34. Анализ механизмов и закономерностей взаимодействия культурных традиций в современной философии. Специфика методологии современных кросс-культурных исследований.

Что же касается собственно взаимодействия культур, то можно выделить такие его уровни:

1) этнический, характерный для отношений между локальными этносами, историко-этнографическими, этноконфессиональными социальными общностями;

2) межнациональный, основанный прежде всего на диалоге различных государственно-политических структуры и политических элит;

3) цивилизационный, основанный на встрече принципиально различных типов социальности, систем ценностей и форм культуротворчества. Диалог культур на этом уровне наиболее продуктивен с точки зрения культурно-инновационной деятельности.

Важное значение в диалоге культур имеет его структура, то есть направления и конкретные формы взаимного обмена культурной информацией. Следует учитывать и конкретный уровень взаимодействия культур: осуществляются ли связи на уровне государственной политики, военной оккупации, локальных профессионально-корпоративных отношений, контактов организаций "третьего сектора" или просто в процессе обыденно-бытовых практических контактов различных слоев населения.

Различаются также формы u принципы взаимодействия культур.

Одной из форм диалога культур служат международные отношения, включающие в себя набор механизмов их реализации. Речь идет о своеобразном кодексе международной дипломатии, а также наличии специально предназначенных для этой цели социальных институтов, форм контактов (официальные визиты, круглые столы, совместные комиссии и тому подобное) и "третейского судьи" (ООН, ЮНЕСКО, Международный суд и т.п.). Кроме того, в практике культурного взаимодействия широко используется система социальных институтов и механизмов внутри самих культур.

В каждом конкретном случае взаимодействия культур можно выделить несколько стадий или этапов. Исходным пунктом здесь принято считать стадию культурною шока. Культурный шок первоначальная реакция индивидуального, группового или массового сознания на встречу с иной культурной реальностью. Культурный шок возникает как отражение принципиальной нестыковки различных культурных образцов, конфликта между привычным "естественным" набором ценностей, языковых и поведенческих практик и культурными нормами, привнесенными новой инокультурной или изменившейся средой, в которую оказывается"заброшенным" индивид, социальная группа, или общество в целом.

Принято выделять четыре возможных способа преодоления культурного шока:

1. Колонизация - агрессивная демонстрация и пропаганда собственных культурных ориентиров и моделей поведения, радикаль ное неприятие традиционных ценностей "местной" культуры и их вытеснение на периферию культурного пространства.

2. Геттоизация - создание компактных мест проживания "чужих" (эмигрантов, беженцев, гастарбайтеров) или "местных" (индейцы США) носителей иной культуры, где они получают возможность сохранять и поддерживать свою культурную микросреду в жестких рамках локальных замкнутых пространств (гетто).

З. Ассимиляция - крайняя форма культурного конформизма, сознательный отказ от собственной, более "слабой" или утратившей актуальность культурной идентичности в пользу полного приспособления к "чужой" культуре.

4. Диффузия - различные модели совмещения элементов "своей" и "чужой" культур. Наиболее глобальная и долгосрочная форма межкультурного диалога, имеющая нередко своим результатом преобразование ряда основополагающих культурных ориентаций взаимодействующих культур.

Взаимодействие культур может проходить как в конструктивно-продуктивных, так и в конфликтных формах. В этом случае культурный шок перерастает в культурный конфликт. Культурный конфликт представляет собой критическую стадию противоречий в ценностно-нормативных установках и мировоззренческих ориентациях между личностями, их группами, личностью и группой, личностью и обществом, культурным меньшинством и обществом в целом, между разными сообществами или их коалициями.

Другой полюс диалога — макродиалог. Если микродиалог разворачивается в сознании человека и этноса, то макродиалог — условие коммуникации культур. “Понимание каждой культуры... как Собеседника, как одного из участников диалога по “последним вопросам человеческого бытия” — такого участника, который в общении с иными образами культуры обнаруживает и впервые формирует новые свои смыслы, формы, устремления, к этому иному образу обращенные, — такое понимание и сводит воедино все определения диалога как всеобщей сути гуманитарного мышления”, — пишет философ и культуролог В.Библер [1 , 28 ] .

Интересен сам способ такого взаимодействия: общаются не абстрактные культуры, но символы, архетипы, выраженные в культурных образах и мифологизированные реальные образы. Именно в силу такой персонификации чужой культуры мы создаем для себя ее облик, ее “выражение лица”: так, для многих из нас восприятие Италии строится на образах из фильмов Фелинни.

По Бахтину, культура амбивалентна (двойственна), т.к. всегда строится на диалоге “верха и низа” — смеха и серьезности, священного и мирского и т.д. По В. Библеру, амбивалентность означает также способность каждой культуры “отстраняться” от самой себя, быть способной к диалогу с другими культурами.

Пример такого диалога — современные отношения и взаимовлияния культур Запада и Востока. Сейчас много говорят о воздействии — и порой разрушительном — культуры Запада на культуры Востока. Но путей, которые вели бы лишь в одну сторону, не бывает: Восток тоже изменяет лицо западной культуры.

Чем более овладевает человеческое сознание образами и достижениями других культур, тем оно богаче, гибче и действеннее. Проникая в “картину мира” иных народов и культурных эпох, мы должны прежде всего изучить своеобразное и неповторимое ее содержание, а также отличие от нашего времени и нашей “картины мира”. Подходить к культуре других стран только с точки зрения собственной культуры – значит чрезвычайно обеднять саму эту культуру: увидеть культурное своеобразие своего этноса можно лишь “в диалоге” с культурой иного этноса. Знаменитый физик Э. Шредингер писал об этом: “Если немецкий отец будет рассматривать рисунки своего десятилетнего сына, то он вряд ли поймет, что они несут в себе нечто от стиля европейской живописи. Так же будет обстоять дело, когда японец увидит рисунки своего сына. Но если западноевропеец возьмет в руки альбом японских детских рисунков, то он сразу же заметит, что эти наивные попытки живописи вовсе не так уж наивны, а уже в деталях обусловлены примером национального искусства” [78, 32-33 ] . Возможно, после этого отец иначе посмотрит на рисунки своего сына и увидит в них признаки родства с современной ему европейской культурой.

Гуманизм конца нашего тысячелетия во многом строится не только на утверждении тезиса о равенстве культур, но и на том, что важнейший вклад в улучшение жизни в мире заключается в самом разнообразии форм, которые исторически и ментально приняли культуры разных народов. Каждая культура есть особый взгляд на мир, но один взгляд никогда не сможет охватить всей сути явления. Полное впечатление и, следовательно, отношение к любому бытийному феномену возможно лишь при условии, что феномен этот рассматривается с разных сторон. Потому ни одну культуру нельзя счесть образцом, пригодным для остальных. Один из крупнейших антропологов нашего века К. Леви-Стросс утверждает, что сама способность к прогрессу — это следствие формы общения культур, и что культура развивается лишь в этом общении, а любая изолированность культур предполагает застой.

“Народность, или национальность, есть положительная сила, и каждый народ по особому характеру своему назначен для особого служения, — пишет Вл. Соловьев. — Различные народности суть различные органы в целом теле человечества...” [60, 245 ] . Можно провести другую аналогию: у симфонии есть общая партитура и отдельные партии для каждого инструмента. Так и народы, вплетая свои культуры подобно музыкальным партиям в ткань симфонии, созидают единую планетарную культуру.

Кросс

Говоря о методиках сравнительных межкультурных исследований ценностей, мы сталкиваемся с тремя основными проблемами. Одной из них является задача выбора оснований сравнения при кросс-культурном изучении ценностей. Следующая проблема, которая стоит перед исследователем ценностей в разных культурах, – это выбор основного метода исследования. Еще одна важная проблема, которая касается не только исследований ценностей, связана с обеспечением адекватной передачи смысла при работе с людьми в разных культурах. Каждая из этих проблем заслуживает внимания, и о каждой из них пойдет речь в ходе данного обзора.

Проблема выбора оснований сравнения. Для того чтобы выяснить, чем в ценностном плане одна культура отличается от другой, нужно понять, что собственно сравнивать. В основном сравнивают ценностные ориентации.

Основные методы исследования (методики М.Рокича, А. Эдвардса, и т д). Методы ранжирования, оценки предлагаемых утверждений, метод выбора из нескольких альтернатив.

Проблема адекватной передачи смысла. Брислин и Лунер отмечают, что при задании вопросов в других культурах, возможно получение искаженных ответов именно из-за неверной формулировки. Это может произойти в следующих случаях:

- респонденту предъявлен вопрос, на тему которого он ничего не знает;

- респонденту предъявлен вопрос, тема которого является “больной” в данной культуре;

- респонденту предъявлен вопрос на тему, изучение которой требует сложной методики. Также важную роль играют особенности перевода и адаптации текстов методик к языку оптанта.