5.3. Сельское хозяйство Кузбасса в 1921–1927 гг.

Крестьянство Кузбасса постепенно преодолевало кризис сельскохозяйственного производства, вызванный империалистической, особенно гражданской войной и продразверсткой.

Переход к нэпу принёс позитивные перемены в Кузнецкую деревню, открыл крестьянам возможности для подъёма своих хозяйств. В марте 1921 г. правительство заменило продовольственную развёрстку фиксированным натуральным налогом и разрешило крестьянам продавать излишки продукции. В течение 1921–1924 гг. была восстановлена свободная торговля, возрождено денежное обращение.

Начало нэпа совпало с тяжелейшим неурожаем и голодом, поразившим Поволжье и ряд других регионов. В Сибирь были эвакуированы 100 тыс. жителей наиболее поражённых засухой районов. Население Кузбасса, несмотря на трудности с продовольствием, активно участвовало в ликвидации голода. Это выражалось в уплате дополнительных налогов, сборах пожертвований. Люди жили по принципу: пять сытых кормят одного голодного.

Урожай лета 1922 г. позволил ликвидировать голод и положил начало устойчивому и быстрому росту сельскохозяйственного производства. В 1924 г. в Сибири было проведено административно-территориальное районирование. Постановлением Томского губернского совета рабочих и крестьянских депутатов от 4 сентября 1924 г. в Кузбассе было создано 18 районов: Итатский, Тисульский, Тяжинский, Мариинский, Ижморский, Чебулинский, Судженский, Тайгинский, Юргинский, Поломошенский, Топкинский, Кемеровский, Крапивинский, Ленинск-Кузнецкий, Кузнецкий, Кондомский, Прокопьевский, Бачатский, которые с рядом изменений в своем большинстве сохранились до настоящего времени. Одновременно вместо Кузнецкого и Щегловского уездов был создан Кузнецкий округ, центром которого стал г. Щегловск.

В 1926 г. посевные площади превысили довоенный уровень и составили 240 тыс. десятин. Урожайность зерновых колебалась, оставаясь примерно на одном уровне (за исключением неурожайных лет 1921, 1922, 1924 гг.). Средняя урожайность ржи составляла 45,2 пуда с га, пшеницы – 57,8 пуда, овса – 61,2 пуда. Это было несколько ниже уровня 1913 г.

Главной проблемой была низкая товарность сельского хозяйства. Несмотря на то, что во второй половине 1920-х гг. валовой сбор зерна был равен довоенному, на рынок поступало в 2 раза меньше хлеба, чем до революции. Причина была проста – уравнительный передел земли уничтожил крупные высокотоварные хозяйства, а мелкие не могли на старой технической базе поднять свою товарность, да и не видели в этом особого смысла. Первая задача, которую решал для себя крестьянин, состояла в том, чтобы покончить с полуголодным существованием и улучшить структуру питания. Росло поголовье скота: лошадей – в 2 раза, крупного рогатого скота – более чем в 3 раза. В среднем на одно крестьянское хозяйство приходилось 15 голов скота.

Крестьяне стали потреблять молока и молочных продуктов, мяса почти на 1/3 больше, чем в 1913 г. В этом заключалась одна из причин трудностей по сбору натурального налога. Крестьяне неохотно сдавали натуральный налог, а с 1924 г. – денежный. При нормальном уровне питания крестьянин – середняк мог продавать в городе не более 15 % своей продукции. Да и эту часть он был готов отдать только в том случае, если на рынке было достаточно хороших и недорогих промтоваров. К 1927 г. из 350 тыс. сельского населения Кузбасса середняк составлял 55 %, беднота – 40 %, кулаки – 5 %.

Основным поставщиком продуктов был середняк. Возникли проблемы в осуществлении товарообмена. Резервы старых мощностей по производству ширпотреба были исчерпаны. Промышленные товары были дорогими, низкого качества. В 1925–1926 гг. деревня переживала недостаток сельскохозяйственного оборудования, которое не обновлялось с 1913 г. Государственные закупочные цены на зерно были очень низкими и часто не покрывали его себестоимость. Выращивать скот и технические культуры было гораздо выгоднее. Этим занимались крестьяне, пряча зерно до лучших времен. Дефицит товаров и заниженные закупочные цены заставляли крестьян производить зерна столько, сколько было ему необходимо для пропитания и возможных покупок. Налог шёл за счёт реализации второстепенных продуктов. Так, зажиточные середняки уплачивали налог на 60–80 % за счёт доходов от неземледельческих заработков: вывозки леса, перевозки тяжестей, продажи мяса, молока. Поэтому в 1926 г. заготовки хлеба составили 54,7 % от плана. В 1927 г. план хлебозаготовок также был сорван, что приведёт затем к необходимости применения к крестьянам чрезвычайных мер.

Сельскохозяйственная кооперация развивалась медленно. Отсутствие кредитов и собственных средств, подготовленных кадров и налоговый гнёт делали невозможным её успешное функционирование. По социальному составу она была бедняцко-середняцкой. Преимущественно развивались простейшие формы кооперации. Наибольшее развитие получила потребительская кооперация, охватившая 64,6 % сельского населения. Практически вся торговля на селе велась через потребкооперацию. Средний паевой взнос составлял 3 руб. 70 коп., что было несколько выше среднесибирского. На одно хозяйство в Сибири было продано товаров на 4 руб. 93 коп., в Кузбассе – на 5 руб. 20 коп. Неудовлетворённым оставался спрос на железо, обувь, керосин. Частная торговля на селе была вытеснена. В заготовках позиции кооперации были слабее: хлеба заготавливалось 59 %, масла – 65 %, пушнины – 43 %, кожсырья – 22 %.

Молочная кооперация состояла из 56 артелей – это составляло 10 % от общего числа хозяйств. Её ядром была зажиточная часть крестьян, имевшая много дойных коров. В молочную кооперацию тянулась и беднота. В Кузбассе имелось 58 маслозаводов, в основном средней мощности, причём около 30 % находилось в плохом состоянии. Производство масла возрастало, экспортного масла почти не было из-за низкого его качества.

Машинных товариществ возникало много, но незначительная часть из них имела общий посев. Из 225 товариществ лишь 80 обрабатывали землю коллективно, другие же лишь коллективно, по льготной цене, покупали сельхозмашины, а обрабатывали землю индивидуально. Как правило, это были середняки и зажиточные крестьяне. Производственных кооперативов возникало много, но они быстро распадались. Стабильно работающих коммун в округе было только 9.

В 1927 г. функционировало 22 кредитных товарищества, обслуживавших лишь 12 % хозяйств. Кредитная кооперация испытывала недостаток средств, повсеместно нарушались принципы её деятельности: зажиточные единоличники получали большие суммы кредита, чем беднота, отсутствовал контроль за использованием денежных средств. Часто крестьянин брал кредит на приобретение лошади или коровы, а свой скот продавал.

В целом, за годы нэпа в сельском хозяйстве Кузбасса произошли позитивные перемены: оно подошло к уровню 1913 г. и по отдельным показателям значительно его опережало, обеспечивая всё возрастающее городское население продуктами питания. Если до середины 1920-х гг. Кузнецкий округ был снабжающим по хлебу, то с 1925–1926 гг. вывоз хлеба уменьшился наполовину, а с 1926–1927 гг. округ стал потребляющим хлеб, что свидетельствовало о превращении его в промышленный район.