6.7.4. Половые (гендерные) факторы в биополитике
Излюбленной темой работ многих биополитиков является социальная и политическая роль биологических факторов, связанных с полом. Не прекращаются и общественные дебаты о половых различиях, принимающие форму политизированных конфликтов феминистов и антифеминистов. Остановимся на важнейших гранях биополитической проблематики гендерных (от английского gender – пол, грамматический род) факторов.
Анатомические половые различия. Половые хромосомы (ХХ у женщин и ХY у мужчин) не только обусловливают различное строение гениталий. Мужчины в среднем выше ростом, чем женщины; у мужчин больше мышечной и меньше жировой ткани, их грудная клетка шире. У женщин более широк таз, по-другому устроены суставы бедер, женское тело более эффективно использует полученную из пищи энергию. Женщины выносливее мужчин. Уже эти анатомические факторы имеют прямое отношение к дебатам о ролях двух полов в обществе. Прогресс цивилизации постепенно снижает ценность специфических мужских преимуществ (например, физической силы) и повышает ценность женских качеств. Даже современная война перестает быть прерогативой «сильного пола»: с современным сложным «интеллектуальным» оружием легче справляются женщины благодаря выносливости, хладнокровию и вербальным способностям.
Половые различия в нервной системе. Природа различий нервной системы мужчин и женщин во многом гормональная. Женские половые железы вырабатывают преимущественно эстрогены и прогестерон, мужские — тестостерон. Левое полушарие в большинстве случаев отвечает за речь, логическое мышление и сознательное Я; правое — за пространственную ориентацию, образное мышление и подсознательные «подсказки» интуиции. Мужской гормон тестостерон тормозит развитие левого полушария, что приводит к относительно более важной роли правого полушария у мужчин. Недостаточное развитие левого полушария приводит к тому, что мальчики в 4 раза чаще девочек страдают дислексией — неспособностью научиться правильно читать и понимать текст. Это отклонение от нормы нередко сочетается с леворукостью, что также обусловлено недоразвитием левого полушария (в силу перекреста нервных путей левое полушарие контролирует правую руку, и наоборот). Усиленное развитие левого полушария у женщин соответствует их повышенным вербальным способностям, легкости в овладении иностранными языками, сравнительно хорошим результатам при написании школьных сочинений и т.д. Правда, есть и такие языковые тесты, в которых не выявлено статистически достоверного различия между полами. Более того, в выявлении аналогий между словами имеется легкое преимущество на стороне мужчин. Тем не менее, есть достоверные данные о большей речевой беглости у женщин по сравнению с мужчинами. Относительное преобладание правого полушария у мужчин обусловливает их успехи в пространственной ориентировке и решении геометрических задач и создает почву для возникновения в популяции мужчин художественных гениев с необычайно развитой творческой интуицией (тип Леонардо да Винчи, который был левшой). В последние годы получены данные о том, что мужской гормон тестостерон прямо стимулирует развитие правого «интуитивного» полушария у мужчин. Высказано предположение о стимулирующей роли мужских гормонов и в ходе эволюционного становления человеческого мозга. Тестостерон повышает, в то же время, агрессивность мужчин по сравнению с женщинами — это различие полов характерно для всех культур человеческого общества и проявляется уже в раннем детстве. Поэтому есть предпосылки для определенной корреляции между нарастанием интеллекта и усилением агрессивности в процессе антропогенеза. Тем не менее, полученные данные пока нуждаются в дальнейших исследованиях и не свободны от противоречий.
Социологические гендерные различия, связанные с указанными выше биологическими факторами. Мальчики охотно соревнуются между собой, формируют ранговые иерархии. Девочки чаще формируют горизонтальные структуры и стремятся не к высокому статусу, а к взаимной привязанности. Мальчики стремятся к независимости: они утверждают свою индивидуальность. Девочки предпочитают взаимозависимость: они обретают индивидуальность в социальных связях. Сопоставимые данные были получены в опытах с человекообразными обезьянами (особенно с бонобо; для этого вида приматов характерны коалиции самок).
Эволюционные аспекты половых различий. Все отмеченные анатомические, физиологические, психологические и поведенческие половые различия соответствовали, по мнению большинства биополитиков, распределению ролей в первобытном обществе охотников-собирателей. Мужчины охотились и воевали с соседями и потому нуждались в сильно развитой мускулатуре, бойцовских качествах, пространственной ориентации. Женщины ожидали мужчин с добычей, будучи готовыми их сексуально удовлетворить (поэтому у Homo sapiens, вероятно, «слабый пол» сексуально рецептивен в любое время). Женщины собирали растения и их плоды и были готовы также и накормить мужчин-охотников. Они вынашивали и выкармливали детей; им требовалось большее количество жира. Женщины также больше нуждались в вербальных способностях (менее важных для мужчин) — за их плечами многие сотни тысяч лет общения с детьми, которых они учили говорить и постигать мудрость жизни.
В современных условиях традиционные мужские качества (агрессивность, способность к самоутверждению) играют меньшую роль в политической деятельности, чем вербальные способности, позволяющие прекрасному полу легче овладевать иностранными языками, быстрее и полнее понимать представителей других наций и культур. Именно такие качества важны для политических лидеров начинающегося столетия, когда необходимо обеспечить гармоничную коэволюцию разных частей человечества вопреки разделяющим их барьерам.
Биополитик Глендон Шуберт рассматривал привязанность женщины к семье как немаловажный биополитический фактор, способствующий ее выдвижению на ответственные посты в современном обществе. Политический лидер женского пола, распространяя по-семейному теплые и гармоничные отношения на всю страну, будет способствовать мирной и созидательной политике. Шуберт писал свою работу в 1984 г., когда имелась ядерная конфронтация между СССР и США. Он хотел видеть женщину Президентом США, надеясь на возникшее из семейной жизни женское чувство ответственности и полагая что только женская рука сможет удержаться от того, чтобы неосмотрительно нажать на кнопку пуска ядерной ракеты. Уже в конце ХХ века женские достоинства были признаны на международной политической арене, где женщины с успехом занимали ответственные политические посты. Так, Маргарет Тэтчер блестяще справилась с трудной миссией премьер-министра Великобритании.
Характерная для некоторых мужчин дислексия может быть рассмотрена как дополнительный биополитически значимый фактор. Вкупе с другими мужскими характеристиками (физическая сила, агрессивность), она формирует детерминируемый также социокультурными факторами тип полуграмотного, ограниченного, но мужественного и непреклонного «армейского командира». К подобному типу личности принадлежали многие политические диктаторы и организаторы военных путчей. В то же время мужчины в политике выступают и в ином обличии – за счет правополушарной интуиции и образного целостного видения реальности они могут быть стратегами, предсказателями будущего, референтами, консультантами и непосредственно просвещенными, окрыленными политическим деятелями – особенно если их мужское «правополушарное» дарование дополняется присутствием логически и вербально развитой женщины как спикера, секретаря, полномочного представителя
В теме о гендерных факторах целесообразно затронуть поэтому и биополитическую грань семейной жизни как ценности. Во все времена, начиная с Античности, стабильные семейные отношения считались мощным политическим стабилизирующим фактором. Монархи и политические диктаторы, пытаясь консолидировать общество под своим руководством, взывали к семейным ценностям, сравнивая государство с одной большой семьей.
Петерсон исследовал влияние сексуальных домогательств и насилия на политические установки женщин. Исследования дали неожиданные результаты. Сексуальное принуждение и страх перед ним не подавляют политической активности, более того, коррелирует с ее усилением. Что касается мужчин-насильников, то для них характерно ощущение собственной беспомощности, сниженная самооценка, и, как это ни странно, «оптимизм в отношении будущего» и консервативные политические убеждения. Последнее объясняется, по-видимому, тем, что взгляд на женщину как на низшее существо (который связан с мыслью о допустимости сексуального насилия) является частью комплекса идей и ценностей, присущих многим политическим консерваторам.