18.Своеобразие жанра детективного романа а.Конан - Дойла:Собака Баскервилей.

Неоромантизм – возобновление романтизма в легендах, героях прошлого, в красочной фантастике, НО! При отсутствии романтическогодвоемирия.

Основной признак детектива как жанра — наличие в произведении некоего загадочного происшествия, обстоятельства которого неизвестны и должны быть выяснены. Наиболее часто описываемое происшествие — это преступление, хотя существуют детективы, в которых расследуются события, не являющиеся преступными. Существенной особенностью детектива является то, что действительные обстоятельства происшествия не сообщаются читателю, во всяком случае, во всей полноте, до завершения расследования. Вместо этого читатель проводится автором через процесс расследования, получая возможность на каждом его этапе строить собственные версии и оценивать известные факты. Если произведение изначально описывает все детали происшествия, либо происшествие не содержит в себе ничего необычного, загадочного, то его уже следует относить не к чистому детективу, а к родственным жанрам. Важное свойство классического детектива — полнота фактов. Разгадка тайны не может строиться на сведениях, которые не были предоставлены читателю в ходе описания расследования. К моменту, когда расследование завершается, читатель должен иметь достаточно информации для того, чтобы на её основании самостоятельно найти решение. Отмечается ещё одно ограничение, которому практически всегда следует классический детектив — недопустимость случайных ошибок и невыявляемых совпадений. В детективе последняя возможность исключена — свидетель либо точен, либо лжёт, либо у его ошибки есть логичное обоснование.

Еремей Парнов указывает на следующие особенности классического детективного жанра:

• читателю детектива предлагается соучастие в своего рода игре — разгадке тайны или имени преступника;

• "готическая экзотика" -

Начиная с инфернальной обезьяны, родоначальника обоих жанров (фантастики и детектива) Эдгара По, с голубого карбункула и тропической гадюки Конан Дойля, с индийского лунного камня Уилки западный детектив неисправимо экзотичен. Кроме того, он патологически привержен к готическому роману (средневековый замок - излюбленные подмостки, на которых разыгрываются кровавые драмы)^[1].

схематичность - В отличие от научной фантастики детектив зачастую пишется только ради детектива, то есть сыщика! Иначе говоря, преступник подстраивает свою кровавую деятельность под детектива, подобно тому как опытный драматург подгоняет роли под конкретных актёров.

(и просто анализировать по этим пунктам само произведение, читай в кратком

19. Поэтика тайны в новеллах с. Цвейга "Гувернантка" и "Жгучая тайна"

Он стремился проникнуть в "тайное тайных" человеческой психологии, хотел понять самые сложные порывы души и разобраться в смелых и ярких проявлениях мысли.

Наиболее полно талант Цвейга проявился в его объединенных под общим названием "Цепь" новеллах, которые делились на три цикла: "Жгучая тайна" - о сложной психологии детской души

В новеллах Цвейга проникновение в душу человека, анализ его глубинных чувств и пластов психологии. В драматических проблемах жизни, о которых повествует автор в своих новеллах, он далек от упрощенного социологического подхода, он видит в драматических коллизиях проявление тайн пола и вечных чувств. Новеллы Цвейга впечатляют своей динамикой и психологизмом, откровенностью в демонстрации движения человеческой души.

Особенности новелл Цвейга

Особенность новелл Цвейга, его новаторство в этом виде искусства, заключается в том, что он создал уникальную модель произведения малого жанра. Новеллы Цвейга качественно отличались от того, что создавали мастера-новеллисты до него. Каждое цвейговское произведение - это путешествие, это бесконечная дорога, по которой движутся его герои. И в новеллах Цвейга, как раз, описывается то, что переживают герои на своем пути, в ходе своего путешествия. При этом, ключевое событие, основной момент каждой из новелл Цвейга происходит молниеносно быстро, ярко и отчетливо, так, что герои не всегда могут сообразить, что именно произошло и как следует поступить в сложившейся ситуации. Этот момент и есть для них тот самый пресловутый момент истины - час, когда происходит испытание личности, проверяются ее качества, ценности и моральные принципы. В итоге - каждая новелла Цвейга содержит своеобразную кульминацию, выраженную в виде монолога главного героя произведения. В этом монологе, зачастую сбивчивом, аффективном и нестройном, герой раскрывается полностью, демонстрируя истинного себя, без масок и притворств.

Новеллы Цвейга представляют собой своего рода конспекты романов. Когда писатель пытался развернуть отдельное событие в пространственное повествование, то его романы превращались в длинные и многословные новеллы.

Самые первые новеллы Цвейга были посвящены детям. Но не психоаналитическим обследованием закоулков детского сердца, приобщающегося к "сокровенным" и "постыдным" тайнам жизни и пола, был занят писатель.

Иные тайны жизни открываются героям этих новелл - детям, непосредственно и чисто смотрящим на мир. На их душах, простых и доверчивых, наивных и добрых, Цвейг как бы проверяет объективную ценность жизни, в которую неизбежно войдут его герои, - жизни обычной, повседневной, внешне благопристойной и благополучной. И по мере того, как с нее сходит налет загадочности, она предстает перед детским взором в истинном облике - неправедная, нечистая, пропитанная обманом и горем.

Хотелось бы особое внимание остановить на двух наиболее показательных новеллах из этого "звена" - "Гувернантка" и "Жгучая тайна". Поводом для написания "Гувернантки" послужила краткая газетная заметка. В центре новеллы - банальная история бедной девушки, соблазненной богатым повесой, брошенной им, потому и покончившей жизнь самоубийством. Но хотя новелла называется "Гувернантка", главными ее героями не являются ни несчастная "бедная фройлейн", ни ее соблазнитель. Цвейг использует их историю только как повод, как предлог для раскрытия двух детских душ, для взволнованного рассказа о первом грубом вторжении жизненной реальности в золотой сон детства. Маленькие героини новеллы - девочки нарисованы очень смутно и неопределенно; они почти совсем не индивидуализированы. И не случайно Цвейг называет их все время или "девочки" или "старшая" и "младшая". Автора интересует не особенный подход отдельного ребенка к тому или иному факту, Цвейг хочет нарисовать детский ужас - ужас, возникающий оттого, что детские глаза впервые заглядывают в пропасть, впервые открывают в мире вместо любви, добра, красоты, справедливости - ненависть, зло, ложь и бессердечие. Дети все воспринимают обостренно и потому испытывают страх перед будущим, которое их ожидает. Поводом для всех этих размышлений послужила история, объясняемая социальными причинами; но Цвейг переключает конфликт в абстрактный, общечеловеческий план - он как бы боится идти до конца, быть последовательным в своих выводах и наблюдениях. Но детские души уже надломлены, они перешли из мира детских грез во взрослый, жестокий мир, хотя не по своей воле, и отныне: "Они знают теперь все. Они знают, что им лгали, что все люди могут быть дурными и подлыми. Родителей они больше не любят, они потеряли веру в них. Они знают, что никому нельзя доверять... Из веселого уюта детства они как будто упали в пропасть... Их страшит жизнь, в которую они вступают, - таинственная и грозная, как темный лес, через который они должны пройти"3.

Поведение героя второй новеллы "Жгучая тайна" (по точности и выверенное(tm) психологического рисунка эта новелла - одна из лучших у Цвейга) похоже на поведение сестер. Эдгар, как и они, пытается раскрыть тайну жизни взрослых, приподнять завесу над будущим. Но в этой второй новелле герои уже обретают плоть и кровь. Вместо девочек, не имевших ни характера, ни облика, появляется тщательно выписанный образ болезненного, самолюбивого, умного и привязчивого мальчика. Девочки пассивно воспринимали обрушившееся на них несчастье. Эдгар, убедившись в лживости, в лицемерии и бессердечии окружающих, пытается наказать их за это, пытается вмешаться в их игру, отплатить им ненавистью - по-детски наивно и по-детски горячо. И хотя на этот раз повод для переживаний менее страшен (вместо самоубийства гувернантки - пустой флирт матери, обнажающий перед мальчиком эгоистическую основу человеческих отношений), сами переживания переданы с большей определенностью и тщательностью - Цвейг почти анатомирует душу мальчика, обнажая перед читателем все переходы в его настроениях, все затаенные чувства, когда он узнает, что в его доме и семье, где он чувствовал себя так легко и радостно, властвуют расчет, хитрость и нечестность. Обретают конкретность и индивидуальность и взрослые персонажи новеллы -мать мальчика, стареющая красавица, боящаяся упустить последнее любовное приключение, и очаровательный соблазнитель - барон. Прямой и острый анализ Цвейга обнаруживает лживость, пустоту и жестокость матери Эдгара; внешняя обаятельность барона прикрывает ничтожную и даже подленькую сущность мелкого хищника, искателя приключений, никчемного человека. Но подводя читателя всем развитием новеллы к мысли о подлой, пустой и искусственной жизни светского общества, Стефан Цвейг в конце новеллы побоялся поставить точку над i - он прощает мать мальчика и умиротворяет маленького бунтаря, объяснив несколько неожиданно мелкий флирт вечной жаждой любви и пообещав своему герою (в отличие от героинь "Гувернантки") золотой сон жизни взамен закончившегося сна детства. Цвейг оставляет надежду, что милосердие и сострадание помогут его герою в предстоящих ему трудных блужданиях по жизни и миру.

Почти в каждой новелле Ст. Цвейг ставит перед собой задачу - раскрыть тайну или тайны человеческих сердец, проникнуть в "трущобы сердца"