Глава 2

ваний, они достигали 6 часов в неделю. Причем в отчет­ности руководство многократно занижало реальные цифры, показывая лишь ту их часть, которая, пусть со скрипом, вписывалась в установленные нормы, и вы­пуская из внимания скрытые формы³¹².

Огромные потери несло производство вследствие неправильного, непродуманного нормирования труда. Исследования показывали, что нормы времени неоправ­данно завышались на 10— 15%, а в ряде случаев — на 20 — 25%³¹³. Чем ниже нормы, тем легче их выполнить и, следовательно, тем выше производительность труда. Не удивительно, что на многих предприятиях устарев­шие и заниженные нормы перевыполнялись в 1,5 — 2 раза. При этом производительность труда не растет, а снижается³¹⁴. Завышались не только нормы времени, но и численность работников. Обследование, проведен­ное ЦСУ РСФСР на 900 принятых в эксплуатацию после 1974 г. объектах, показало, что на 20% из них имеется сверхпроектная численность персонала. На 42 обследованных предприятиях в среднем нормативная численность была выше фактической на 7%³¹⁵.

В 1970— 1980-е гг. концепция социальных резер­вов проделала определенную эволюцию. От сложив­шихся в 1920-е гг. представлениях о невыявленных че­ловеческих ресурсах социологи в конечном итоге ото­шли в сторону признания в качестве социальных резервов упущенные социализмом возможности. Про­стаивающее оборудование и ржавеющая под откры­тым небом техника, нерационально использованная, недозагруженная рабочая сила, заниженные нормы труда, срывы в снабжении и поставках, грубые ошиб­ки в управлении и организации труда стали имено­ваться «нераскрытыми, невыявленными резервами производства». По мнению специалистов, речь идет о «выбывших из социального обращения средств про­изводства»³¹⁶.

Социалистический труд. 1984. № 7. С. 102.

¹³ Социалистический труд, 1984. № 4. С. 66.

¹⁴ Там же. С. 58. Там же. С. 62 - 66. Вопросы философии, 1980. № 11. С. 53.

361931

История социологии труда и экономической со1|И«Н

Теоретически было ясно что омертвленные сред­ства производства, недополученная потребителем продукция или зря потраченные деньги уже никогда не станут резервами. Заниженные планы и нормы выработки, недоиспользование ₀борУА^{ования и} Рабо­чей силы в одном звене планового хозяйства вели к перегрузкам в других. Когда одни трудятся вполси­лы, другим приходится выполнять чужую раооту. В этом случае необходимо к экономическим потерям прибавить социальные и нравственные, поскольку работа с прохладцей неизбежно ведет к девальвации трудовой этики.

Эволюция этой концепции раскрывает довольно типичную «карьеру» социологических теории при со­циализме. Многие испытали на себе судьбу концепции социальных резервов. Первоначально созданная для того, чтобы вскрывать истинные ресурсы производи­тельности труда, служить эффективным аналитичес­ким инструментом, она со временем полностью выро­дилась. Ее главной задачей стала маскировка многочис­ленных ошибок и потерь, описание мнимых ресурсов производства. На первый план вышла ее идеологичес­кая функция.

К концу 1980-х гг. в рамках концепции социальных резервов научились распознавать реальные и мнимые резервы. Горбачевская перестройка позволила гово­рить вслух об этой проблеме Появились критические статьи и монографии, разоблачающие недостатки со­циализма и доказывающие что реальные и мнимые Резервы — не одно и то же Практика социального Управления, кажется, уже убедила хозяйственников в том, что упущенные (вследствие неумелого руководства) или умышленно скрываемые возможности начинают аккумулироваться, порождая все новые и новые про­счеты. Однако время было упущено. Социализм дожи­вал отпущенные историей сроки так и не реализовав До конца ни свои истинные, ни мнимые резервы.

Социальные факторы эффективности труда™. ^Должением темы социальных резервов производ-

ш и\^{ПрН п}°А^г°™вке данного раздела использовались материа- , ^льг В. Шиловой. «

Кравченко А. И.