Гражданская война и ее последствия

В 1860 г. голосами одного лишь Севера президен­том был выбран республиканец Авраам Линкольн. Тогда южные штаты вы­шли из союза, выбрали своего особого президента и образовали особую Конфедерацию. Это повело к четырехлетней войне между Севером и Югом (1861— 1865). На стороне первых был огромный количественный пере­вес; в штатах Севера и Запада, оставшихся верными союзу, было 20 миллионов населения, в южных, отделившихся штатах, всего 5 миллионов белых (при 4 миллионах негров). Но население Юга было гораздо воинственнее; на его сторону перешли по большей части офицеры союзной армии. Негры последовали за своими господами, и на них легла вся тяжелая работа в войске, благодаря чему белые солдаты получили более свободное передвижение. Напротив, северяне очень неохотно принимались за войну: сначала думали все дело предоставить наемникам и милиции.

Но первые успехи искусных в войне южан показали, что дело очень серьезно. Пришлось и на Севере вооружить огромные мас­сы. Южане, стараясь продвинуться как можно дальше на север, выбрали столицей своей Конфедерации Ричмонд в Вирджинии, на небольшом расстоянии от союзной столицы, Вашингтона. В то время, как в Вирджинии происходили массовые нерешитель­ные битвы, исход борьбы готовился в других местах. Север взял верх своей промышленной и технической энергией, перевесом материальных средств. Фабрики и заводы работали над быстрым изготовлением одежды и снарядов для импровизированного войска, получая вместе с тем огромные выгоды. Одно изобрете­ние сменялось другим. В стране, где почти не было шоссе и обыкновенных дорог, строили рельсовые пути гораздо скорее, чем в Европе; впервые по ним стали пускать бронепоезда. Заново приходилось создавать военный флот, которого союз не имел вовсе; здесь также американцы соперничали друг с другом в технических усовершенствованиях. Север старался подорвать экономическую силу Юга. Вывоз хлопка составлял главное богат­ство южных штатов; крупнейшие потребители хлопка, Франция и особенно индустриальная Англия, симпатизировали поэтому Югу. Все усилия северян были направлены к тому, чтобы запе­реть вывоз с Юга блокированием берега; это вызвало вражду со­юза с Англией, тем более, что англичане поддерживали каперов, выходивших с Юга.

Борьба была решена в пользу Севера благодаря тому положе­нию, которое заняли американцы западных областей. Они крепко стояли за союз, потому что в нем они находили опору при своем устроении; они не имели раньше отдельной колониальной жиз­ни, как старые штаты. Это была новая Америка. Люди Запада не столько держались за автономию небольших групп, сколько увлекались панамериканизмом, идеей "великой Америки". Привыкнув устраивать самостоятельно свою судьбу среди перво­бытных условий лесной и степной жизни, в постоянных стычках с воинственными дикарями, они представляли особый тип: в них было много смелости, изворотливости, энергии, изобретатель­ности; но из их среды могли выходить также беспощадные хищ­ники, безжалостные эксплуататоры. И лучшие, и худшие деятели междоусобной войны были по большей части с Запада. К числу представителей Запада можно отнести и Линкольна; оттуда были главные военные вожди, Грант и Шерман.

Жизненным вопросом для западных американцев было осво­бождение водного пути по Миссисипи к Мексиканскому зали­ву — пути, который был заперт южанами. На громадной реке появился особый флот, при помощи которого войска союза ста­ли продвигаться к югу. Наконец, взятие Грантом крепости Виксбург на Нижней Миссисипи отделило от Южной Конфедерации все западные области и обособило ее в одном углу. Это послужи­ло поворотом в войне. Шерман прошел от Миссисипи к Атлан­тическому океану насквозь всю область южан, и их военные силы сдались. Юг опять признал союзное устройство.

Вместе с тем решилась также судьба негров. Линкольн вначале не хотел затра­гивать рабовладения, но война сама подвинула дело: генералы союза, вступая в области отпавших штатов, приглашали негров идти в союзную армию и обещали им за это свободу. На Севере ясно видели, какую сильную опору представляет рабовладение для южан в ведении войны. Чтобы ослабить их в самом чувстви­тельном пункте, Линкольн объявил негров во всей области мя­тежных штатов свободными (1862); тогда начались отпадения негров от своих господ. С окончанием войны Конгресс принял поправку к основному конституционному закону, отменявшую рабство.

Линкольн, при своей умеренности и справедливости, был бы самым подходящим посредником для дела примирения между двумя враждовавшими партиями в союзе. Его выбрали на второй президентский срок; но едва он вступил снова, как был убит. Его преемник Эндрю Джонсон не сумел удержаться между партиями. Среди республиканцев выдвинулась группа, которая выстав­ляла обществу на вид "окровавленную рубашку" и требовала бес­пощадного мщения южанам за пятилетнее междоусобие. В Кон­грессе непримиримые располагали большинством и отвергли депутатов, избранных Югом; условием для принятия южан вновь в союз было поставлено немедленное уравнение негров в правах с белыми. Президент наложил свое вето на решение Конгресса, а Сенат потребовал его за это к своему суду.

Конгресс ввел в южных штатах военное положение, поставил округа под начальство генералов и поручил им составить избира­тельные списки из белых и негров одинаково, но с устранением всех, кто занимал должность или депутатское место при прави­тельстве Конфедерации. Север обращался с Югом, как с завое­ванной страной. Республиканские агитаторы направились на Юг, привлекли заманчивыми обещаниями, вроде огромной раздачи земли, голоса негров и явились в качестве депутатов от побеж­денных штатов на Конгресс. Пользуясь угнетением и страхом, охватившим бывшую партию Конфедерации, республиканцы проникли в собрания и различные должности в южных штатах; между ними были люди сомнительные, спешившие выхватить у побежденной земли добычу. Началось невероятное расхищение имущества, принадлежащего союзу и местным обществам на Юге. Оно достигло наибольшей степени в эпоху двухсрочного президентства генерала Гранта (1869—1877).

Уже раньше установился обычай при смене президента заме­щать должности людьми победившей на выборах партии. Этот обычай придавал выборам характер большой финансовой спекуляции. Те члены партии, которые рассчитывали на захват доходных должностей или на выгодные поставки для правительства, или на кредит для своих предприятий, вклады­вали большие суммы в дело выборной агитации и покупали голо­са избирателей. Эту трату они старались с избытком вернуть; тот, кого они избирали президентом, прежде всего, был вынужден вознаградить своих сторонников. Въезд нового президента в Белый дом сопровождался своего рода завоеванием страны жадными карьеристами. Никог­да это своеобразное явление американской политической жизни не выражалось с такой яркостью, как при президенте Гранте, предоставившем полный простор деятелям республиканской партии. Образовался своего рода господ­ствующий класс, державший страну в своих руках.

Недовольством общества воспользовалась партия демокра­тов, которая стала оправляться от разгрома. Оставив в стороне вопрос о правах цветных, демократы вспомнили старый пункт своей программы, защиту автономии штатов против требований республиканцев командовать из центра. Они возражали против нового покровительственного тарифа, повы­сившего цены, требовали эффективного управления и честной адми­нистрации. В начале второго президентства Гранта выборы в Конгресс дали демократическое большинство: было ясно, что продолжать это президентство с его скандальным управлением на третий срок невозможно. Лишь с уходом Гранта в 1877г. страна успокоилась от последствий междоусобной войны.