Тема 7. Византийская философия комниновского возрождения. Миахил Пселл. Иоанн Итал.

Общее введение

М.В. Бибиков: «Христианская философия в Византии противопоставлялась т. н. “внешней” философии, под которой подразумевалась не только светская наука вообще, но и мировоззренческая основа языческих верований и христианских ересей. Истинной же философией считались образ жизни и поведение праведного христианина, и в этом смысле идеальными философами представлялись мученики и аскеты (Феодор Студит, Симеон Новый Богослов).

В соответствии с этим Иоанн Дамаскин различал “философию теоретическую”, связанную со знанием, и “философию практическую”, направленную на совершенствование добродетелей. Теоретическая область включала в себя и физику, и математику (арифметику, геометрию, астрономию и гармонию), и теологию, связанную с постижением Бога, бесплотных сил, души. Практическая же философия состояла из этики, “экономики”, т. е. “домостроительства” (своего рода этики быта), и политики. Логика представлялась скорее инструментом философии, чем особой ее сферой. Философия, будучи тесно связанной с богословием, тем не менее не замещалась им: так, вводная часть основного сочинения Иоанна Дамаскина “Источник знания”—это “Философские главы”, а “Исповедание веры” выделено в самостоятельный раздел. У истоков византийской философии формируется новый (по сравнению с античностью) тип христианского философского историзма (провиденциалистская концепция истории у Евсевия Кесарийского и др.). На смену циклизму античного временного восприятия приходит телеологическое осмысление истории, когда прошлое оценивается в перспективе грядущего Страшного суда: эсхатологизм Евсевия своеобразно сочетает эллинскую и иудейскую концепции времени.

В целом ранневизантийская философия была тесно связана с неоплатонизмом, прежде всего благодаря Проклу и его школе в Афинской академии, а также Аммонию я его школе в Александрии. Прокловская концепция структуры и происхождения мира (“геннады”, различные уровни божеств и т. п.) была усвоена византийской философией (Марин, Псевдо-Дионисий Ареопагит и др.). В свою очередь критика аристотелевской физики Иоанном Филопоном, в частности определения небесной субстанции и учения о предвечности мира, также оказала влияние на философскую литературу последующих поколений. Закрытие императором Юстинианом в 529 Афинской платоновской академии вынудило многих византийских философов (Симпликий и др.) искать убежище за пределами империи.

Значение философии как отрасли университетского образования упрочилось во 2-й пол. 9 и в 10 вв.; в 9 в. преподаванием философии в Константинополе прославился Лев Математик (или Философ) (ок. 790—869). Энциклопедист, библиофил и богослов-полемист, константинопольский патриарх Фотий составляет сокращенное изложение аристотелевской логики и критикует платоновскую теорию идей как предполагающую иные, чем Бог, причины мироздания. Напротив, ученик и сподвижник Фотия Арефа Кесарийский (после 850 —после 932) находился под преобладающим влиянием Платона.

В период, последовавший за эпохой т. н. Македонского ренессанса (кон, 9—10 в.), была учреждена в Константинополе философская школа (часто называемая — в совокупности с другими школами—Константинопольским университетом). Лидером философского “факультета” 11 в. был Михаил Пселл— ученый-энциклопедист, составитель естественно-научных и филологических трактатов, полемист и политик, историк, философ, автор риторических произведений. Наследие его превосходит по объему все сочиненное в 10—11 вв. Его “Всеобъемлющее учение” кратко суммирует философские идеи неоплатонизма. Применительно к богословию их стремился развить его ученик и последователь Пселла Иоанн Итал (ок. 1025—после 1082), взгляды которого были осуждены специальным церковным постановлением. Ученик Итала Евстратчй Никейский (ок. 1050—после 1117) прославился как полемист и комментатор аристотелевской этики, физики и логики. Полемике с “Первоосновами теологии” Прокла посвятил специальный трактат Николай Мефонскай (после 1100—1160/66). Никифор Влеммид (1197-ок.1269) составил пособия по логике и физике. В целом аристотелевская логика и платоновская метафизика были восприняты византийской философией эпохи Комнинов.

Михаил Пселл

Михаил Пселл (1018 — около 1078 или позже) — учёный византийский монах (с 1054), приближенный 8 императорам; оставил огромное лит. наследие (трактаты по философии, риторике, истории, естествознанию, грамматике, музыке, медицине, демонологии и др.)..

Сын бедных родителей, которые вследствие бывших им во сне видений предназначили его к учёной карьере, 10-ти лет поступил в школу, где обучался грамматике и пиитике; в 16 лет перешёл к высшему образованию и изучал риторику, философию и юриспруденцию; в 1037 г. поступил на службу в месопотамской феме, где, благодаря связям, получил место судьи. До пострижения носил имя Константин. При Михаиле V Пселл был асинкритом (чиновником императорской канцелярии). В это время он ревностно занимался науками, особенно философией, изучал Аристотеля, Платона и Прокла.

В 1043 г. Пселл написал панегирик Константину Мономаху и в том же году оказался в числе наиболее приближённых к императору лиц; он стал протосинкритом, а затем вестом и вестархом, то есть достиг 7 чина по византийской табели. В царствование Мономаха им сочинены были ещё 4 панегирика императору, очень льстивые и не заслуживающие веры; наградой ему за это были василикат Мадита, то есть право собирать подати с этого города, и передача ему в управление (харистикию) нескольких монастырей. Когда под конец царствования Мономаха положение Пселла было поколеблено, он постригся и принял имя Михаила, а когда император умер, удалился на малоазиатский Олимп в монастырь.

Вызванный отсюда Феодорой, он вновь был приближен ко двору и награждён титулом ипертима. В 1057 г. Пселл императором был послан к восставшему Исааку Комнину, чтобы уговорить его на мир; Пселл очень понравился Комнину, и при вступлении его на престол, сделан был проедром и позже, как видно из его переписки, был очень близок со всем домом императора. По желанию Комнина, Пселл написал обвинительный акт против прежнего своего друга, низложенного патриарха Михаила Кируллария. В 1059 г. Пселл интриговал в пользу возведения на престол Константина Дуки, преуспел в этом, был приближен и к этому императору и получил от него чин протопроедра. Для сына императора, Михаила Дуки, Пселл написал несколько учебников.

Воцарение Романа Диогена в 1068 г. уменьшило значение Пселла при дворе, зато после пленения Романа Пселл подал Михаилу Дуке совет разослать по всей империи указы, с объявлением, что Роман Диоген лишён престола; однако, когда последний был ослеплен, Пселл счел нужным обратиться к нему с утешительным письмом. При Михаиле VII Пселл играл очень видную роль: писал письма от имени императора, составлял хрисовулы, разбирал тяжбы и т. п.

Дата смерти Пселла точно неизвестна. Некоторые учёные датируют её 1078 годом (либо около 1076—77 гг.), другие считают, что в 1096 году он был ещё жив.

Риторические его упражнения представляли часто странный выбор тем, вроде, например, похвалы блохе, вши или клопу; очевидно, для него важным казалось лишь умение красиво слагать фразы. Сочинения Пселла чрезвычайно разнообразны. Он писал трактаты по всем наукам: философии, грамматике, праву, агрономии, медицине, математике, риторике, музыке; по его произведениям можно составить себе общую картину византийской образованности XI века. Специальный интерес представляют сочинения Пселла для русской истории, потому что в них говорится о варяго-русской дружине императоров и подробно описан последний поход Руси на Византию. Очень важны живые и интересные мемуары Пселла и многочисленные письма его к императорам, патриархам, различным высокопоставленным лицам, монахам и другим. Источник: http://lib.pravmir.ru/library/author/182

Современники обвиняли М. П. в пристрастии к языч. философии, особенно Платону. Сам М.П. неоднократно защищал необходимость изучения антич. наследия, Платона и неоплатоников в первую очередь, некоторые его соч. (напр., «О всяческой науке») представляют собой компиляцию из соч. Порфирия, Ямвли-ха, Прокла, Олимпиодора. Декларировал необходимость отбора из антич. наследия положений, согласующихся с христ. догмами, признавал наличие «высшей философии» (теологии), постигаемой озарением свыше, и «низшей философии» (науч. знания, доступного ло-гач. доводам), между которыми помещал «науку о бестелесном», т. е. математику. Фактически стремился к созданию синтеза антич. и христ. воззрений, включал в него и оккультизм неоплатонич. типа, хотя в то же время подвергал рационалистич. критике представления о чудесном. Этич. взгляды отличаются терпимостью и направлены против чрезмерного монашеского аскетизма. Рационалистич. элементы философии М. П. были развиты его учеником Иоанном Италом.

М. П. содействовал возрождению интереса к Платону и неоплатоникам, трактуя их как предшественников христианства; он выступал против невежеств. монахов, к-рые, по его словам, предают Платона анафеме, словно сатану. М.П. отстаивал рационализм. Он подверг критике веру в чудеса, астрологию, демонологию, считая, что каждое явление имеет свою естеств. причину. "Бог, – писал он, – само собой разумеется, есть конечная причина землетрясений, как и других вещей, – но ближайшая причина землетрясений – природа". Природа (φύσις) представлялась ему рассеянной во всем, невидимой, но постижимой разумом. В соответствии с этим он выделял две части философии: одна из них имеет своим предметом то, что постигается духом, т.е. потусторонний мир ("вечность"), предмет второй – земной мир, доступный разуму. Огромное значение М. П. придавал математике, к-рая, по его словам, уступает лишь богословию. При этом М.П. подчеркивал единство геометрии (науки о протяженном) и арифметики (науки о непротяженном) и видел в этом отражение единства протяженного и непротяженного. В мировоззрении М. П. встречаются элементы диалектики. "В этом мире, – писал он, – нет ничего постоянного, ничего неподвижного, но все движется и изменяется". Время постоянно приносит с собой изменения и более того природа, душа, разум – все двойственно, все содержит противоречивые и борющиеся между собой моменты. Рационализм M.П. непоследователен: он считал богословие первой мудростью и видел гл. задачу в сочетании антич. философии с христианством, рассуждений, основанных на силлогизме, с верой. Полемизируя с мистицизмом патриарха Михаила Керулярия, М.П. сам отдавал дань мистицизму в духе неоплатоников, говоря об устремлении души к Единому.

Рационализм М.П. распространялся также и на историю. В "Хронографии", первом памятнике визант. мемуарной лит-ры, нет и следов теории сверхъестеств. воздействия на историч. процесс: историю творят люди, руководствуясь своими корыстными побуждениями; в то же время М.П. прямо провозглашал необходимость критич. отношения к источникам. … М.П. пользовался огромным авторитетом: писатели 12 в. считали его образцом философа. Рационализм M.П. нашел радикальное развитие в творчестве его младшего современника Иоанна Итала.

Богословские сочинения Пселла:

Наиболее подробная библиография богословских сочинений Пселла, выделенных из его огромного наследия, содержится в книге архимандрита Амвросия (Погодина)[2], кроме того, указания на некоторые религиозно-философские трактаты и общий обзор творений также содержится у К.Крумбахера[3], в Лексиконе богословия и Церкви[4] и Католической Энциклопедии[5]. К догматическим творениям Пселла относится стихотворение «О догмате»[6], а также начальные главы Διδασκαλία Παντοδάπη («Всестороннего учения»), где содержится исповедание веры, рассматривается троичный догмат, объясняется христианская терминология[7]. Единственным литургическим сочинением Пселла, посвященным целиком истолкованию евхаристических обрядов, является стихотворная поэма «О литургической жертве». Проповеди Пселла — это «Слово на Благовещение», на Усекновение главы Иоанна Крестителя, на перенесение мощей архидиакона Стефана, о чудесах Архистратига Михаила, на Пасху и др. Важнейшее экзегетическое сочинение Пселла — толкование на библейскую книгу «Песнь песней»[8]. Трактаты по антропологии наиболее многочисленны, это главы «Всесторонненго учения» — «Об уме» (гл. 20-26), «О душе» (гл. 27-31), «О добродетелях» (гл. 48-58)[9], а также весомая часть издания трактатов Пселла «Philosophica Minora», где среди прочих содержится также трактат «О предопределении смерти»[10], который опровергает учение о безусловном предопределении Богом всех событий в жизни человека. Трактаты по демонологии представляют собой синтез античных и святоотеческих учений о демонах. Это сочинения — «О демонах»[11], «О действиях демонов»[12], «Некоторые представления эллинов о демонах»[13], «Расположение демонов у эллинов»[14]. Кроме всего перечисленного у Пселла имеются любопытные трактаты: «О богословии и разделении с учениями эллинов»[15] — посвящен поиску точек соприкосновения античности и христианства, а также «Отвержение учения оригенистов о восстановлении тел, и отчасти его опровержение», где Пселл обличает учение о всеобщем восстановлении, называя его «неразумным нечестием»[16].

В наиболее объёмном издании богословских сочинений Пселла «Michaelis Pselli theologica» опубликованы трактаты, посвященные толкованию творений свят. Григория Богослова, а также некоторых изречений Священного Писания[17]. Издание «Michaelis Pselli poemata» содержит стихотворные сочинения: богослужебные каноны (служба Симеону Метафрасту и Косьме Майумскому), стихотворения о сотворении Адама, его изгнании и об Антихристе (καί περί τοῦ Ἀντιχρίστου), литургическую поэму Пселла, полемическое сочинение — стихи против Латинян, о Крещении, «к душе», — пиитическое стихотворение, продолжающее, по-видимому, жанр «исповеди», основанный ещё блаж. Августином, а также краткие стихотворения на праздники и различные религиозные темы.

Крупнейшие отечественные исследования жизни и литературной деятельности Пселла — монографии П. В. Безобразова и Я. Н. Любарского дают наиболее полную, на сегодняшний день, картину биографии Пселла и его творчества[18].

Литература: Михаил Пселл. Богословские сочинения / Пер. с греч. пред. и прим. архимандрита Амвросия (Погодина). СПб., 1998; Ларионов А. В. Михаил Пселл как богослов и историк Церкви // Мир Православия. Сб. статей. Вып. 6. Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006.

Иоанн Итал.

После того, как Святая Церковь анафематствовала римскую ересь, самым крупным и близким по времени догматическим спором было осуждение Иоанна Итала, которым занимались 2 Собора в 1070-е годы, но так и не смогли прийти к такому решению, которое бы утвердилось как окончательное, и, наконец, только 1082 году при благоверном царе Алексии Комнине (это было одним из первых его церковных догматических дел) дело это увенчалось успехом, т.е. полным осуждением Иоанна Итала и подробным разбором его ереси².

ИОАНН ИТАЛ (οκ. 1025, Южная Италия – после 1082) – византийский философ. Получил прозвание по происхождению из Италии (Калабрии). С сер. XI в. слушал лекции Михаила Пселла в Константинополе, принимал участие в дискуссиях с ним; затем занял его место в качестве магистра, дидаскала и, наконец, ипата философов (1055), т.е. главы философского «факультета» высшей столичной школы. Читал курс философии в Константинопольском ун-те, начинал его изложением основ философии и переходил к ее истории, излагал учения Аристотеля, Платона и неоплатоников (особенно Порфирия, Ямвлиха и Прокла). Судя по материалам дискуссий, Иоанна Итала и его сторонников волновали проблемы предвечности космоса, существования универсалий и др. Попав в немилость при Алексее I Комнине, был осужден на процессе 1082, будучи обвинен в ереси и «языческом» истолковании христианских догматов в духе Платона. Автор комментария на топику Аристотеля, трактатов о силлогизмах, диалектике, риторике, представляющих собой краткое изложение трудов Аристотеля (Бибиков).

М.Бибиков³: «Богословские взгляды Иоанна Итала носили вполне умеренный православный характер, и его анафемствование было вызвано скорее его политическими высказываниями» (2007 г.).

Б.Горянов, автор философского словаря 1970 г.: «В своей филос. концепции И. И. стремился синтезировать идеи Аристотеля, к соч. к-рого он написал комментарии, с философией Платона, неоплатонизма и визант. рационализма, – гл. обр. рационализма Михаила Пселла. В результате И. И. создал филос. концепцию, в к-рой наряду с идеализмом (платонизмом) и религ. моментами ясно обозначалась антицерк., антидогматич. струя. Развивая материалистич. и диалектич. идеи Аристотеля, И. И. учил, что качеств. изменения, происходящие во Вселенной, вызываются изменениями первопричины (Сын превращается в Отца – прим. мое). Вместе с тем, вслед за Платоном, он учил, что материальный мир создан из материи на основе идей, существовавших до сотворения мира (Quaestiones Quodlibetales, Editio principes von Perikles Ioannou, "Studia patristica et bysantina", H. 4, 1956, p. 63–65). Учение И. И. об абстракции, хотя и связано с религ. концепцией озарения (illuminatio), было чуждо богословской ортодоксии и носило чисто филос. характер. Быть философом – значит для И. И. господствовать над всеми знаниями, ибо философия – начало всех знаний (там же, р. 3. 24–25), "знание знаний" (там же, р. 2,4; 3, 14–15).

По целому ряду вопросов И. И. расходился с христ. догматикой: он отрицал бессмертие души, загробную жизнь и чудеса, якобы совершенные Христом; подвергал сомнению возможность воплощения бога в тело человека и в тело Христа; требовал, чтобы догматика с ее таинствами была заменена точным знанием. Как и Михаил Пселл, он считал, что при обсуждении филос. идей нужно пользоваться доказательными филос. методами, даже в тех случаях, когда они противоречат церк. догматам; предпочитал Отцам Церкви – философов и еретиков, осужденных 7-м Вселенским Собором. И. И. критиковал Св. Писание, вскрывая имеющиеся в нем противоречия (см. вкн.: Ioannou P., Die Illuminationslehre des Michael Psellos und Joannes Italos, Studia patristica et bysantina, H. 3, 1956, S. 23–29).

На основе закона, ограничившего свободу филос. мышления авторитетом Св. Писания и творений "Отцов Церкви", против И. И. был возбужден судебный процесс и в 1082 ему была запрещена преподават. деятельность, он был предан анафеме и заключен в монастырь до конца жизни. Большинство произв. И. И. до сих пор не издано (а многие, наиболее неприемлемые для офиц. богословия, не дошли до нас, т.к. были уничтожены). И. И. оказал влияние на древнегруз. философа Иоанэ Петрици.

Сайт http://www.pravlib.ru/dogmatika5.html : В чем состояла суть ереси Итала.

Суть ее была в откровенном заимствовании учения поздних неоплатоников, особенно Прокла и Ямвлиха, которые специально писали против христианства с неоплатонистических позиций, и Иоанн Итал вполне откровенно принимал такие мнения, как превращение Сына в Отца (объединение в Монаду), учение о переселении душ. Это говорит о том, что среди византийских интеллектуалов XI и XII веков довольно сильны партии, которые почти откровенно разрывали с христианством. Почему “почти”? Были такие, которые совсем откровенно разрывали с христианством в XII веке, а Иоанн Итал, все таки, считал себя христианином. Однако посреди такого нагромождения всяких откровенно нехристианских учений в ереси Иоанна Итала присутствовали моменты, которые объединяли его с более умеренными, и следовательно с более опасными, еретичествующими интеллектуалами. Недаром Итал был учеником Михаила Пселла. Но Михаил Пселл никогда не высказывался откровенно, и не мог попасться, как Итал, и о его действительных мыслях никто толком не знает.

По поводу Итала было высказано несколько положений, которые важны сами по себе вне всякой связи с Италом, и только на них мы сейчас и остановимся.

В одной из анафем синодика в Неделю Православия, вынесенных по поводу Итала, проклинаются те, кто изучает Платона и Аристотеля для мировоззрения, а не только для тренировки ума. Сейчас многие считают, что для мировоззрения надо изучать нехристианских греческих философов. Тут надо четко знать, что кто так делает, подлежит анафеме. Теперь я приведу слова самой анафемы, в которой дается понять, как следует изучать этих философов. Там анафематствуются за чтения этих философов те, кто их читает “me pros ten paideusin monon” (не только для обучения). Такая формулировка подразумевает, что только для обучения можно их изучать. Если мы читаем философов для того, чтобы изощрить свой ум, чтобы усваивать формальную логику, т.е. не для мировоззрения, это можно. А если для чего-то большего, кроме как для чистого упраждения, то это под анафемой.

Еще некоторые моменты ереси Итала, характеризующие его более специально. Из анафем синодика видно, что его ересь носила христологический характер, что там было еще неправое учение о Христе. Он уравнивал два вида обожения: fusei и thesei (“по природе” и “по положению”). Fusei - это не “обожение”, а Бог по природе. Христос является Богом только потому, что Он Им является, значит “по природе”. А кто обожился, тоже становится Богом, но не потому что он таковым является сам по себе, а потому, что Господь его обожил, т.е. “по положению” или “по благодати”. Христологический элемент ереси Итала состоял в том, что он эти обожения отождествил.

Надо различать здесь два момента: почему он это сделал и что такое это было такое само по себе. Почему он это сделал, это очевидно - он был неоплатоником, для которого субстанция умов (а человек сводится только к уму, духу) - это и есть божественная субстанция. Человек и так уже является Богом по природе.

Из делопроизводства еще есть одна примечательная деталь: Итал неправославно говорит о поклонении иконам, причем не то, что им не надо поклоняться, наоборот им надо служить, но он употреблял слово “latreuein”, как к Божеству. Опять повторим то, что сказано о христологии: почему Итал пришел к такому выводу, это неудивительно, на то он и неоплатоник, для которого не существует понятия тварности и творения, для него все божественно, значит иконы - Божество, потому им надо latreuein. Такая острая реакция на это потому, что была ересь Льва Халкидонского, который через влияние артистизма тоже приходил к тому, что иконам надо служить как Богам, хотя Лев такого слова и не употреблял, он, все таки, православный человек и потом покаялся, он не мог позволить себе ту свободу выражения, которую позволял себе Итал.

Почему на нее так реагировало византийское общество? Согласно синодику, Итал еще обвинялся в том, что по воскресении у нас другие тела. Это опять неоплатоническое по своему происхождению утверждение, на которое византийцы не могли не прореагировать.

Литература:

1. Успенский Ф., Очерки по истории византийской образованности, СПБ, 1891;

2. Успенский Ф., Делопроизводство по обвинению Иоанна Итала в ереси, "Изв. Русск. Археологич. ин-та в Константинополе", 1897, т. 2;

3. Брянцев Д. П. Иоанн Италл и его богословско-философские взгляды, осужденные Византийской церковью. Харьков, 1905;

4. Половинкин С. М. Антиплатонизм Льва Шестова и анафема на Иоанна Итала // Философские науки.2006, № 8. С. 137—138;

5. Щукин Т. А. Иоанн Итал // Антология восточно-христианской богословской мысли. Ортодоксия и гетеродоксия.— М.; СПб.: Никея; Издательство РХГА, 2009.— С. 321—333;

6. Щукин Т. А. Эсхатология Иоанна Итала // Вестник русской христианской гуманитарной академии. СПб., 2010. Том 11. Вып. 4. С. 116—120.