Глава 6

Проблема распределения

Политической власти

В постконфликтном пространстве

6.1. Мажоритарная стратегия

Переход бывших комбатантов к мирной жизни не устраняет заинтересованности членов этнических групп в безопасном существовании. Заинтересованность мотивирована опасением возможных преимуществ внешней группы в распределении политической власти общества и использования этих преимуществ в ущерб референтной группе. Смягчению дилеммы безопасности и формированию нормативной толерантности этногрупп способствуют институциональные гарантии распределения политической власти. Они обеспечиваются правительственными стратегиями контроля мирных соглашений. Правительства модернизируемых обществ, испытывающих этнические конфликты, могут институционализировать альтернативные системы распределения политической власти.

Как могут правительственные стратегии распределения политической власти действительным образом повысить уровень безопасности референтного этноса? Анализ множества ситуаций постконфликтного урегулирования показывает, что политическое пространство требует соразмерного конструирования. Те стратегии являются эффективными, которые обеспечивают равновесие политической власти конкурирующих этногрупп и препятствуют их одностороннему доминированию. В этом случае можно ожидать снижение чувства групповой уязвимости и повышение степени нормативной толерантности.

Системы распределения политической власти включают три типа институтов, которые различаются сферой функционирования: электоральные, территориальные и административные. Во всех случаях речь идет об институтах права, т.е. группах юридических норм, регулирующих властные отношения в обществе. Электоральные нормы определяют метод перевода голосов избирателей в членство представительных организаций, территориальные нормы разграничивают предметы ведения и полномочия уровней власти. Административные нормы обуславливают разделение должностных функций и определяют иерархию должностных компетенций. Каждый из трех институтов означает параметр внутригосударственного влияния. Этногруппа, стремящаяся предотвратить политическое превосходство внешней группы, концентрирует свое внимание на одном из институтов или их сочетании.

Если обратиться к опыту распределения политической власти в модернизируемых обществах, можно обнаружить альтернативные системы: мажоритарную и пропорциональную. Сторонники мажоритарных стратегий контроля мирных соглашений поддерживают политические объединения, пересекающие этнические расколы, и выступают за действие правила большинства. Сторонники стратегий пропорционализма отстаивают национально-территориальные политические объединения и действие правила этнического представительства.

Мажоритарные стратегии вводят институты: 1) электората с правилом большинства; 2) культурной автономии этногруппы; 3) административной кооптации.

Как известно, мажоритарная избирательная система означает порядок выборов, в котором избранными считаются кандидаты, получившие большинство голосов избирателей по избирательному округу, где они баллотируются. Различаются мажоритарные системы абсолютного, относительного и квалифицированного большинства. В случае системы абсолютного большинства кандидат считается избранным, если он получил по округу более половины всех голосов. В системе относительного большинства кандидату, чтобы быть избранным, достаточно получить большинство голосов по округу сравнительно с другими кандидатами. В системе квалифицированного большинства победитель должен получить заранее установленное большинство, превышающее половину голосов, например, 2/3, 3/4. Мажоритарная избирательная система укрепляет позиции наиболее сильного политического течения. Она усиливает интенсивность политической конкуренции и вытесняет из парламентских структур мелкие и средние по влиянию партии. Мажоритаризм стимулирует образование двух- или трехпартийных политических систем.

Электоральная мажоритарная система результативна в урегулировании этнических споров, когда политическое большинство меняется от выборов к выборам. В этнически разделенных конфликтами обществах большинство остается неизменным. Его образует численно преобладающая этногруппа. Она не моет потерять власть, поскольку члены этнической группы голосуют блоком. Либеральная демократия при мажоритарной системе в разделенных обществах приводит к нелиберальным результатам.

Мажоритарная избирательная система не смягчает дилемму безопасности. Т. Сиск утверждает, что этнические меньшинства, испытывающие чувство уязвимости, воспринимают будущую электоральную победу политического большинства как дискриминацию меньшинства. К. Хартцель, проанализировав 23 случая переговорного урегулирования этнических конфликтов, отмечает, что в пяти случаях соглашения предусматривали мажоритарную систему выборов, которая не стала препятствием возобновлению вооруженных конфликтов. Например, в Уганде (1985), в Анголе (1989), Руанде (1994) попытки применения мажоритаризма окончились возобновлением гражданских войн. Аналогичный урок преподает опыт Шри-Ланки и Северной Ирландии. В Шри-Ланке сингальское большинство длительное время имело монополию на власть, что спровоцировало кровавый конфликт. В Северной Ирландии протестантское большинство монополизировало власть в ущерб католическому меньшинству на период с 1969 по 1992 гг. и спровоцировало всплеск насилия со стороны католиков-националистов. По мнению К.С. Гаджиева, мажоритарная стратегия З. Гамсахурдиа привела к вооруженному грузино-абхазскому конфликту. Абхазское меньшинство опасалось культурного и политического преобладания грузинского большинства. Как только грузинские националисты победили на выборах, абхазы инициировали войну.

В этнически разделенном обществе мажоритарная избирательная система обостряет межэтническую конкуренцию и не способствует формированию нормативной толерантности.

Для мажоритаризма единственно приемлемым институтом автономии этногруппы является культурная автономия.

В конституционном праве институт культурной автономии означает предоставление этногруппе, составляющей меньшинство в государстве. Самостоятельности в организации своей культурной жизни, например, прав создания этнических школ, библиотек, театров, религиозных учреждений. Культурная автономия строится на экстерриториальной основе. Она распространяется не на территорию традиционного проживания этноса, а на всех его представителей. Культурная автономия имеет свои организационные формы – этнические (национальные) центры, землячества, общественные советы и ассоциации. Институт культурной автономии служит сохранению самобытности духовной жизни этногруппы.

По мнению Т. Эриксона, мажоритаризм признает политику мультикультурализма, децентрализации государства в сфере регулирования межэтнических отношений. Государство отказывается от принципа национальности, совпадения этнической и гражданской принадлежности людей. Вопросы сохранения культурной самобытности становятся делом местного самоуправления и индивидуального выбора.

Одновременно мажоритаризм отрицает этническую территориальную автономию во всех ее формах. Мажоритаризм не принимает в унитарном государстве институты национально-территориальной и национально-государственной автономии и в федеративном государстве – национальную и национально-территориальную основу.

По наблюдениям Р.Н. Михайлова и других исследователей, мажоритаризм получил распространение в модернизируемой России в 1990-х гг. Неопределенность с проведением конституционной реформы, призванной устранить ассиметричный федерализм, способствовала распространению в российских регионах альтернативных движений за унитарное государство и за федерацию на территориальной основе. Наиболее радикальный вариант унификации структуры государства, популярный среди общественно-политических движений патриотической ориентации, - деление России на губернии и создание унитарного государства. Однако большинство политиков-центристов, ратующих за отказ в будущем от этнонационального принципа территориального деления в России, выступают за сохранение федеративного государства на территориальной основе. Варианты структурирования России как Федерации однородных субъектов различны. Предлагается по-новому назвать все субъекты Федерации, например, землями (по образцу германии), либо губерниями (учитывая исторический опыт России), но на правах субъектов Федерации.

Мажоритаризм в модернизируемом обществе дает повод националистическим элитам инициировать этнические конфликты. Движение сепаратизма (конец 80-х – начало 90-х гг.) в России сопровождалось повсеместным созданием национально-культурных обществ, декларирующих задачи возрождения этнокультурной самобытности населения регионов и повышения статуса языков титульных народов. В этот период происходила суверенизация автономий России, которые обретали статус субъектов РФ. Поэтому национально-культурные общества теряли свой гуманитарный характер и вскоре были вовлечены в борьбу этнонационалистических движений. Последние, прежде чем перейти к нарушению федеральной конституции, активно обсуждали варианты утверждения этнократической государственности и, в поиске псевдонаучных аргументов, обращались за поддержкой к национально-культурным обществам. Процесс политизации обществ активно проходил в северо-западном регионе (среди финно-угорских народов), сибирском регионе (якуты, тувинцы, буряты) приволжском регионе (таты и башкиры) и особенно на юге России, где в политическую деятельность были вовлечены национально-культурные ассоциации.

Следовательно, в модернизируемом обществе мажоритарная стратегия экстерриториальной автономии не обеспечивает конфликтные этногруппы средствами защиты от одностороннего доминирования.

В сфере административного распределения власти мажоритаризм предпочитает институт гражданской кооптации. Кооптация означает введение в состав ключевых выборных административных органов новых членов либо кандидатов без проведения дополнительных выборов. В мажоритаризме кооптация – инструмент урегулирования организационного конфликта, представляющий собой вовлечение неудовлетворенной результатами выборов политической парии в процесс принятия административных рений Кооптация рассматривается как политическая сделка. От назначаемых на административные должности лидеров оппозиционного меньшинства ожидается лояльность правительству.

Для сторонников мажоритаризма кооптация является связующим институтом административной власти и гражданского общества. В административные структуры кооптируются гражданские лица, а не этнические элиты. Ю. Хабермас полагает, что в демократическом правовом государстве гражданская кооптация предохраняет общество от этнической сегментации и дезинтеграции. По мнению Д. Ролза, политика мультикультурализма либерального государства сочетается с гражданской кооптацией, поскольку позволяет этногруппам преследовать свои интересы и жить в соответствии со своими обязанностями. Этнические конфликты оказываются непродолжительными и решаются правовыми или переговорными средствами, если участники привержены ценностям либерального государства, правам человека и проявляют терпимость во взаимных отношениях. Поэтому в представлении межоритаристов институт кооптации регулирует конфликты между административной организацией и гражданским обществом и не является средством баланса власти этногрупп.

Итак, стратегии мажоритаризма применимы в регулировании этнических конфликтов в интегрированном полиэтническом обществе, где приверженность основам демократической конституции поддерживается чувством этнической самобытности людей. В интегрированном обществе этническая кооперация преобладает над расколами и конфликтами имеющими кратковременный характер и не выходящими за пределы местного уровня. Стратегии мажоритаризма оказываются неэффективными в контроле мирных соглашений участников затяжного конфликта. Мажоритаризм усиливает полиэтническую конкуренцию этнически разделенного общества и не предлагает гарантии баланса власти этногрупп.