Новелла 3 (Сафредан)

Король Альфонс Неаполитанский (славившийся своей непомерной похотью) возжелал жену знатного дворянина. Он усылает соперника как бы по делам в Рим и довольно быстро добивается расположения новой пассии. Обманутый муж возвращается, обо всём узнаёт, но решает не подавать виду и приходит к выводу, что лучше уж сносить обиду молча, чем рисковать жизнью из‑за женщины, которая его нисколько не любит. Однако он решает отомстить королю и обращается к королеве, зная, что обида имеет больше власти над женщиной, чем любовь. После долгих увещаний королева поддаётся обаянию дворянина, который, заметим, весьма хорош собой. И в то время, когда их супруги думают, что наставляют их рога, король и наш герой заняты ровно тем же самым. Как-то, будучи у королевы в покоях, он замечает на стене оленью голову и делает под ней надпись на итальянском «Я ношу рога – все это видят; но есть человек, который носит их, не подозревая об этом». Король по возвращении это замечает и спрашивает у супруги, что означает надпись, она отвечает: Если тайна короля сокрыта от оленя, не следует и тайну оленя раскрывать королю¹. Король решает, что рогоносцы о чём-то догадываются, но он так и не узнаёт, что сам одурачен.

Новелла 4 (рассказывает Эннасюита)

ГГ – дважды вдова, которая после смерти второго мужа переезжает к возлюбленному брату, женатому на сестре короля. Друг принца, который и так много времени проводил с дамой, решил открыть ей свои чувства и потребовать взаимности, та же ему отказывает. Однако дворянин не оставляет своих грязных помыслов. Он приглашает всех троих к себе в именье для совместной охоты. Ночью он хитростью проникает в покои своей возлюбленной, думая учинить над ней насилие. Но она даёт ему достойный отпор, и посрамлённый любовник с ужасно исцарапанным лицом вынужден ретироваться. Присутствовавшая и активно помогавшая при обороне служанка (пожилая и достойная женщина) посоветовала даме ничего не сообщать брату и не добиваться казни дворянина, что могло бы опорочить её доброе имя, а наказать его отсутствием всякой надежды увидеть её впредь (тогда как раньше он даже пользовался её особым расположением). Ей также не следует особо кичиться своей победой, ибо её даровал сам Господь. Дама так и поступает, а дворянин смирённо несёт заслуженную кару.

Э. называет героиню своего рассказа образцом для подражания, Иркан же замечает, что герой попросту малодушен и труслив, а любовь его недостаточно сильна, и ему следовало во что бы то ни стало добиться желаемого, невзирая на сопротивление двух женщин. Старуху он бы убил, окажись на месте того дворянина. Истинное бесчестие – остановиться на полпути. Номерфида ужасается. Жебюрон же не считает странным то, что принцесса, воспитанная по всей строгости, смогла оборонить себя от мужчины, и решает рассказать историю, в которой простая женщина спасается аж от двух преследователей.

Новелла 5 (рассказывает Жебюрон)

Двое монахов‑францисканцев из Ниора, переезжая реку возле порта Кулон, решили с помощью силы овладеть лодочницею, которая их перевозила. Но женщина эта оказалась честной и достаточно хитрой и, сделав вид, что соглашается на то, чего они от нее хотят, очень ловко их обманула и отдала в руки судьи, который отправил их к настоятелю монастыря, чтобы они понесли там заслуженное наказание.

Ж.: Прошу вас, благородные дамы, подумайте, если простая лодочница оказалась настолько сообразительной, что обманула двух столь коварных мужчин, то насколько же умнее должны быть те, кто прочел множество книг и у кого перед глазами был достойнейший образец. Лонгарина замечает, что отбиться от монаха – много чести не сделает. Жебюрон отвечает, что на мелководье и рак рыба, и среди монахов находятся вполне статные и сильные по мужской части. Номерфида говорит, что ни за что на свете не легла бы в кровать с монахом. У. её подкалывает, та ей дерзит, в итоге слово достаётся Н. Она показывает, что как добродетель одной лодочницы не оправдывает всех женщин, так и распутство другой отдельно взятой женщины не может запятнать весь прекрасный пол.