Лекция 5.

Для первых философов были характерны вопросы, связанные с устройством мира. Надо сказать, что первых греческих философов часто называли физиками. Их называли естествоиспытателями, потому что они пытались объяснять мир с помощью естественных принципов. В этом смысле, представления Фалеса о том, что все происходит из воды, оно берет за основу естественное состояние – воду. Но надо понимать, что вода Фалеса это не просто какая-то субстанция – она несет в себе гораздо больше. Это то первоначало, от которого все происходит и с другой стороны в нее же все и возвращается. Ученик Фалеса Аноксимандр тоже искал эту первооснову. Таким первоначалом у Аноксимандра является апейрон. В отличие от Фалеса, это не какая-то стихия – это некое абстрактное начало лежащее в основе всего сущего. Он и говорит, что апейрон – это то, что лежит в основе. В переводе с греческого слово означает «безграничный». Апейрон Аноксимандра находится в постоянном движении, потому что иначе не объяснить как из единого возникает многое. Это единое должно двигаться и в этом движение появляется многообразие. Находясь во вращательном движении апейрон выделяет противоположности. Он выделяет две пары: влажное – сухое, холодное – теплое. А затем комбинация вариантов этих противоположностей дает четыре стихии, которые по мнению Аноксимандра лежат в основе всего сущего. Земля – это сухое и холодное. Вода – это влажное и холодное. Огонь – сухое и горячее. Воздух – влажное и теплое. Итак, основались четыре стихии. Дальше Аноксимандр рисует картину мира в соответствии с их расположением. В центре находится Земля, затем Вода, потом Воздух и Огонь. Дальше очень интересно, Аноксимандр считает, что уплотнения воздуха превращаются в шины, которые движутся и в них есть дыры, сквозь эти дыры проглядывает огонь. Таким образом для него – звезды, это огонь сквозь шины. В чем отличие этого всего от мифологии? В мифологии нам давали картину, а здесь мы пытаемся объяснить почему мы видим весь наш мир. Это не просто дает нам картину, а мы действительно объясняем почему это так, а не иначе. Ученик Аноксимандра – Аноксимент в определенном смысле приземлили учителя. Аноксимент дает этому беспредельному сознание. Что беспредельно – воздух беспределен. В основе сущего у Аноксимена лежит воздух. То есть он забирает у апейрона его важное качество быть беспредельным и находит ему аналог в чувственном мире. Поэтому в основе его картины мира оказывается воздух, так как он не имеет предела. А разнообразие действительности он объясняет сужением и расширением воздух. Что является для всех этих людей общим? Общим является поиск начала, зачатки диалектики. Если же говорить о развитии диалектики, то конечно очень многие философы связывали развитие диалектики с именем греческого философа Гераклита. (Не путать с Гераклидом) Также даже в Греции было несколько Гераклитов – им присваивалось имя города в котором они жили. Наш Гераклит – это Эфесский Гераклит. Эфес – это был полис, именно в этом полисе был храм Афродиты Эфесской, по преданию этот храм был сожжен в ночь рождения Александра Македонского жителем Геростратом. Очень долго после этого имя Герострата оставалось в истории. Даже был спектакль – Забыть Герострата. Герострат считал, что прославиться и войти в историю, можно уничтожив что-то великое. Таким образом, прошло столько веков, но его имя все равно на слуху. Так вот, наш Гераклит Эфесский тоже пытался найти первооснову сущего, однако язык его изложения был чрезвычайно сложен. «Не торопись дочитать до конца Гераклита Эфессца, книга его трудна и т. д.» Говорят, что Гераклит не очень любил людей, он считал, что они не в состоянии понять сущность этого мира, его красоту. В этом смысле он терпимо относился лишь к детям. Образ ребенка мы находим и в философии Гераклита. Он говорит вечность – это дитя, переставляющее шашки, царство над миром принадлежит ребенку. Ребенок – это как непредсказуемость, как случайность. Вечность с ее особенностями может быть описана как необходимость проявляющаяся в случайности. Ребенок играет в шашки неосознанно, он переставляет их не зная правил жизни. В этом смысле, наблюдая за детьми мы получаем огромный материал для размышления. Если говорить об основе сущего, то такой первоосновой Гераклит считал огонь. Этот космос единый из всего, не создан ни кем из Богов и ни кем из людей, но он всегда есть, был и будет вечным живым огнем. То есть разнообразие мира – это огонь, который мерами разгорается и мерами загасает. Часто мы встречаем у философов – ничего сверх меры. Мера это то, что делает предметы тем, чем они есть. Переходя меру ты нарушаешь гармонию мира. У Гераклита это относится вообще к пониманию мира. То есть огонь, не просто возгарается и затухает, он возгарается именно мерами. Это дает то разнообразие, в котором мы живем. С одной стороны, в основе сущего лежит огонь, с другой стороны – у Гераклита появляется понятие Логоса. Логос Гераклита – это своеобразный диалектический закон Вселенной. То, что для чувств огонь, для ума – логос. То есть становясь совсем тонким огонь пребывает в человеке в виде логоса. Логос – это огненное продолжение. Ум человека – это тот же огонь логос. Чем более мудрый человек, тем более горячая у него душа. Мокрые души у пьяниц и нечестивцев. (Выражение – душа горит) Логос Гераклита – это показатель того, что все в мире находится в процессе постоянного изменения. Для чувств – это огонь, однако переходя самого человека, это огонь превращается в логос. Именно Гераклиту принадлежат знаменитые высказывания: «Все течет, все изменяется», «В одну реку нельзя зайти дважды». Он подчеркивал изменчивость нашей действительности. Под второй фразой Гераклит подразумевал, что если вы придете к этой реке еще раз, то это уже будет другая река, она изменяется. У Гераклита был ученик Трактил, так вот Трактил говорил – в одну реку нельзя войти и единожды. Такая позиция, как у Трактила, получила название – релятивизм. Релятивисты – это те, кто в процессе познания абсолютизирует момент изменчивости. Что является противоположностью релятивизму? Итак, мы говорим, что Гераклит по существу является родоначальником диалектики, для себя, мы отметим, диалектика изначально – это искусство вести споры. А в более поздний период, это учение о наиболее общих закономерных связях и становлении, развитии бытия и познания. Что важно в характеристике диалектического метода мышления, первое – установление всеобщих связей, второе – становление и развитие. В этом смысле диалектический метод рассматривается как противоположность метафизическому методу, то есть различные философские системы могут быть построены с применением разных методов мышления. С понятием метафизики мы уже сталкивались. Но здесь это немножко иное. Метафизика – идущая после физики. Так назвал философию Андроник Родосский. Так в западной литературе в целом называют философии. Диалектический подход – поиск противоречий. Вот этот первый период развития – накопление материала и описание системы это указывает на определенную стадию или уровень развития. Диалектический подход проявляется когда мы изучив систему пытаемся вскрыть ее внутренние закономерности. При этом в истории считается, что есть периоды приятные для диалектики и для метафизики. Трудно оставаться метафизиком, когда живешь в эпоху перемен. Эпоха перемен – это эпоха ломки не только внешнего, но и внутреннего состояния человека. Здесь диалектика является проявлением самой реальности. Это методы построения самой системы. Родоначальником диалектики мы считаем Гераклита. Изменения Гераклит ищет в самих предметах, именно он впервые поставил вопрос о существовании противоположности, как источнике развития. То есть Гераклит не только фиксирует противоположности, но и ищет источник. Он приходит к выводу, что противоположности возникают из различия. «Одно и тоже различно, и затем противоположно. Морская вода и чистая и грязная, прекрасная обезьяна одновременно безобразна. Мед сладок и горек». То есть он в одном предмете видит противоположности и считает что они присутствует в нем. Но в чем он ошибается? Почему это выделение противоположности у Гераклита страдает определенным недостатком, в чем он заключается?

Гераклит считал, что эти противоположности присутствуют в предмете одновременно, то есть он считал, что в предмете одновременно есть и белое и черное. Спасибо, что он вообще поставил вопрос о противоположностях. Его заслуга, в том, что он обратил внимание на эти противоположности. Имеется в виду, что если речь идет о неких противоположностях в источнике развития, то они должны относиться к единому основанию. Мы должны говорить о противоположностях в рамках единства. Если мы начнем брать некие понятия, которые не имеют общего знаменателя, то мы не поймем каким образом они могут влиять, воздействовать. То есть это будут понятия без общего смысла. А для него важно было показать, что мы выходим из некого общего единого основания. Другое дело, что он приписывал это предмету. Философия этих греков не освободилась от метафоричности, эти стихи, описания – это выход логического мышления, рационального мышления из обыденного представления, из эмоционально-чувственного представления. Ту школу, которую действительно можно назвать рациональной – это школа пифагорейцев. В истории науки есть различные периоды развития этой школы. Вначале они возникли, как своеобразная религиозная секта, они проповедовали развитие души. Они верили в перерождение и переселение душ, поэтому считали, что необходимо было найти систему поведения, которая бы освободила душу человека. Изначально, это было тайным знанием, однако все равно зарождались те идеи, которые вошли в историю философии. Для нас они интересны тем, что они тоже были занять поиском первоосновы сущего. Эту первооснову они видят в числе. По преданию, однажды, Пифагор проходил мимо кузни и услышал, как падая на наковальню разные по весу молоты производили разные звуки. В конце концов вес молота можно вычислить, значит звук может быть определен как количественное. Именно число является первоосновой. Видим, что это понятие первоосновы существенно отличается от других понятий первоосновы. Часто пишут, что математика родилась на Древнем Востоке. То есть, Египет, Вавилон – это было началом математики. На самом деле, там не было единой системы доказательств. В этом смысле родоначальниками математики, конечно, являются греки. То есть греческая математика давала важные знания. Именно здесь искусство построения системы производилось при помощи дедуктивного метода. А древневосточная математика была рецептурной, то есть нам давали определения, как надо делать, но не говорили почему надо делать так, а не иначе. Поэтому можно было сказать, что на Востоке она носила практически прикладной характер, а введение доказательств, которое сделало ее наукой – это заслуга греков. Сами греки называли это логистикой. Логистика – в переводе счетное искусство, техника счисления. То есть что включала в себя на тот период логистика? Это счет, арифметические действия с целыми числами, вплоть до извлечения квадратных и кубических корней, действия на счетном приборе абаке. Что еще относилось к логистике – операции с дробями, приемы численного решения задач на уравнения первой и второй степени. Вот это все было необходимо для практических нужд. И в принципе, греки во многом переняли это у древних египтян и вавилонян, однако они отличали логистику от теоретической арифметики. То есть теоретическая логистика получила название арифметика. Пифагорейцы не просто оперируют числами, они пытаются с помощью числа объяснить природу сущего. Они нужны им не только для счета, с помощью числа они пытаются объяснить природу сущего, поэтому число пифагорейцев – это как миросозидающий и смыслообразующий элемент. У египтян число это средство, у греков – это предмет и цель исследования. Поскольку это был своеобразный религиозный союз, пифагорейцы разработали своеобразную систему ценностей: первое место – прекрасное и благопристойное, второе – выгодное и полезное, третье – приятное. Именно они разработали две ступени постижения знаний, мы уже сказали с вами, что знания были прикладными и были теоретические, строящиеся на доказательствах. Первой и низшей ступенью они считали акусматиков – это те, кто обладают догматическими знаниями. А математики – это вторая ступень, это те, кто обладали обоснованными знаниями. То есть математика – это поиск обоснованного знания, это знания строящееся на доказательстве. Считается, что в начале доказательством являлась наглядность. Наглядное и существенное и являлось доказательством. Существенным шагом вперед был отказ от доказательств на уровне чувств, когда не модель, а именно логическое доказательство становится подлинным доказательством. В этом смысле, именно греки явились родоначальниками этого знания. Увлекаясь цифрами, пифагорейцы задумались о том, что если число лежит в основе мира, то как оно является логическим основанием. Считается что понятие единицы тоже восходит к пифагорейцам. А вот здесь начинаются те проблемы, которые остаются актуальными до сегодняшнего дня, проблема единого и многого, проблема бесконечного и развития континуума, есть определения, что математика – это наука о бесконечном. Другие считают, что математик понимая бесконечное, определяет понятие многого. Без многого математика не могла бы существовать. То есть в этом смысле пифагорейцы интересны нам, как философская школа, которая отходит от эмоционально-чувственного. И как бы, продолжателями этой линии является философская школа элеатов. Представителями школы элеатов являются Ксенофан, Парменид и Зенон. Родоначальником школы является Ксенофант, его учения как бы переплетаются с учениями пифогарейцев. Основой всего сущего Ксенофан считает землю. Из Земли все возникает – в нее же все и возвращается. Здесь это мироединство погружено в саму природу. Однако, параллельно с этим мы находим у Ксенофана и другое понятие, возможно, вот эта мысль пифагорейцев, что в основе сущего лежит единица, заставляет Ксенофана задуматься о том, чем является это единое как абстрактное. Он дает ему название, он говорит, что единое - это Бог. Однако это не мифологический Бог, это не Бог религиозный, он просто вводит понятие философского Бога. В принципе религиозных богов, создают люди сами. Ему принадлежит мысль, что если бы лошади и быки создавали своих богов, то они бы сделали их похожими на самих себя. Бог Ксенофана, это то единое, что не дается нам через ощущения. Именно Ксенофан говорит о том, что на самом деле есть два мира: мир чувств и мир знаний (разума). При этом соотношение между миром чувств и миром знаний у него достаточно сложное. Например, он говорит так по поводу познаваемости мира, что если даже кто-то случайно высказал истину, то он бы не знал об этом, ибо только мнения удел всех. То есть мир мнений – это мир явлений, а мир знаний – это мир подлинных сущностей. То есть мы приходим к пониманию единого на уровне рационального. Человеку в этом смысле трудно познать истину, потому что сталкиваясь с ней в обыденной жизни, он не знает, что это действительно истина. То единое, что лежит в основе всего того, что нас окружает – это Бог. Ученик Ксенофана Парменид развивает его учение о едином Боге, но дает ему другое название. То единое, Парменид называет бытием. Впервые мы сталкиваемся с понятием бытия, то есть это понятие возникает в связи с попыткой найти понимание мира. Что нас окружает? Как можно это все подвести к единому знаменателю и назвать одним словом? Так вот, это одно слово у Парменида – это бытие. Для того, чтобы донести свою мысль он должен объяснить что это такое. Однако через что можно объяснить то, что не имеет никаких аналогов. Мы говорили, что мы пытаемся определять через более широкое, тогда Пармениду понадобилась противоположность, через которую он будет определять понятие бытие. Такой противоположностью у него является понятие небытие. Оно понадобилось для того, чтобы определить понятие бытие. Это точно так же, если мы будем рассматривать понятие материи, то это очень широкая категория, непонятно как определить – будут определения одного через другое. Поэтому для того, чтобы понять бытие Парменида необходимо его с чем-то сравнивать. Таким образом, есть одна связка бытие – небытие. Однако он вводит еще понятие бытие и мышление. То есть основная проблематика сосредоточена на этих двух фактах. Бытие небытие и бытие и мышление. О бытие-небытие он говорит так, бытие есть, а небытия нет. Потому что все, что есть – это есть бытие. Как только мы что-то определяем, то мы переводим его в ранг бытия. Отсюда, у него бытие и мышление одно и то же. Он не ставит между ними различия. Из-за этого у него получаются высказывания такого типа: «Мышление и бытие одно и то же, одно и то же, мысль о предмете и предмет мысли». Парменид тоже вводит доказательства, он не просто констатирует, он говорит, что небытие не существует, так как его нельзя помыслить. Если мы что-то мыслим, то оно уже принадлежит к бытию. Далее он дает характеристики бытия, он говорит, что бытие неделимо, то есть оно едино, и оно неподвижно. Опять же, он доказывает, здесь ему необходимо понятие небытия. Бытие неделимо, потому что его нечем делить, кроме бытия ничего не существует. Небытие не существует. Поэтому его делить нечем и в этом смысле оно едино. Оно неподвижно, опять таки движение должно осуществляться в чем-то, а кроме бытия ничего не существует, в чем бы оно могло двигаться, поэтому бытие неподвижно. Это основные характеристики бытия Парменида. Неделимое и неподвижное. Но опять-таки, элеаты первые разделили мир на мир чувств и мир знаний. Так вот, движение, многообразие – они присутствуют в мире мнений. Однако истинный для них мир – это мир бытия, где нет ни делимости ни движения. Вот эти заявления Парменида путем доказательств рассматривает Зенон. Наш Зенон это Зенон Эллийский – представитель школы элеатов. Зенон рассматривал Аристотеля родоначальником диалектики. За свое учение Зенон мог брать много денег, ибо у него была очень развита система доказательств. Ранее многие доказательства проводили от противного. Если доказать, что бытие множественно, то мысль заходит в тупик, а это значит, что первоначальное допущение является ложным. Если существует много вещей, то сущее по числу беспредельно, между двумя мы всегда найдем промежуточные, то есть сущее неограниченно. При одном и том же допущении он приходит к двум противоречивым выводам, поэтому предполагает, что первоначальное допущение неверно, поэтому бытие едино. Однако бытие у Зенона пространственно и существовать – это значит занимать определенное место в пространстве. Этим определяются апории Зенона – говорили, что их пятнадцать, однако до нас дошли не все. Для чего мы останавливаемся сегодня и обращаем внимание на школу элеатов, мало того, что тут впервые возникает понятие бытия, однако именно элеаты подчеркнули, что человек живет в двух мирах. Об этих мирах было написано выше. Не случайно говорят, что именно в школе элеатов происходит зарождение науки. Не случайно говорили, что впервые атомная бомба «взорвалась» в поэме Парменида «О природе вещей». Однако понятно, что такой подход был далеко не каждому в том мире доступен, и нужно было создать течение, которое могло бы вернуть человеку в мир реальности. Этой философией стала философия Демокрита.