилева, незаконно

репрессированного и приговоренного к смертной казни. "Реквием" стал мемориалом всем жертвам сталинской тирании. « В страшные годы ежовщины я провела семнадцать месяцев в тюремных очередях » -

Строки такого трагедийного накала, разоблачающие и обличающие деспотию сталинщины, в ту пору, когда они создавались, записывать было опасно, попросту невозможно. И сам автор, и несколько близких друзей заучивали текст наизусть, время от времени проверяя крепость своей памяти. Так человеческая память надолго превратилась в «бумагу », на которой был запечатлен « Реквием ». Без « Реквиема» нельзя понять ни жизни, ни творчества, ни личности Анны Андреевны Ахматовой. Более того, без « Реквиема » нельзя осознать литературу современного мира и те процессы, которые происходили и происходят в обществе .« Представительница « серебряного века » русской культуры, она отважно прокладывала свой путь через двадцатое столетие к нам, свидетелям его последних десятилетий. Путь трудный, трагический, на грани отчаяния. « Реквиеме » Анна Ахматова ( это тоже свойство великой русской литературы ) сохраняет веру в историческую справедливость ». Сдержанно, без крика и надрыва, в эпически бесстрастной манере сказано о пережитом горе : « Перед этим горем гнутся горы». Биографический смысл этого горя Анна Ахматова определяет так : « Муж в могиле, сын в тюрьме, помолитесь обо мне. Но дело не только в личном страдании, хотя и его одного достаточно для трагедии. Оно, страдание, расширено в рамках : « Нет, это не я, это кто-то другой страдает », « И я молюсь не о себе одной, а обо всех, кто там стоял со мною. » С публикацией «Реквиема» и примыкающих к нему стихотворений творчество Анны Ахматовой обретает новый историко-литературный и общественный смысл.30-е годы стали для Ахматовой порой наиболее тяжких в ее жизни испытаний. Она оказалась свидетельницей не только развязанной фашизмом второй мировой войны, вскоре перешедшей на землю ее Родины, но и другой, не менее страшной войны, которую повели Сталин и его приспешники, с собственным народом. Чудовищные репрессии 30-х годов, обрушившиеся на ее друзей и единомышленников, разрушили и ее семейный очаг : вначале был арестован и сослан сын, студент университета, а затем и муж - Н. Н. Пунин. Лишенная возможности писать, Анна Ахматова вместе с тем пережила именно в эти годы величайший творческий взлет. Великая скорбь, но вместе с тем большое мужество и гордость за свой народ составляют основу стихов Ахматовой этого периода.Главным творческим и гражданским достижением Ахматовой в 30-е годы явился созданный ею « Реквием », посвященный годам « большого террора » - страданиям репрессированного народа. Нет, и не под чуждым небосводом,/

И не под защитой чуждых крыл, /Я была тогда с моим народом,/Там, где мой народ, к несчастью, был.« Реквием » состоит из десяти стихотворений. Прозаического предисловия, названного Ахматовой « Вместо Предисловия », « Посвящения », " Вступления " и двухчастного " Эпилога ". Включенное в « Реквием » « Распятие », также состоит из двух частей. Стихотворение « Так не зря мы вместе бедовали... », написанное позднее, тоже имеет отношение к « Реквиему .« Реквием » имеет жизненную основу, которая предельно ясно изложена в небольшой прозаической части - « Вместо Предисловия ». Уже здесь отчетливо чувствуется внутренняя цель всего произведения - показать страшные годы ежовщины

« Реквием » создавался в разные годы. Например, « Посвящение » помечено мартом 1940 года. Оно раскрывает конкретные « адреса ». Речь идет о женщинах, разлученных с арестованными. Оно обращено непосредственно к тем, кого они оплакивают. Это близкие их, уходящие на каторгу или расстрел. Вот как Ахматова описывает глубину этого горя : « Перед этим горем гнутся горы, не течет великая река. » Чувствуют близкие все : « крепкие тюремные затворы », « каторжные норы » и смертельную тоску осужденных.

Слышим лишь ключей постылый скрежет../ .Да шаги тяжелые солдат.../ И опять подчеркивается общая беда, общее горе /По столице одичалой шли /И безвинная корчилась Русь

В «Реквиеме», говоря о «стрелецких женах», воющих под кремлевскими башнями, она показывает кровавую дорогу, тянущуюся из тьмы времен в современность. По твердому убеждению Ахматовой, никакие цели не оправдывают кровь никогда, в том числе и во времена 37 года. Ее убеждение покоится на христианской заповеди «не убий».Мотив колыбельной с неожиданным и полубредовым образом тихого Дона подготавливает другой мотив, исполински и трагически встающая в «Реквиеме» (Мать и казненный сын).«Реквием» Ахматовой - подлинно народное произведение, не только в том смысле, что он отразил и выразил великую народную трагедию, но и по своей поэтической форме, близкой к народной притчиЕе «Реквием» весь как бы разорван. Он написан словно на разных листочках, и все стихотворения этой траурной поминальной поэмы - фрагменты. Но они производят впечатление больших и тяжелых глыб, которые движутся и образуют огромное каменное изваяние горя. «Реквием» - это окаменевшее горе, гениальным образом созданное из самых простых слов. Глубокая идея «Реквиема» раскрывается благодаря особенности таланта автора с помощью звучащих голосов конкретного времени : интонации, жестов, синтаксиса, словаря .Материнское горе («сына страшные глаза - окаменелое созданье»), и трагедия Родины, и неумолимо приближавшаяся военная страда, - все вошло в ее стих, обуглило и закалило его. Дневник в это время она не вела. Вместо дневника, который вести было невозможно, записывала на отдельных клочках бумаги свои стихи. Но взятые вместе они создавали картину разворошенного и разоренного домашнего очага, изломанных судеб людей. «Реквием» ( лат. Requiem ) - заупокойная месса. На традиционный латинский текст Реквиема писали музыку многие композиторы В.А. Моцарт, Т. Берлиоз, Дж. Верди. С помощью художественных изобразительных и выразительных средств А.А. Ахматова раскрывает основную идею своего произведения - показать ширину и глубину народного горя, трагедию жизни 30-х годов.В стихах А. Ахматовой запечатлелись черты времени со всей его чудовищной жестокостью. Еще никто не сказал о нем правды с такой горькой беспощадностью:

Семнадцать месяцев кричу,/Зову тебя домой./Кидалась в ноги палачу,/Ты сын и ужас мой.

8. .Роман Е. Замятина «Мы». Особенности жанра романа-антиутопии. Проблематика и поэтика. С окончанием революции совпало вступление Замятина в самостоятельную творческую жизнь. Истинным началом его пути стала повесть “Уездное”, появившаяся в 1913 году. Она ознаменовала приход в русскую литературу большого мастера.

Самое крупное произведение писателя послеоктябрьского времени стало и самым “фантастическим”. Роман “Мы”, написанный в 1921 году. . это наиболее яркое воплощение жанра антиутопии в русской литературе. Основоположником этого жанра стал томас МУР, автор книги «утопия». Этот жанр предполагает развернутое описание общественной, государственной и частной жизни воображаемой страны. мир антиутопий во многом схож с миром утопий – он также идеален и рационалистически выверен. Но акцент антиутопия делает не столько на устройстве общества, сколько на человеке, который в э том обществе живет. Там возникает конфликт между человеческой личностью и бесчеловечным общественным укладом, конфликт, резко противопоставляющий антиутопию бесконфликтной, описательной утопии.

И не случайно страна, изображённая в романе «Мы», обнесена Зелёной Стеной. Страна искусственного счастья напоминает замкнутый, отгороженный от всей вселенной остров. Общество, изображённое в романе, достигло материального совершенства и остановилось в своём развитии, погрузившись в состояние духовной и социальной энтропии.

Действие романа, перенесённое на несколько столетий вперёд, происходит в некоем Едином Государстве, укрытом от «дикого» пространства Зелёной Стеной, отлитой из «самого незыблемого, вечного стекла.

В Едином Государстве воцарилось всеобщее «математически безошибочное счастье». Его обеспечивает само Единое Государство. Но счастье, которое оно даёт людям, - лишь материальное, а главное - в общих, одинаковых и обязательных для всех формах. Каждый получает сытость, покой, занятие по способностям, полное удовлетворение всех физических потребностей - и ради этого должен отказаться от всего, что отличает его от других: от живых чувств, собственных стремлений, естественных привязанностей и собственных побуждений. Словом от собственной личности. Само понятие «человек» заменено понятием «нумера», и золотые бляхи с присвоенными номерами каждый носит на груди. Человеческая жизнь перестала быть высшей ценностью, о чём свидетельствует также эпизод испытания Интеграла: десять нумеров, погибших при испытании, повествователь называет бесконечно малой третьего порядка. Материальные проблемы были решены в ходе Двухсотлетней войны.Что касается духовных запросов, то государство пошло не по пути их удовлетворения, а по пути их подавления, ограничения, строгой регламентации. Первым шагом было введение сексуального закона, который свёл великое чувство человеческой любви к «приятно - полезной функции организма». Насилие над личностью вызывает у людей не естественную болевую реакцию, а восторг. На первой странице романа появляется образ, который станет в нём центральным и обретёт особый символический смысл. Это образ Интеграла. Интеграл - важная деталь, принадлежащая научно - фантастическому плану замятинского произведения. Это космический снаряд, способный вырваться за пределы околоземной атмосферы, достичь иных миров, принести туда Благую весть о существовании Единого Государства и с помощью абсолютного знания, каким обладает этот рукотворный рай, пересоздать, «интегрировать» Вселенную, которая пока пребывает в состоянии «дикой свободы». Роман «Мы» можно назвать романом-предостережением. Предостережением против такого будущего, каким оно станет, если всё пойдёт так, как началось. Эти опасения писателя имели под собой серьёзные основания. Революционное общество действительно было готово отвергнуть всю общечеловеческую культуру, мораль и психологию именно как индивидуалистические.

В романе “Мы” в фантастическом и гротесковом облике предстает возможный вариант общества будущего. Перед нами возникает странный, неузнаваемый и страшный мир, отгороженный от всего живого глухой стеклянной стеной. Мир Единого Государства, мир несвободы, единообразия, мир без любви, без музыки, без поэзии, без личности и, естественно, без души. Даже личные имена людей заменены цифрами, номерами. Д-503 — “нумер” главного героя. Это мир “нумеров”, которые верят и слепо подчиняются Единому Государству, а в сущности, одному человеку-Благодетелю. Бездушная техника вместе с деспотической властью превратили человека в придаток машины, отняли у него свободу и воспитали в рабстве. Человеку -“нумеру” было внушено, что “наша несвобода” есть “наше счастье” и что это “счастье” — в отказе от “я”. Внушено, что художественное творчество “уже не беспардонный соловьиный свист”, когда “всякий писал, что ему вздумается”, а “государственная служба”. А интимная жизнь тоже рассматривается как государственная обязанность, выполняемая по “табелю сексуальных дней”.

Последующие события нашей истории показали, что опасения писателя были не напрасны. Наш народ пережил и горькие уроки коллективизации, и сталинизм, и репрессии, страх и застой. Очень многие сцены романа заставляют вспомнить недавнее прошлое: манифестация в честь Благодетеля, единогласные выборы.

Но Е. Замятин показывает, что в обществе, где все направлено на подавление личности, где игнорируется каждое человеческое “я”, где единоличная власть является неограниченной, возможен бунт. Способность и желание чувствовать, любить, быть свободным в мыслях и поступках толкают людей на борьбу. Но власти находят выход: у человека при помощи операции удаляют фантазию — последнее, что заставляло его поднимать гордо голову, чувствовать себя разумным и сильным. Все же остается надежда, что человеческое достоинство не умирает при любом режиме. Эту надежду высказывает женщина, которая своей красотой побуждает на борьбу.

Писатель настаивает на том, что не существует идеального общества, жизнь — это стремление к идеалу. И когда это стремление отсутствует, мы повторяем время застоя.

В романе есть еще одна тема, созвучная сегодняшнему дню. Это экологическая тема. “Антиобщество”, изображенное в книге, несет гибель естеству жизни, изолируя человечество от природы. Автор мечтает выгнать “обросших цифрами” людей “в леса, чтобы они научились там у птиц, цветов, солнца”. Только это, по мнению автора, может восстановить сущность человека.

9. «Конармия» И. Бабеля: проблематика, особенности авторской позиции, жанрово-стилевое своеобразие. Исаак Бабель- Конармия» — сборник рассказов Исаака Бабеля объединённых темой гражданской войны, основанный на дневнике, который автор вел на службе в 1-ой Конной армии, под командованием Семёна Будённого во время Советско-польской войны 1920 года.

Книга состоит из 36 коротких рассказов, являющихся зарисовками жизни и быта Первой конной армии, объединённых едиными героями и временем повествования. В книге в довольно жёсткой и неприглядной форме показаны характеры русских революционеров, их необразованность и жестокость, которые ярко контрастирует с характером главного героя — образованного корреспондента Кирила Лютова, образ которого довольно тесно связан с образом самого Бабеля. Некоторые эпизоды произведения являются автобиографичными. Яркой особенностью рассказа является то, что главный герой имеет еврейские корни (хотя носит русскую фамилию Лютов). Вопросу гонению евреев до и во времена гражданской войны отведено особое место в книге.

Корреспондент газеты «Красный кавалерист» Лютов (расс-чик лир герой) Мой первый гусь;Смерть Долгушова;Жизнеописание Павличенки, Матвея Родионыча «Стрельбой от человека … только отделаться можно: стрельба-.это ему помилование, а себе гнусная легкость, стрельбой до души не дойдешь, где она у человека есть и как она показывается».Соль убийство женщины за соль;Письмо Вас Курдюков:бел.отец убив кр сына,потом кр сын убив отца;Прищепа бел убив род,соседи воруют вещи,он разбирает обратно,убивает,сидит в доме 2дня,сжигает его,исчезает.

Эскадронный Трунов;История одной лошади;Афонька Бида

Пан Аполек;Гедали;Рабби. Необходимость войны,смерти, жестокости ради светлого будущего. Большая часть книги (23 из 34 новелл) написана в ма¬нере личного повествования — от автопсихологического ге¬роя, свидетеля и участника событий. Лишь в четырех слу¬чаях он назван Лютовым. В остальных новеллах это про¬сто «я» с не всегда совпадающими биографическими деталями. В такой же манере исполнен и позднейший «Аргамак».В семи новеллах Бабель демонстрирует классическую ска-зовую манеру. Перед нами слово героя, живописный пара¬доксальный характер, создаваемый не просто действием, но и чисто языковыми средствами. Это знаме-нитое «Письмо» Васьки Курдюкова о том, как «кончали» врагов отца и сына (вариация «Тараса Бульбы»); другое письмо мрачного и зага¬дочного Соколова с просьбой отправить его делать револю-цию в Италии («Солнце Италии»); еще одно письмо и объяс¬нительная записка Никиты Балмашова следователю («Соль», «Измена»); обмен посланиями между Савицким и Хлебни¬ковым («История одной лошади», «Продолжение истории од¬ной лошади»); рассказ-исповедь Павличенко («Жизнеописа¬ние Павличенки, Матвея Родионыча»).три новеллы («Начальник конзапаса», «Клад-бище в Козине», «Вдова») и вовсе обходятся без личного повествователя и рассказчика. Они исполнены в объектив-ной манере, от третьего лица. Но и здесь чистый анекдот о хитреце Дьякове (самая светлая и «беспроблемная» новел¬ла книги) резко отличается от стихотворения в прозе, лири¬ческого вздоха на еврейском кладбище (самая короткая и бесфабульная новелла).Бабель мобилизует скрытые возможности малого жанра, испытывает его на прочность, разнообразие, глубину.

За сухой строкой военной сводки открывается мир нече¬ловеческой красоты и шекспировских страстей.Первыми убийцами в книге оказываются поляки, номи¬нальные враги. Но дальше все смешивается, расплывается, превращается в кровавую кашу. В «Конармии» нет ни од¬ной естественной кончины (внезапно, но без чужой помощи умрет лишь старик в позднем рассказе «Поцелуй»). Зато множество пристреленных, зарезанных, замученных. В 34 новеллах крупным планом даны 12 смертей, о других, мас-совых, упоминается мимоходом. Большинство страниц книги окрашены в самый яркий цвет — красный. Потому и солнце здесь похоже на отруб¬ленную голову, и пылание заката напоминает надвигающу¬юся смерть, и осенние деревья качаются на перекрестках, как голые мертвецы.