Внешние угрозы национальной безопасности России в военной сфере.

На современном этапе возрастает уровень и масштабы угроз национальной безопасности в военной сфере. Системный анализ военно– политической ситуации в мире на рубеже двух веков и угроз военной безопасности, как составляющие части национальной безопасности России был дан в Военной доктрине Российской Федерации , утвержденной Указом Президента РФ № 706 от 21 апреля 2000 года¹.

В этой связи можно утверждать, что в современной международной обстановке существует три этапа угроз, нейтрализация которых в той или иной является функцией Вооруженных Сил РФ: внешние, внутренние и транспограничные.

К основным внешним угрозам следует отнести:

- развертывание группировок сил и средств, имеющих целью военное нападение на РФ или не союзников;

- территориальные претензии в РФ, угроза политического или силового отторжения от нее отдельных территорий;

- осуществление государствами, организациями и движениями программ по созданию оружия массового поражения (МП);

- вмешательство во внутренние дела РФ со стороны иностранных государств или организаций, поддерживаемых иностранными государствами;

- демонстрация военной силы вблизи границ РФ, проведение учений с провокационными целями;

- наличие вблизи границ РФ или границ ее союзников очагов вооруженных конфликтов, угрожающих их безопасности; нестабильность, слабость государственных институтов в приграничных странах.

- наращивание группировок войск, ведущее к нарушению сложившегося баланса сил вблизи границ РФ или границ ее союзников и прилегающих к их территории морских водах; расширение военных блоков и союзов в ущерб военной безопасности РФ или ее союзников;

- деятельность международных радикальных группировок, усиления позиций исламского экстримизма вблизи российских границ;

- ввод иностранных войск (без согласия РФ и санкции Совета Безопасности ООН) на территорию сопредельных и дружественных России государств;

- вооруженные провокации, включая нападения на военные объекты РФ, расположенные на территории зарубежных государств, а также на объекты и сооружения на Государственной границе РФ или границах ее союзников;

- действия, препятствующие работе российских систем государственного и военного управления, обеспечения функционирования стратегических ядерных сил, предупреждения о ракетном нападении, противоракетной обороне, контролю космического пространства и обеспечению боевой устойчивости войск;

- действия, затрудняющие доступ России к стратегическим важным транспортным коммуникациям;

- дискриминация, подавления прав, свобод и законных интересов граждан РФ в зарубежных государствах;

- распространение оборудования, технологий и компонентов, используемых для изготовления ядерного и других видав ОМП, а также технологий двойного назначения, которые могут использоваться для создания такого оружия и средств его доставки.

Вооруженные Силы в краткосрочной и долгосрочной перспективе должны строиться в соответствии с характером внешних угроз. На сегодняшний день можно несколько, основных военных угроз для России. Угрозы со стороны терроризма, угрозы возможного развала Китая; замороженные конфликты Южного Кавказа; возможная угроза со стороны США и НАТО; очаги напряженности на Ближнем Востоке; распространение ОМП; война в Чечне. Для России можно сформулировать несколько основных угроз для ее национальной безопасности.

Рис.1. Карта – схема существующих угроз для России.

На схеме цифрами показаны: 1-угрозы со стороны Китая; 2- угрозы международного терроризма; 3- гипотетические угрозы со стороны США и НАТО; 4- угрозы ввода войск на сопредельную с Россией территорию; 5- угрозы несанкционированного применения баллистических ракет.

Угрозы для России по российским взглядам.

В противовес чиновникам из Брюсселя и Вашингтона большинство российских политиков и экспертов считают, что в нынешнее время необходимо говорить о реальных угрозах и опасностях, которые значительно отличаются от мнения наших партнеров по антитеррористической борьбе. Основными угрозами для России в начале XXI веке, могут считаться:

Главную угрозу - оружие массового поражения.

     Главную угрозу, очевидно, представляет цепочка: распространение ОМУ, возможность его применения в региональных конфликтах, возрастающая в таком случае вероятность выхода кризиса за рубеж региона.      Раньше опасность использования оружия массового уничтожения в основном предопределялась тем, что в противоборство было непосредственно втянуто относительно небольшое число государств, обладающих ОМУ. Теперь вероятность его применения в конфликтных ситуациях может значительно расшириться как за счет роста числа стран, обладающих ОМУ, так и за счет его "транспортировки" в конфликтные зоны извне.      Прекращение существования двухполюсного мира, сопровождаемое распадом ряда государств, изменило конфигурацию границ. Резко усилились территориальные споры. Расширилось конфликтное пространство, частью которого стала вроде бы "успокоенная" Хельсинкскими договоренностями Европа. Причем европейские этнические и национальные столкновения открылись для втягивания в них государств, расположенных на других континентах. Примером может служить активность исламского мира в поддержке мусульман Боснии и Герцеговины. В таких условиях растет опасность "интернационализации" последствий "расползания" ОМУ.      Эта пагубная тенденция просматривается и в конфликтах на территории бывшего СССР: на Северном Кавказе, в Закавказье, в Средней Азии, — создающих "благодатную" почву для вовлечения в них "внешних" государств, часть из которых претендует на обладание ОМУ.      К этому следует добавить "традиционные" зоны повышенного риска — Ближний Восток, район Персидского залива, Южная Азия, Северо-Восточная Азия. В некоторых из этих районов уже использовались отдельные виды ОМУ, например химическое оружие в недавней ирано-иракской войне. В настоящее время вероятность и масштабы возможного использования ОМУ в локальных столкновениях "традиционного" типа возрастают. Никого не должно вводить в заблуждение неприменение Ираком ОМУ во время войны в зоне Персидского залива. Это, возможно, не подтверждение, а, наоборот, исключение из общей тенденции, ставшее возможным лишь в результате сложившегося сочетания военных, политических и морально-психологических факторов.      Вероятность применения ОМУ в региональных конфликтах "традиционного типа" возрастает еще и потому, что на карту поставлено само существование вовлеченных в них государств. В случае перехода в кризисную стадию индийско-пакистанского конфликта "призом" для одержавшей верх стороны может стать дезинтеграция и практическое прекращение существования другого государства. Не случайно, что в такой ситуации, как считают эксперты, дело не ограничится применением обычных вооружений. Не подтверждая факт наличия ядерного оружия на вооружении индийской и пакистанской армий, представители обоих государств тем не менее говорят о незамедлительном выходе на уровень таких вооружений, как только оно "появится" у противной стороны.      Опасность применения ОМУ возрастает и в "традиционном" конфликте на Корейском полуострове. Возможная неустойчивость и дезорганизация ее на Севере при переходе власти к другому поколению лидеров может непосредственно отразиться на способах решения или противодействия процессу объединения двух корейских государств.      Нельзя не видеть, что процесс распространения оружия массового уничтожения имеет не только "горизонтальное", но и ярко выраженное "вертикальное" измерение негативного свойства. Этот процесс политически и психологически затрудняет провозглашение государствами, обладающими ядерным оружием либо стремящимися к этому, отказа от его создания или применения.      Но даже такой отказ в условиях, когда происходит распространение ОМУ, не является достаточной гарантией стабильности. Несовершенство технологии и оборудования, систем безопасности в ряде стран, изъяны в технологиях использования и системах контроля за хранением запасов ОМУ и его компонентов, ракетных и других средств доставки, заставляют серьезно учитывать возможность не только санкционированного, но и случайного применения оружия массового уничтожения в региональных конфликтах.      Процесс распространения ОМУ отрицательным образом влияет на ситуацию и на глобальном уровне. И это проистекает не только из вероятности выхода на этот уровень региональных столкновений с применением ОМУ. Дело в том, что расползание ОМУ тормозит уже начатое движение в сторону сокращения или даже ликвидации ряда существующих видов оружия массового уничтожения, осложняет заключение соответствующих двусторонних, а в перспективе — достижения многосторонних соглашений.      Естественно, этот вывод не означает идеализацию положения дел в так называемом "ядерном (или глобальном) клубе". Известно, что в результате сложных переговоров США и Россия существенно продвинулись в сфере сокращения своих стратегических ядерных сил. При этом Китай занимает обособленную позицию, Англия и Франция не торопятся присоединиться к переговорному процессу. В таких условиях особенно очевидно, что распространение ОМУ за пределы "глобального клуба" мешает продвижению в достижении многосторонних договоренностей, нацеленных на сокращение или ликвидацию такого оружия. Распространение ОМУ, особенно ядерного оружия, несомненно, отдаляет перспективу действенного контроля над стратегическими вооружениями и может вообще ее сорват

Наибольшую угрозу для России представляет нестабильная обстановка в Афганистане, где НАТО контролирует 2-3% всей территории, да и то только в дневное время. Альянс не смог решить ни одну из поставленных первоначальных задач и практически все больше и больше теряет контроль над ситуацией не только в восточных, южных и юго-восточных районах, но не способно предотвратить возможное столкновение между Афганистаном и Пакистаном, владеющим ядерным оружием. Преднамеренная самоустраненность НАТО от борьбы с наркомафией в Афганистане, и отказ в затягивание вопросов по совместной с Россией борьбе с ней, позволяет предполагать сговор руководства англо – американских спецслужб с афганскими полевыми командирами и наркодельцами. Подтверждением тому служит и прошедший саммит в Риге, где о реальной наркотической угрозе не сказано ни слова.

По данным министра внутренних дел РФ Рашида Нургалиева , в России в настоящее время насчитывается 4 миллиона наркоманов. По неофициальным данным их значительно больше. Значительная часть их потребляет героин: 70% его потребления в России поступает из Афганистана. Его потребление постоянно растет. За 9 месяцев 2004 года только изъятый объем его

увеличился вдвое (с 1.4 тонны до 2.9 тонны). В целом потребление наркотиков в России за 1998 – 2002 гг. выросло в 23 раза.

Самую большую опасность для себя и Европы, Россия видит в увеличении вала наркотиков через реку Пянджи на Афгано – Таджикской границе. По оценкам экспертов ООН, ближайшие 15 лет ожидается рост посевов опиумного мака, которые в 2003году занимали около 90 тысяч гектаров, и ориентировочно произведено 3600 тыс. тонн опия. В 2004 году посевы выросли до 131 тыс. га. Урожай достиг 4200 тонн. Сейчас Афганистан производит 87 % мирового объема героина. На обработке этого мака занято около 1 800 000 человек. Примерный доход составляет около 30 миллиарда долларов. Из этой суммы доход афганцев составляет 2.8 млрд. долларов, из них 25 % достается крестьянам. Уже после свержения талибов посевы мака выросли в 36 раз. Лидерами в производстве опиума сырца являются восточная провинция Нангархар, доля которой в производстве опиума составляет 25% страны, далее следуют провинции Бамиан и Гор, где маковые плантации составляют 80 % плодородных земель.

Каждый гектар приносит владельцу прибыль 15-16 тысяч долларов. После пересечения границы стоимость 1 кг наркотиков в таджикском кишлаке, в зависимости от чистоты героина колеблется от 1800 до 3000$В Душанбе- примерно 15000, в Москве – от 50000 до 200 000$, а при продаже этого героина в Лондоне его стоимость составляет – 300 000$

Если всего в 2002 году пограничные войска РФ задержали более 4881 кг наркотических веществ, в том числе более 2,5 тонн героина, то в 2003 году – 6304 кг, в том числе около 3 тонн героина, при этом на таджикском участке было задержано более 6 тонн и порядка 3000 кг героина.² Как показывает международный опыт, пограничные и таможенные службы в состоянии выявить лишь 5-10% от общего объема контрабанды.³ Сколь бы серьезными не были возможности того или иного государства в борьбе с наркоагрессией , в одиночку ни одному из них с ней не справится, только совместными усилиями можно минимизировать последствия этой агрессии. Под эгидой ООН и ряда европейских государств проблема наркоугрозы со стороны Афганистана стала включатся в повестку дня переговорных процессов. Летом 20004 года ООН провела серию экспертных дискуссий на высоком уровне, что помогло выработать совместную тактику подавления наркотрафика из региона. Главным итогом стало подготовка модели антинаркотического пояса безопасности. Все государства, которые граничат с Афганистаном, подписали политическую декларацию о готовности участвовать в создании плотного кольца вокруг этого государства.

Вал наркотиков идет по основным четырем направлениямⁱ. Первое- Таджикистан, Узбекистан, Москва, Европа. Второе - Иран, Турция. Грузия, Северный Кавказ. Третий- Киргизия, Казахстан, Урал,(Сибирь). Четвертый – Туркменистан, Азербайджан, Поволжье. По данным ООН, ежегодно от передозировки наркотиков умирает 10 - тысяч наркоманов, употреблявших героин, и 100 тысяч – от болезней, связанных с употреблением наркотиков.

Сколь бы серьезными не были возможности одного или другого государства в борьбе с наркоагресссией, в одиночку ни одному из них с ней не справится и только совместными усилиями можно минимизировать последствия этой агрессии. Единственный путь для сокращения поставок наркотиков – это создание антинаркотического пояса вокруг Афганистана путем проведения совместных антинаркотических операций силами ЕС, США, НАТО и России, на территории Афганистана и странах Центральной и Средней Азии. США, например, используют специальную программу борьбы с наркотиками в Колумбии. Аналогичную программу видимо необходимо разрабатывать и для Афганистана, но с учетом того, что при ее реализации на силовом этапе могут быть использованы войсковые группировки России, США и НАТО, дислоцирующиеся в этом регионе.

К настоящему времени Россия имеет свои военные объекты и базы на территории стран Средней Азии. В Казахстане Россия имеет 5 объектов: государственный испытательный космодром (н.п. Тюротам); полк транспортной авиации (Кустанай); радиотехнический узел Космических войск (Приозерск) и полигон Сарышган. В Киргизии – военно-воздушная база (г. Кант); база противолодочного вооружения (Каракол). В Таджикистане: 4- военная база МО РФ (Душанбе, Куляб, Курган – Тюбе)ⁱⁱ; 670 авиагруппа - аэродром (Айни); оптикоэлектронный узел системы раннего предупреждения о ракетном нападении «Окно» (Нурек).

На территории Киргизии размещена авиабаза база США «Ганси». На территории Таджикистана база НАТО в Душанбе,( французские ВВС ). На территории Узбекистана – авиабаза «Ханабад» (Кошкадарьинская обл.), вспомогательный аэродром н.п. Кокайты ВВС США и в Термезе ВВС Германии. Совместная группировка США и НАТО в Афганистане контролирует примерно такую же территорию, которую контролировал в восьмидесятых годах СССР. Не ссылаясь на исторический опыт Советской Армии, фактически части союзников занимают примерно те города, что и советские «шурави» и примерно контролируют от 3 до 5 % территории, практически только тех городов и баз где дислоцируются, да и то только в светлое время суток. Анализ действий коалиционной группировки в Афганистане показывает, что группировка НАТО самостоятельно не способна решить главную угрозу для мира и Европы – прекращение производства и поставок тяжелых наркотиков. Основные районы выращивания опиумного мака находятся на севере, востоке и центре страны, районы которых игнорируют власть Кабула, и где нет гарнизонов иностранных войск.

С учетом имеющихся угроз Россия предложила НАТО и странам ШОС соединить усилия по созданию внешнего антинаркотического пояса безопасности вокруг Афганистана. Как показывает международный опыт, пограничные и таможенные службы в состоянии выявить лишь 5-10 % от общего объема контрабандыⁱⁱⁱ.

Только совместными специальными операциями по уничтожению посевов мака, центров переработки и хранения наркотиков, выявления и уничтожения средств их доставки с использованием сил и средств России, США, НАТО и их союзниками по антиталибской коалиции, возможно, сократить посевы и производство яда 21 века. Для этой операции гипотетически возможно привлечение из состава ВС РФ – 4 военных базы и 670 авиа группы ( Душанбе), 10 истребителей СУ-25, Су- 27, Ан-26,и Ил -76, 2 Ми- 8 (авиабаза Кант- Киргизия). От военной группировки НАТО - солдаты и вертолеты с авиабазы «Кокайды» (Термез), и авиабазы « Ханабад» (Узбекистан). Из состава группировки от ВС США могли быть привлечены подразделения 10 – й горнострелковой дивизии (Баграм) и 101 вшд (Кондагар). 30 самолетов авиабазы «Ганси» и транспортные самолеты и вертолеты сил специальных операций США и Великобритании (Мазари Шариф)

Для ее проведения необходимо создание единого командования, которому могли быть переданы данные национальных спецслужб. Единый центр планировал бы операцию, определял цели для опыления дефолиантами, ставил задачи на уничтожение лабораторий по производству наркотиков, координировал действия по вскрытию каналов транспортировки и сети распространения. Проводил - бы обмен информацией, ее дозирование для передачи частям полиции и поддерживающим подразделениям Афганской армии. Контролировал распределение посевного материала (кофе или фруктов) предлагаемого правительством Афганистана для замены посевов опиумного мака. Совместные антинаркотические спецоперации в регионе Центральной и Средней Азии станут реальными только тогда, когда будет проявлена политическая воля и будут отданы соответствующие распоряжения.

Предварительно для этого должны быть решены проблемы взаимоотношений между военными базами и государствами, на территории которых эти базы дислоцируются., а также проблема совместимости организационных структур и тактики действий при проведении совместных операций. В мировой практике это первые примеры, когда на территории страны, входящей в некий военно – политический блок, располагаются военные базы страны, представляющей совершенно иную военно-политическую структуру. Имеется ввиду Киргизия и Таджикистан. На территории этих стран одновременно в рамках антиталибской коалиции дислоцируются базы США, стран НАТО (Германии и Франции) и России.

В рамках совместных действий необходимо решать вопросы оперативной совместимости войск России и НАТО, взаимоопознования, разделения воздушных коридоров и все более актуальный вопрос взаимодействия и взаимопомощи при террористических угрозах непосредственно этим военным базам. Естественно, что командиры военных баз, как НАТО, так и России взаимодействуют с местными силовыми ведомствами. Однако, это получается, не везде, поскольку национальные правоохранительные системы в большинстве стран Средней Азии находятся в стадии становления, и по большому счету не всегда эффективны.

Авиабаза в Киргизии позволяет осуществлять авиационную поддержку мероприятиям военного и гражданского характера, но необходимо иметь и запасные базы . Двух баз в Средней Азии для России недостаточно. Хочется или нет, но Россия вынуждена расширять количество своих баз. По заявлению министра обороны России « У нас есть планы по созданию военных баз за рубежом. Мы исходим, прежде всего, из интересов национальной обороны».⁴ Наиболее вероятно создание запасных аэродромов на территории Киргизии ( называется киргизский город Ош) и территория Восточного военного округа на территории Узбекистана, где недавно было подавлено выступление недовольных правительством Керимова. В Средней Азии силы коалиции используют в качестве запасных казахстанские аэродромы в Алма –Ате и Чимкенте. На территории Узбекистана пока нет российских баз, а на территории Казахстана нет натовских и американских баз. Тем не менее, Вашингтон, Лондон, Париж, Москва и Брюссель проявляют в этих республиках большую активность. Можно предполагать, что возможно одновременное размещение военных баз и в этих государствах

Поэтому, вопросам межбазового сотрудничества и взаимодействию будут придаваться все больше значение. Количество совместных проектов кроме антитеррористической и антинаркотической операций, их диапазон будет увеличиваться, будет увеличиваться и военное присутствие. Россия готова сотрудничать с НАТО в первую очередь там, где это совпадает с ее интересами. В свою очередь российские интересы в Средней Азии могут быть обеспеченны только тогда, когда ее будут воспринимать как надежного партнера. Борьба с наркотиками даст положительный эффект только при коллективных усилиях всего сообщества Европы и России.

Не меньшую угрозу представляют очаги напряженности на Большом Ближнем Востоке. Полистино -израильский конфликт, готовый перерасти в гражданскую войну. Потеря контроля над ситуацией в Ираке коалиционной группировкой, потери которой достигли более 5000человек убитыми и около160.000 раненных, не считая гражданского населения, и где страна все больше и больше скатывается к гражданской войне . Угрозы применения силы против Ирана, что может дестабилизировать всю ситуацию не только на Южном Кавказе но на всем Большом Кавказе.

Угрозы связанные с возможными несанкционированными пусками одиночных ракет, в том числе и с ядерными боеголовками с территорий соседних стран обладающих ракетными и ядерными технологиями,. в том числе и с ядерными боеголовками с территорий КНДР,КНР, Ирана, Пакистана представляют реальную , а не виртуальную угрозу для России. Между этими государствами налажено сотрудничество и обмен ракетными технологиями. Эти государства располагают ракетами средней дальности, которые могут поражать цели на расстоянии 2000 км⁵. Территория России и Евразии находится в их зоне досягаемости и поражения. Такой же угрозой следует считать и распространений ОМП.

Страна	Наименование ракеты	Дальность пуска. Максимальная, км.	Забрасываемый вес боевой части, кг	Коэффициент вероятного отклонения, м
Иран	Скад В (Шехаб -1) Скад С (Шехаб –2) Шехаб-3, модернизиров. Перспективная. Шехаб -5	300 550 2000 4000	989 700 1200	450 1000
Китай	DF -3 DF – 4 DF- 5/5A DF -11 DF - 15 DF - 21 DF – 31 DF-41	2800 4750 12000/13000 280 600 1700 8000 10000-12000	2000 2000-2200 3000-3200 500-800 500 600 700 800-1000	150-180 1370 – 3500 3500/500 500-800 300 300-400 300-500 700-800
Пакистан	Хатф-2 «Абдали» Хатф-3 «Газнави» Хатф -5 «Гаури» Хатф -6 «Шахин-2» «Шахин -3»	600 290 1500 (900 км в ядерном снар.) 2000 1300	800
Турция	Торос Перспек. ракета	70 -100 500 - 1000