Основные понятия

Интегративный подход, системный подход, система действия, общая система действия, четырехфункциональная парадигма, структурный функционализм, система культуры, социальная система, система личности, поведенческий организм, институциализация нормативного порядка, нормативная интернализация, легитимация нормативной системы, волюнтаристская теория действия, институциализированная свобода, парадигма взаимопроникновения, иерархия информационного контроля, обобщенные символические средства, парадигма эволюционных изменений, стадии социетальных изменений – дифференциация, адаптация, интеграция, генерализация ценностного образца.

Контрольные вопросы

1. В чем причины появления интегративного подхода в социологии и каковы его особенности?

2. Опишите суть четырехфункциональной парадигмы Парсонса.

3. Сравните общую систему действия и социальную систему.

4. Почему Парсонс называл себя «культурным детерминистом»?

5. В чем особенности понимания общества Парсонсом?

6. Как представлено взаимодействие общества и личности в концепции Парсонса?

7. Что такое обобщенные символические средства?

8. В чем особенности парадигмы эволюционных изменений Парсонса?

Вопросы для обсуждения на семинаре

1. Насколько, на ваш взгляд, оправдана квалификация Парсонса как «теоретика равновесия»?

2. «Институциализация свободы» как социальный прогресс.

3. Доверие: против экономического детерминизма. По книге Ф. Фукуямы.

4. Деньги как обобщенное символическое средство (дополнительно).

Литература общая

1. Парсонс Т. Понятие общества: компоненты и их взаимоотношения. //Тезис. 1993. Т.1, №2.С.94-122. (Основа лекции. В Сети)

2. Парсонс Т. Функциональная теория изменения. / Американская социологическая мысль. – М.: МГУ, 1994.

3. Парсонс Т. О структуре социального действия. Изд. 2-е. – М.: Академический проект, 2002.

4. Парсонс Т. О социальных системах. – М.: Академический проект, 2002.

5. Парсонс Т. Система современных обществ. – М.: Аспект пресс, 1997.

6. История теоретической социологии. В 4-х т. (Под ред. Ю.Н. Давыдова). Т.3. М.: Канон, 1998. Раздел 1, гл.6-7.

7. Современная западная социология. Словарь. М.: Политиздат, 1990.

8. Ритцер Дж. Современные социологические теории. 5-е изд. М., СПб: Питер, 2002. Ч. П, гл. 3.

9. Фукуяма Ф. Доверие. Добродетели и путь к процветанию. М., 2004.

Темы для эссе и рефератов

1. Насколько универсальна теория Парсонса?

2. Свобода индивида в концепции Парсонса: особенности постановки проблемы и ее значение для переходных обществ.

3. Основное содержание процесса модернизации в концепции

Парсонса.

4. Личность у Парсонса – «обструганный болван»?

5. Нормативизм Дюркгейма и Парсонса: сравнительный анализ.

6. Деньги как обобщенное символическое средство

Литература для докладов и рефератов

1. Зиммель Г. Философия денег. - М., 1994.

2. Зелизер В. Социальное значение денег. //Пер. с англ. – М., 2005.

3. Зарубина Н.Н.. Деньги как социокультурный феномен. М., 2011.

4. Зарубина Н.Н. Деньги в социальной коммуникации / Социологические исследования. 2006, №6.

5. Зарубина Н.Н. Деньги и культура богатства: перспективы социальной ответственности бизнеса в условиях глобализации /Социологические исследования. 2008, №10.

6. Аникаева Е.А. Основные подходы к исследованию денег в социологии /Экономическая социология. 2008, т.9, № 1.

Pro et contra

Э. Гидденс. Девять тезисов о будущем социологии /Thesis, 1993, вып.1. С.63.

«Идея унификации теоретического языка социологии отнюдь не нова; она с самого начала в той или иной степени совпадала с исходными мотивами развития социологии. Эта идея непосредственным образом вытекает из предпосылок натурализма, поскольку принято считать, что различные естественные науки обладают концептуальным единством. Если контовская классификация наук с социологией как ее вершиной служила наиболее ярким выражением данной идеи в XIX веке, то в ХХ веке самым влиятельным ее защитником в англоязычном мире стал Толкотт Парсонс. Несмотря на внимание Парсонса к «волюнтаризму» человеческих действий, нетрудно заметить, что… альянс натурализма и функционилизма получил в его системе наилучшую разработку. Парсонс явно стремился создать единый концептуальный язык не только для социологии, но и для всех прочих социальных наук. Модель классической механики, вдохновлявшую и Конта, он избрал в качестве директивы, которой социология должна следовать в своем развитии. Распад «ортодоксального консенсуса» - в парсонсовском или других, менее изысканных его вариантах – открыл дорогу разноголосице теоретических школ…»

А.Д. Ковалев. История теоретической социологии. М.: Канон, 1998.С.244-245.

«Теперешние адвокаты «постмодернистского» мышления видят причину длительного научного успеха Парсонса в его гегельянском умении изобразить чуть ли не все исторические ходы социологической мысли как ведущие к его категориальной системе и находящие в ней же завершение…

Неисправимый теоретик (по самохарактеристике в посвящении «Социальной системы») большей частью работал не напрямую с действительностью, а с ее многоликими отражениями в разноречивых «классических» теориях, пытаясь найти высшую, объединяющую их точку зрения и взаимопонятный язык. При этом частично не удалось избежать искусственного, натянутого «синтеза», может быть, в принципе несоединимых понятий и непримиримых позиций. Но Парсонс дал если не настоящую теорию, то один из наиболее развитых, объединенных хотя бы ассоциативно и аналогово, словарей, предполагающих веру (до недавнего времени почти аксиоматическую) в необходимость интеграции микро- и макроуровней при анализе форм социального взаимодействия, включая психологические процессы мотивации и надиндивидуальные инвариантные обобщения исторической макросоциологии. Все у Парсонса представляет собой лишь подготовительные изыскания для будущей конкретной интеграционной программы, невольно намечаемой его словарем. И этим словарем, точнее, подходящими готовыми связками понятий (особенно по проблеме отношений личности к социальным институтам), там и сям извлекаемыми из теоретической системы Парсонса, активно пользуются для специальных работ даже враждебные ему течения. Такова обычная участь всякого «великого систематизатора» наличного понятийного инвентаря науки».

Он же. Там же, С. 248-249.

«В исторической социологии парсонианцев она (эволюционная концепция дифференциации – Л.С.) начинает исполнять роль своеобразной эвристической схемы исторического развития и «институционального обеспечения» свободы. Относительная свобода личности любого конкретного индивида зависит от разнообразия, богатства выбора, предоставляемого и обеспечиваемого общественными институтами, т.е. от четкости разделения в нем материальных, объективно-принудительных и духовно-символических, идеально-нормативных структур и условий действия. Личная и коллективная свобода имеет шанс на расширение по мере того, как институты во всех функциональных подсистемах четко отделяются друг от друга, развивают собственные ресурсы и независимые критерии действия. Условия «внутренней» свободы (совести, веры, моральных убеждений) и «внешней» свободы (правовой, политической, свободы экономической деятельности, личной неприкосновенности и т.п.) зависят от роста культурной, социальной и психологической дифференциации. Так идет исторический рост дисциплинированной свободы («институциализированного индивидуализма», в терминологии Парсонса), проявляющийся в укреплении добровольных связей с обществом при возрастающем социальном раскрепощении человека.»

Энтони Гидденс. Устроение общества. С. 374, 375-376.

«Теория Парсонса иллюстрирует практически все пагубные тенденции, свойственные, на наш взгляд, эволюционным концепциями. Она, несомненно, являет собой пример «изложения мирового развития»; она страдает вследствие однолинейной ограниченности и фактически преднамеренно впадает в то, что мы именуем нормативной иллюзией…

Убежденность Парсонса в том, что венцом полумиллионной истории человечества является социальная и политическая система США, выглядела бы более чем нелепой, не соответствуй она столь очевидно его версии «истории мирового развития». Более или менее правдоподобный вид она приобретает благодаря своей связи с темой усиливающейся адаптивной способности, ассоциирующейся с процессом эволюции. Если бы даже Парсонс стал настаивать на том, что его концепция носит исключительно аналитический характер и не имеет никакого оценочного подтекста, то это не так. Если мы определяем «демократию» особым образом, как некий эквивалент «либеральной демократии, представленной политическим строем США», и если «демократия» превращается в эволюционную универсалию, свойственную обществам, занимающим высшую ступень эволюции, то к какому другому заключению, кроме выводов, полученных Парсонсом, возможно прийти? Однако оно столь же бессодержательно, как и большинство доктрин эволюционизма».