§ 13. Буржуазные реформы в начале XX в.

Буржуазные реформы в политической сфере в начале

XX в. Широкий размах революционной борьбы вынудил са­модержавие пойти на политические уступки. 6 августа 1905 г. Николай II подписал Манифест о созыве «законосовещатель­ной» Государственной Думы. Согласно проекту, разработанно­му министром внутренних дел А.Г. Булыгиным, к выборам в Думу не допускались трудящиеся города и деревни. Практи­чески все революционно-демократические партии выступили против такой Думы и выставили лозунг ее бойкота. В августе - сентябре 1905 г. движение протеста против булыгинской Думы охватило многие города и местечки Беларуси. Выборы в Думу были сорваны.

В условиях всероссийской политической стачки российское правительство пошло на дальнейшие политические уступки. 17октября 1905 г. Николай II подписал Манифест, провозгла­шавший свободу слова, печати, собраний, союзов, наделение Государственной думы законодательными полномочиями и расширение избирательного права. Однако закон о выборах депутатов в Государственную Думу имел много сословных ограничений. Выборы были многоступенчатыми, не всеобщи­ми и не равными. Все выборщики делились на 4 курии: зем­левладельческую (помещики), городскую (буржуазия), кресть­янскую и рабочую. Значительное преимущество имели по­мещики: 1 голос помещиков соответствовал 3 голосам город­ской буржуазии, 15 голосам крестьян и 45 голосам рабочих.

Первые две Государственные Думы были избраны и дей­ствовали еще во время революции (/Государственная Дума- 1906г.; II Государственная Дума- 1906-1907 гг.), и даже отме­ченные ограничения в избирательном законе не помогли са­модержавию получить желаемый состав депутатов. Так, из 36 депутатских мандатов, которые имели пять западных губер­ний, в I Думе только 10 принадлежали помещикам, а во II Думе, где произошло еще и деление депутатов по нацио­нальностям, польские помещики и ксендзы получили 11 мест.

Буржуазия с удовлетворением встретила введение полити­ческих свобод. Она считала, что революция достигла своих це­лей и должна завершиться. В 1905 г. возникли буржуазные по­литические партии и организации. Первыми из них стали Конституционно-демократическая партия (кадеты) и «Со­юз 17 октября» (октябристы). Кадеты заявили о своей оппо­зиции самодержавию. Они выступали за конституционную монархию, уничтожение сословных привилегий и других пе­режитков феодализма, политические свободы и полное равно­правие, но не считали необходимым окончательно ликвидиро­вать помещичье землевладение. Для наций они признавали только право на культурное самоопределение. Октябристы за­няли более правую позицию. Они были полностью удовлетво­рены Манифестом 17 октября, выступали за поддержку монар­хической власти и сохранение единой и неделимой России.

В Беларуси более благоприятными оказались условия для деятельности партии октябристов. Здесь ее поддерживали рус­ские чиновники-монархисты, помещики, православное духо­венство. Кадеты же из-за отсутствия в Беларуси земств и выс­ших учебных заведений не имели здесь необходимой социаль­ной почвы для своей деятельности. Они получили поддержку только со стороны еврейской буржуазии и интеллигенции. По общеполитическим и национальным вопросам кадетов в Бела­руси поддержали польские помещики и католическая церковь.

К буржуазным организациям, действовавшим на террито­рии Беларуси, принадлежали и сионисты. После создания в 1897 г. Всемирной организации сионистов в Беларуси тоже ста­ли появляться сионистские кружки. Сионисты отрицали уча­стие евреев в революционном движении стран диаспоры и име­ли целью создание самостоятельного еврейского государства в Палестине, которое объединяло бы всех евреев мира. Во время революции 1905-1907 гг. сионисты поддерживали кадетов.

Правый правительственный политический лагерь, чтобы защитить интересы самодержавия в условиях открытой поли­тической борьбы, также начал формировать свои политиче­ские партии. Самой влиятельной из них был «Союз русского народа». Его членов революционеры называли черносотенца­ми. В конце 1905 - начале 1906 г. организации «Союза русско­го народа» были созданы в Минске, Гомеле, Витебске и других городах Беларуси. К партиям правого консервативного направ­ления относились также «Партия русского собрания», «Рус­ский окраинный союз» и др. Все они стояли на монархических позициях, защищали интересы помещиков и православной церкви, выступали за нерушимость самодержавной власти, сохранение помещичьего землевладения, за территориальное единство России.

Изменения в церковной жизни. Свобода вероисповеда­ния. В начале XX в. на территории Беларуси существовало 5 епархий православной церкви - Полоцкая, Минская, Моги­левская, Виленская и Гродненская. Согласно российскому за­конодательству православие имело статус государственной религии. Отношение российского правительства к католиче­ской церкви было осложнено активным участием католиче­ских священников в восстании 1863-1864 гг. В связи с этим после восстания был издан ряд дополнительных постановле­ний, запрещающих антигосударственную пропаганду в косте­лах. Для Беларуси эти постановления имели особое значение, поскольку именно здесь проходила «граница» между право­славием и католицизмом.

В ходе российской революции 1905-1907 гг. религиозный вопрос вновь встал. Был принят ряд законов и указов, важ­нейшим из которых явился указ 17 апреля 1905 г. о свободе ве­роисповедания. Формально доминирующая роль оставалась за православием. Вместе с тем указ ставил в одинаковое поло­жение все религиозные конфессии империи и делал возмож­ным и безнаказанным переход из православия в другую веру. Фактически этот указ означал введение демократического права свободы вероисповедания в России.

В Беларуси указ 17 апреля 1905 г. вызвал обострение меж- конфессиональных отношений, обусловленное борьбой за сфе­ры влияния между православной и католической церквями. В местной церковной печати появились статьи о притеснении православия и православных со стороны католиков. Католиче­ская церковь стала быстро развиваться, начался процесс перехо­да униатов, принявших православие, в католичество.

Столыпинская аграрная реформа. Революция 1905-1907 гг. показала особую остроту аграрного вопроса в России и отсут­ствие достаточной социальной поддержки самодержавия со стороны крестьянства. Решить эти проблемы должна была сто­лыпинская аграрная реформа (П.А. Столыпин - председатель Совета Министров, министр внутренних дел; погиб в 1911 г.). Она ставила целью разрушение крестьянской общины и соз­дание в деревне широкой прослойки экономически самостоя­тельных богатых крестьян.

В соответствии с указом от 9 ноября 1906 г. каждый кресть­янин мог выйти из общины и получить землю, которую он использовал, в личную собственность, причем на одном участ­ке, на хуторе. Таким образом, уничтожалась сельская община и общинное землевладение, разрушались населенные пункты (деревни), а вместе с ними традиционный уклад жизни сель­ских жителей и коллективистская традиция восточнославян­ской деревни. Крестьянину необходимо было разобрать и пе­ревезти на хутор дом, гумно, хлев, амбар и другие хозяйствен­ные строения, собрать их на новом месте. Из-за ветхости мно­гие строения крестьян могли вообще рассыпаться, а на новые не было денег. На хуторе надо было выкопать колодец, подве­сти дорогу, выполнить другие хозяйственные работы. Средств для выполнения этих работ у большинства крестьян не было. Взять деньги в банке они также не могли, поскольку нечем было потом рассчитываться за кредит.

Земля на полях вокруг деревни была разной по качеству. Крестьянин, естественно, хотел получить хутор на том поле, где земля была более плодородной. Для этого приходилось угождать местным чиновникам, землеустроителям и землеме­рам, давать им взятки. На это у большинства крестьян также не было денег.

Закрепив бывшую общинную землю в частную собствен­ность, крестьянин мог получить ее в одном месте, на одном поле в виде отруба. В таком случае усадебные и хозяйствен­ные строения необязательно было переносить в поле, на место нахождения отруба. Можно было жить в деревне. Однако опять возникали трудности, связанные с качеством земли от­руба, его отдаленностью от деревни, отсутствием дороги для подъезда к отрубу и др.

Материальной и финансовой поддержки со стороны госу­дарства при переселении на хутора и при пользовании землей в виде отрубов крестьяне не получали. Незначительные сред­ства, выделенные на эти цели, были разворованы чиновника­ми. Хуторизация осуществлялась за счет самих крестьян.

В связи с этим большой активности в переселении на хутора крестьяне Беларуси не проявляли. В 1907-1914 гг. в пяти за­падных губерниях только 12% всех крестьянских дворов соз­дали хуторские и отрубные хозяйства. Остальные крестьян­ские дворы проигнорировали столыпинскую хуторизацию.

Охотно выходили из общины крестьяне-бедняки, которые не могли вести хозяйство. Они продавали свои наделы и пере­ходили в категорию батраков или переселялись в города. С 1907 до 1914 г. в белорусских губерниях продали землю 35,8% всех хуторских и отрубных дворов. Крестьяне-бедняки превращались в сельскохозяйственных рабочих, пролетариев.

С другой стороны, охотно переселялись на хутора состоя­тельные крестьяне. Они за бесценок покупали земли бедняков, а также земли помещиков, чиновников и офицеров, увеличи­вали размеры своих хозяйств и превращались в сельскую бур­жуазию. Если до реформы крестьяне, во владении которых было от 15 до 25 десятин земли, составляли только 8,1%, то в результате реформы их количество увеличилось до 37,3%.

Столыпинская аграрная реформа предполагала также пере­селение крестьян из европейской части России, где земли не хватало, в Сибирь и на Дальний Восток, Северный Кавказ и Среднюю Азию. С 1907 по 1914 г. из Беларуси переселилось 335 тыс. бедных крестьян. Однако помощь правительства пе­реселенцам была незначительной, и многие из них (около 11%) вернулись окончательно обедневшими.

Одновременно в западных губерниях стимулировалось рас­ширение русского землевладения. За счет казенных земель был создан специальный фонд для русских поселенцев. Важным средством осуществления новой аграрной политики по созда­нию хуторов и отрубов стала деятельность Крестьянского бан­ка, выдававшего кредиты для купли земли.

Таким образом, столыпинская аграрная реформа содейство­вала капитализации аграрного сектора российской экономи­ки, количественному росту сельской буржуазии и сельского пролетариата, концентрации больших земельных массивов в руках состоятельного крестьянства, которое становилось глав­ной социальной опорой самодержавия в деревне. В 1914 г. со­стоятельных крестьян в Беларуси насчитывалось 12%, а бедня­ков - 68%. Столыпинская хуторизация явилась средством укрепления капиталистических отношений в деревне.

Вместе с тем попытка разрушить общину и выселить крестьян на хутора, уничтожить традиционный уклад жизни

и коллективистскую традицию восточнославянской деревни при сохранении помещичьего землевладения успеха не имела. В ноябре 1915 г. российское правительство приняло закон о прекращении на время войны связанных с хуторизацией, зем­леустроительных работ, всегда вызывавших сопротивление со стороны крестьян.

В российской историографии в последнее время появились утверждения о том, будто П.А. Столыпин при проведении аграрной реформы возлагал надежды на значительную роль государства в развитии сельского хозяйства, предоставление крестьянам государственной земли, на сохранение, а не разру­шение основ крестьянской общины, а то, что было осущест­влено (создание хуторов и отрубов на надельных крестьян­ских землях с выходом крестьян из общины и закреплением земли в частную собственность), разрабатывалось чиновника­ми во главе с заместителем председателя Совета Министров

В.И. Гурко. Будто бы то, к чему хотел идти П.А. Столыпин, ис­кажалось чиновниками еще при его жизни, а контролировать ход реформы он не мог из-за недостатка сил и времени.

Поскольку столыпинская реформа потерпела крах, а имя П.А. Столыпина современные капитализаторы общества стре­мятся сохранить как символ той эпохи, когда по просторам России шагал капитализм, в историографии создаются новые мифы. Во-первых, «новая концепция» столыпинской аграр­ной реформы не имеет документального подтверждения. Во- вторых, председатель Сонета Министров Российской импе­рии, имя которого носили реформы, не мог не контролиро­вать их ход и полностью довериться чиновникам, несмотря на огромную занятость государственными делами. В третьих, несколько поколений ученых, писавших о столыпинских ре­формах, разобрались в их сущности.

Земская реформа в Беларуси. В дополнение к аграрным преобразованиям проводилась земская реформа. В Витебской, Могилевской и Минской губерниях 14 марта 1911 г. были введены земские учреждения. Вводя земства, П.А. Столыпин стремился привлечь крепкое крестьянство к проведению зе­мельной реформы, сделать сельскую буржуазию опорой вла­сти, поднять ее политическую роль в системе местного управ­ления. Выборы в земские учреждения осуществлялись по «русской» и «польской» куриям с невысоким имущественным цензом, причем православных крестьян зачисляли в «рус­скую» курию, а католиков - в «польскую». Одновременно это должно было ослабить в крае политическое влияние помещи­ков польского происхождения или католического вероиспове­дания, которые экономически были значительно сильнее, чем русские помещики и православные крестьяне.

Введение земских учреждений содействовало развитию мест­ного хозяйства, созданию кооперативных товариществ, сель­скохозяйственных кружков, деятельность которых направля­лась на повышение культуры земледелия и скотоводства. Зем­ства много сделали для развития образования и охраны здо­ровья населения. Однако в Беларуси, в отличие от центральных губерний России, земства не сыграли значительной роли.