Глава 1
Формирование групп интересов и их трансформация в бизнес-элиту.
Проведение демократических преобразований в России, начавшихся с конца 80х годов XX столетия, сопровождалось появлением множества новых институтов власти, без которых не представляется теперь возможным дальнейшее гармоничное и стабильное функционирование всех общественных структур и элементов. Параллельно, на данном этапе развития российского государства началось формирование новой системы функционального представительства интересов, которая уже давно стала неотъемлемой частью западного демократического общества. Речь конечно идет о формировании новой политической элиты, и хотя еще рано подводить итоги тому, что свершилось, что достигнуто, а что упущено – осмысление прошлого поможет извлечь уроки из пройденного и наметит перспективу будущего.
Политическая элита – это неотъемлемая, активная и влиятельная часть социальной структуры общества, в действительности она обязательный элемент жизни государства и ответственный фактор его управления.
Диверсифицированное плюралистическое общество рождает разнообразие интересов, новых по содержанию и социальному статусу, что в практическую область политики переводит проблему оптимизации взаимоотношений государственных структур и групп интересов. Учет места и роли последних, согласование заинтересованности в решении острых проблем российской действительности, обеспечение сотрудничества в разделении и комбинировании властей приобретает первостепенное значение, становится важным политическим фактором общественного развития. Важен вопрос о принципах взаимовлияния политики и экономики, политики и предпринимательства. В развивающемся государстве меняются и содержание, и методы его деятельности, связи с бизнесом.
В конечном счете проблема может быть развернута в форме базового противоречия. Либо государство существует для гражданского общества, обеспечивая его интересы, а значит интересы основных хозяйствующих субъектов, предпринимательских структур, либо предпринимательство существует для государства как основа его процветания, основной источник налогообложения, способствующий реализации общественных целей и задач.
«Политика означает стремление к участию во власти или к оказанию влияния на распределение власти, будь то между государствами, будь то внутри государства между группами людей, которые оно внутри себя заключает».27 Данная цитата Вебера очень емко характеризует ту область, которая служит почвой для зарождения групп интересов. Итак мы получаем, что на политическом фоне «интересы выступают главной движущей силой социальных действий, а объединенные общими интересами индивиды – группы интересов – являются реальными акторами политического процесса».28 Объединения по интересам или "interest groups" вступают в борьбу за власть во время неполитической активности, как правило экономика и социальная сфера. Эта активность затем или даже одновременно вторгается в сферу властных, государственных структур и начинает, так или иначе взаимодействовать с ними. При любом названии данного процесса или интерпретации ключевым остается слово "интерес", которое и говорит о том, что данные группы нацелены лишь на достижение определенных сугубо личных целей и связаны эти группы только лишь до тех пор, пока цели совпадают или хотя бы идут в одном направлении.29 Еще один аспект в определении групп интересов – это классификация самого понятия «интерес». Их структура иерархична, и в ней можно выделить несколько типов интересов: индивидуальные, групповые, общественные. Наибольшее значение для анализа интересов бизнес-элиты, а соответственно и для нашего исследования, представляют интересы групповые.
Сегодня и в западной, и российской историографии признается, что в бывшем СССР очевидно была групповая политическая активность. Она ограничивалась взаимодействием государственных институтов(хозяйственных министерств, ведомств, "комплексов" типа ВПК и АПК) и высшей партийно-государственной власти как таковой. Упомянутые институты были единодушно признаны группами интересов, потому что их деятельность в первую очередь определена собственно выгодными направлениями. И тот факт, что групповой интерес играл ключевую роль задавало тон всей политике. Вся система отношений этих институтов и центральной власти носила четко выраженный корпоративный характер.30
Процесс деидеологизации советского общества и КПСС и превращения коммунистической идеологии в некую оболочку, имеющую формально-ритуальное значение подошел к концу 70х годов, следовательно жизнь 250 млн человек проходила вне формально-фиктивной системы, по большей части в теневых сферах. Вот именно в этих структурах к моменту перестройки уже существовали группы интересов, распределившие территориально и по отраслям - сферы влияния. В эпоху коренных изменений они и вышли на оперативный простор, когда КПСС, все еще озирающаяся на идеологические табу, уже была не в силах сдерживать безконтрольный передел собственности страны. Оказавшись один на один с властью и собственностью в обществе, где еще не сформировались социальные группы и представляющие их интересы политические институты, но были утеряны нравственно-идеологические ориентиры и не сформированы новые, региональные и особенно некоторые отраслевые "группы давления" стали основными субъектами политики. А представляющие их интересы лоббисты стали самой властью.
Возникающие противоречия между интересами различных социальных групп, а также между государством и социальными группами в обычных условиях разрешаются в сфере существующего права. Если же этого не удается, то экономические интересы требуют политических решений. «Всякая религиозная, моральная, экономическая, этническая или иная противоположность превращается в противоположность политическую, если она достаточно сильна для того, чтобы эффективно разделять людей…..».31 Политические интересы таким образом – специфическое проявление интересов неполитических. Так например соблюдение экономических интересов тесно связано с фундаментальными отношениями собственности, ресурсов, подчиняясь принципам построения рынка, касающихся и государства, поэтому предприниматели, несомненно имеют и политические интересы.
Итак, представив полную картину теоритического понятия термина «группы интересов», перейдем к описанию ситуации, сложившейся в 1992-1993 годах.
Самораспад однопартийного режима правления привел к тому, что находившиеся под властью КПСС бюрократические группы активно выступили в роли самостоятельных участников политического процесса.
Проведение масштабных реформ и формирование впервые в российской истории суперпрезидентского политического режима32 привели к тому, что роль и значение центральных органов власти постепенно уменьшились, а влияние групп интересов неуклонно возросло. В экономической сфере это проявилось в волнах приватизации, когда данными группами было приватизировано около 60% народнохозяйственного комплекса страны.33 В области политики группы интересов могли все более уверенно и эффективно противостоять давлению высших государственных институтов. С 1992 по 1993 год в России активно формируется класс предпринимательства, как социального слоя и возникновение бизнес-элиты, как группы людей, занимающей ведущие социальные позиции.34 Именно в это время происходит последовательное снятие ограничений на предпринимательскую деятельность, идет интенсивное накопление «первоначального накопления» на разнице биржевых и государственных цен, на разнице между внутренними и мировыми ценами, проводятся первые эксперименты по преобразованию государственных структур в акционерные. В это время зародились и оформились основные группы бизнес-элиты.
14 августа 1992 года Борис Ельцин подписал указ №914 «О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации»35. Этот момент и стал точкой отсчета первой волны приватизации. В целом в 1991-1992 годах было приватизировано 46,8 тыс. государственных предприятий, к 1993 году их количество равнялось уже 88,6 тыс. В частные руки были переданы как крупные промышленные и сельскохозяйственные предприятия, так и объекты малой приватизации(магазины, кафе, рестораны и т. д.). Скрытая от посторонних глаз приватизация проходила без всякого объявления, под полным контролем государственных чиновников, тогда на месте министерств были созданы концерны, на месте госбанков – коммерческие банки, на месте госснабов и торгов – биржи, СП и крупные торговые дома.36 Этот период и стал основным этапом формирования бизнес-элиты и ее внутренних структур.
Чтобы понять внутреннюю структуру бизнес-элиты и как формировались «партии власти» необходимо проанализировать ее «персональный состав» или иными словами сделать классификацию. В данном докладе мы опираемся на классификацию, предложенную Куколевым37.
Появление законов «О кооперации»38 и «Об индивидуальной трудовой деятельности»39 отрыло легальные каналы для формирования мелкого и среднего производства и обеспечило приток в сферу предпринимательства социально подвижных элементов общества.
Первая группа условно названа «комсомольцами» и «физиками». Это выходцы из подвижных средних слоев, большинство из которых было занято на промышленном производстве. В основном заняты в спекулятивных сферах деятельности, в предпринимательство пришли с первой волной(1989-1990). Во время последней волны перехода к бизнесу(1992-1993гг.) ушли в фондовый рынок, финансово-инвестиционные компании и новые банковские структуры.
Вторая группа обозначена, как «управленцы» и «банкиры». Они пришли в бизнес в 1991-1992 годах на пике либерализации в хозяйственной деятельности и сами породили новую волну предпринимательства. В основном это выходцы из среднего звена управления экономикой. Бывшие директора средних промышленных предприятий, работники партийных низов, профессионалы-финансисты, более 70% из них бывшие члены КПСС.40 Профессиональная ориентация – строительство, добывающая промышленность, в основном нефтегазовая. Первоначальная деятельность в бизнесе связана с новыми формами экономического взаимодействия для СССР: арендные предприятия, совместные предприятия, товарные биржи.
Третья группа включает в себя «директоров» или бывшую номенклатуру. Появились после кампании по приватизации 1992 года. Самая молодая группа в бизнес-элите и самая политизированная. В большинстве своем представлена бывшими кадровыми работниками на крупных предприятиях. Их сегодняшняя деятельность – это результат обстоятельств, которыми они сумели воспользоваться в полной мере и с большей для себя выгодой. Они и сформировали четкий образ российских олигархов, построивших свой бизнес благодаря протекционизму, коррупции и связям с высшими эшелонами власти.
К концу исследуемого нами периода произошли серьезные изменения в структурах бизнес-элиты. Основные позиции заняли «банкиры» и «директора», «физики» и «комсомольцы» резко сдали свои позиции, к 1993 году в предпринимательстве их осталось всего 15%, по сравнению с 62% в 1991 году.41
Соответственно, «банкиры» и «директора» составили костяк бизнес-элиты, состав которой сохранялся в таком виде еще десятилетие. Они стояли у истоков институционализации своих интересов, лоббирования интересов своего бизнеса в политических структурах. Большинство из новых бизнесменов сохранили крепкие связи со старой советской номенклатурой, проводя в жизнь политику протекционизма и теневого управления экономикой.
В качестве вывода можно сказать, что бизнес-элиту нельзя отрывать от всей элитной сферы. Она является очень специфичным и интересным для изучения элементом управленческой системы. Российская бизнес-элита – это феномен трансформации социальной структуры СССР, результат становления нового классового общества в РФ. Безусловно, бизнес-элита возникла не на пустом месте, она имеет глубокие корни в политической, хозяйственной и социальной жизни бывшего СССР. Механизмы рекрутации бизнес-элиты – это свободный выбор своей деятельности плюс бизнес связи с реорганизованными государственными структурами. Основной тенденцией этого периода стало срастание бизнес-элиты с одной стороны и финансово-политических группировок с другой. Сложившаяся в России модель номенклатурного капитализма начала активно действовать, начав формировать новую государственную экономику и определив политику государства в этой сфере.