Глава 2

отраслям и предприятиям, состояние трудовой мобиль­ности на данный момент времени и перспективы ее изменения на будущее. При этом динамика трудовой мобильности характеризовала макросоциальный уро­вень исследования. На двух других уровнях анализа (мезо- и микроуровнях) активно изучались такие про­блемы, как смена индивидом профессии и места рабо­ты, профессиональная ориентация молодежи на те или иные виды труда, возрастание или понижение квали­фикационного потенциала трудовых ресурсов, смена физического труда на умственный и наоборот, повы­шение или уменьшение степени тяжести и сложности труда.

Социологи изучали не только качественные аспек­ты социальных резервов повышения производительнос­ти общественного труда, но и пытались произвести коли­чественные расчеты и измерения. В частности, В. Лебе­дев, обобщив данные целого ряда исследований, установил следующие закономерности. Внедрение но­винок техники позволяет поднять производительность труда в 5— 10 раз. Более рациональная организация производства (улучшение использования оборудования, групповые методы обработки, фирменный ремонт) повышают эффективность труда на 50%, углубление специализации и сокращение операционности — на 40 — 60%, улучшение применения трудовых ресурсов на предприятии дает прирост продукции на 30 — 40%. Наконец, совершенствование методов стимулирования труда позволяет повысить производительность труда на 30 —50%³⁰⁹. Приведение на предприятии в действие чисто социальных резервов позволяет повысить про­изводительность на 20 — 30%, а иногда — в 2 — 3 раза³¹⁰.

Общая оценка концепции социальных резервов. Измерение социальных резервов производилось двоя­ким способом: с одной стороны, рассчитывался при­рост производительности труда и объемов производ­ства от использования еще не задействованных факто­ров, с другой — рассчитывали выгоду от сокращения

³⁰⁹ Лебедев В. Система резервов экономического роста // Об­ щественные науки. 1986. № 1. С. 23 — 26.

³¹⁰ Правда. 1983. 24 февраля.

361981

История социологии труда и экономической социологии |

прямых и косвенных потерь, ликвидации неблагопри­ятных факторов, тормозящих производство. Если пер­вые свидетельствовали о том, какие неизведанные перспективы открываются перед социализмом, то вто­рые показывали реальные недостатки и промахи соци­алистических методов управления. Часто, приблизитель­но в 70 — 80% случаев, обе группы факторов объединя­лись. К примеру, в середине 1980-х гг. 13 млн. человек ежегодно меняли место жительства и перемещались по территории страны. Если перемещения происходи­ли стихийно, а это было характерно для большинства из 13 млн. человек, то специалисты относили их на счет потерь. Они считались нецелесообразными с точки зрения удовлетворения потребностей общества.

Прямые экономические потери от незапланирован­ных перемещений оценивались в 3 млрд. рублей. Меня­ли место работы, но не перемещались далеко по терри­тории страны ежегодно 25 млн. человек. Причем 12% уволившихся возвращались на прежнее предприятие. И эти расходы относились на счет потерь. Сокращение объема стихийных перемещений выступало одним из социальных резервов. Социальными эти резервы яв­лялись потому, что касались человека. Напротив, целе­направленные перемещения, в частности, оргнабор на комсомольские стройки и объекты народнохозяйствен­ного значения, считались позитивным явлением и отно­сились на счет еще не задействованных резервов.

По мере того, как социалистическая экономика начинала сдавать, а обнаружилось это в первой полови­не 1980-х гг., все больше усилий приходилось затрачи­вать на приукрашивание положения дел. Росло число прогулов и нарушений дисциплины, но их не полага­лось называть «коренными недостатками социализма». Их переводили в разряд «резервов роста». Так, ежед­невные потери рабочего времени в среднем по стране составляли в середине 1980-х гг. 20 — 25 мин., что рав­носильно было невыходу на работу нескольких милли­онов человек³! 1. Большие потери несли предприятия и ^в результате сверхурочных работ. По данным обследо-

' Социалистический труд, 1984. № 4. С. 3.

_зтв