"Здравствуй, что ли, родина!.."

Здравствуй, что ли, родина! Я твой отрок долгожданный. Долго жил я в своих небесах, И теперь спускаюсь с крыльями – На глазах моих искры веселые — А в колчане любовные стрелы. И даже лук есть — сильно стреляющий – Показать вам, какой?!

П. Захаров

2. История создания колхоза схпк "Рассвет".

В состав СХПК "Рассвет" входят деревни Балды-Кня, Нижний и Верхний Кузмесь, Красный Цветок, Сабанчино, Иштуган, Старая-Кня-Юмья, Нырья.

Поучительная судьба у деревни Балды-Кня. Разразившийся в 1921 году голод безжалостно истребляет здесь живущих. Удалось выжить тем, у кого были своя лошадь, плуг. В 1930 годы в Балды-Кне начинается коллективизация. Хозяйству единодушно дают название «Малиновка». Председателем был Герасим Андреев. Но это хозяйство вскоре распадается. Спустя год, организуется другой колхоз, под названием «Горд Коммунар». Руководителем назначают своего человека Петра Михайлова. Колхоз был крепким, за высокие достижения был награждён Почётной Грамотой из Москвы.

В Нырье был свой колхоз под названием «Родина», первым руководителем был Денис Прокопьев. Но после колхоз был переименован в «Красную звезду», председателем был до войны Ф.Н. Никитин.

Каждая деревня так же представляла собой отдельный колхоз: Старая Кня-Юмья - «Дружба», Н.Кузмесь - «Смена», В. Кузмесь - «Разина», Куркино - «Горд кизили», Иштуган - «Ясная поляна.

В 1958 году в жизни здешних сёл начинается новый этап. Деревни Сабанчино, Куркино, Верхний и Нижний Кузмесь, Нырья объединяются в один колхоз под названием «Октябрь». Руководителем был 25-тысячник Гарафетдин Нурмиев. Спустя год, в мае 1959 года, к этим селам присоединяются Ст.Кня-Юмья, Балдыкня, Красный Цветок, Иштуган и образуется колхоз «Рассвет». Руководителем становится Г. Нурмиев. Затем на этом посту трудились Ф. Ахметзянов, М. Марсутдинов, С. Тукеев, Н. Валеев, Ф. Галиев, и 18 лет проработал Ф. Гарифьянов.

Так глубокой осенью 1930 года в наши края «пришла» коллективизация. Как тяжело было понять нашим землякам, что такое коллективное хозяйство. Вот что вспоминает одна из старожилов деревни Сабанчино Х. Сафаргалиева: «Поначалу говорили, что всё будет происходить только по согласию самого крестьянина, но на самом деле всё происходило иначе. Во время неурожая, как и все другие состоятельные жители, наш отец отказался продавать хлеб. Тогда пришли представители власти и забрали весь хлеб. На всю семью, состоявшую из 6 человек, оставили миску зерна. Из-за отказа вступить в колхоз нас объявили «середняками», и под угрозой гонения отец вынужден был согласиться. Итак, в 1932 году было объявлено о создании колхоза «Октябрь» в деревне В. Сабанчино и колхоза «Суворов» в деревне Н. Сабанчино. У нас забрали лошадь, после заставили сдать телёнка и овец». Но время шло, менялись люди, менялось понятие о крестьянской работе. Появились СОЗы и ТОЗы по совместной обработке земли.

Суровые лихолетья Великой Отечественной войны

Самым тяжёлым периодом для жителей нашего села, как и для всей страны, стали годы Великой Отечественной войны. На войну из нашего сельского поселения было призвано 613 человека, вернулся только 331 человек, погибло 282, т.е. почти каждый второй. В лихую годину войны мужчин заменили женщины, ударно трудились трактористки.

Вот что вспоминает Артемьева Татьяна Константиновна: «Сколько бы ни жил человек на свете, ему никогда не привыкнуть к слову «война». Война – это проклятое слово для всего человечества. Ведь сколько страданий приносит война: смерть близких, родных людей, невинные слезы детей, матерей. Эта страшная картина написана красками страданий и кровью. Про то, что началась война, я узнала от бригадира во время работы в поле. Сразу же после этого я поехала в деревню Старая Юмья (колхоз «Заря»), чтобы приготовить трактор СТЗ – Нати (так называла свой трактор) на войну. Целую ночь ремонтировала трактор под дождем. А утром я поехала в Кукмор, и вместе со мной был Иванов Василий из деревни Лельвиж. К счастью, меня не взяли на войну. Вместо меня взяли Василия, так как у него была повестка.

Я осталась дома, но долго без трактора не оставалась: мне дали другой, колесный трактор, и я снова начала работать. За хорошую работу меня отправили учиться на бригадира. И с 1942 года я начала работать бригадиром тракторной бригады, и в том же году я вышла замуж. У нас родилась дочь, но я дома не сидела. Трехмесячную дочь я брала с собой, и с нею нянчились заправщицы или дети соседей.

Война продолжалась, и на войну нужно было посылать хлеб. Оставшиеся в колхозе женщины и старики работали в поле от зари до зари. Питались хлебом из крахмала и лебеды, варили суп из листьев картошки, смешивая картошку с измельченной сухой травой, пекли булки. Почти весь убранный урожай направлялся на фронт – для скорейшей победы. Поздними вечерами бабушка ткала, вязала, вышивала – всё нужно было делать своими руками.

Весть о долгожданной Победе я услышала от незнакомой женщины, когда возвращалась с работы. Радости не было границ».

В 1965 году возле здания ДК в центре села был воздвигнут памятник воинам-землякам, погибшим в годы войны.

Вспоминают односельчане:

Воспоминания Федорова Василия Федоровича.

«Я бывший воин-фронтовик родился в 1926 году. Меня призвали на службу в Советскую армию в ноябре 1943 года, и служил до декабря 1950 года. После окончания учебы в запасном полку в июне 1944 года я был отправлен в составе маршевой роты на фронт. И попал я в 165 стрелковую дивизию-в 199 отдельный истребительный противотанковый дивизион, орудийным номером 1-й батареи, дали нам 76 мм пушку и автомашину «Студбеккер». Начали мы воевать под городом Ковель (Западная Украина). И дальше наша часть освобождала Польскую землю. Участвовали мы в освобождении города Варшава, за это я был награжден медалью «За отвагу» и медалью «За освобождение Варшавы»

Дальше наша дивизия участвовала в освобождении польских городов Седлец, Модлин, Торн, Бютов и на Балтике порта - города Гданя. И дальше наша часть вступила с тяжелыми боями на немецкую. Землю и овладела портом и городом Штеттин...

И еще позже овладела немецкими городами Тренцланд и Ангермюнде. И дольше продвигаясь с боями по немецкой земле, наша дивизия участвовала во взятии немецких городов Штральзунд, Гримен, Доминн, Мальхин, Варен, Аезенберг, Росток, Варнемюде. И еще позже были взяты города Барт, Баддоберан, Найбуков, Варин, Виттенберге.

Участвовала наша дивизия в боях на 1-м белорусском, а позже на 2-м белорусском фронтах и закончила войну на немецкой земле. За время войны мы форсировали реки Вилса и восточный, западный Одер. За участие и отличие в боях за освобождение и взятие вышеуказанных городов я имел 10 благодарностей от Верховного Главнокомандующего и награжден второй медалью «За отвагу».

Нелегко пришлось нам на войне, были и удачи и неудачи на бумаге всего не опишешь, наш дивизион шел на переднем крае почти наравне с пехотой так, как мы из пушек стреляли по танкам и самоходкам только прямой наводкой, а не с закрытых позиций. Но и немцы нас безжалостно уничтожали, их танки, а особенно «Тигры» стреляли очень метко, потери людей и орудий были огромные. Не все идет гладко на войне. Хоть и позорно, но опишу один случай. Это было на польской земле в лесу. Немцы против нашего дивизиона пустили много танков. Танки шли по лесу и устроили нам узкий коридор, пришлось нам отходить, оставляя свои орудия. Позже совместно с пехотой мы сумели обратно отбить свои орудия, но немец отдал нам их с взорванными замками. Правда, тогда наши нам простили и дали новью пушки».

Галимзянов Билал Галимзянович:

«Родился в 1915 году в деревне Сабанчино Кукморского района. 1939 году забрали в армию, когда вернулся из армии, забрали 1941 на фронт. Сразу же попал под Ленинградскую блокаду. На фронте был артиллеристом. 900 дней протерпел голод в Ленинграде. Чуть не попал в плен к немцам.

После фронта вернулся только осенью, потому что после 9 мая 1945 года остался в Ленинграде и работал строителем. А когда вернулся, сразу же назначили председателем колхоза, работал 5 лет.

Был голодный год, люди жгли солому и ели ее. В колхозе коров, овец, кур не было, только 8 лошадей было, а потом я купил 25 лошадей на деньги, которые выделил профсоюз. Потом 3 года работал зампредом.

В семье нас было только два человека, мой старший брат, который умер на фронте и я остался один.

Когда умер отец, мне было только 4 года, а мать умерла, когда мне было 7 лет.

Теперь у меня есть семья. Жена и четверо детей, 2 мальчика и 2 девочки. Есть уже взрослые внуки. Я не жалею, что прошел такие трудные пути».