Канун-наме (кодексы).

Собрания светских законов получили в Турции название канун-наме (заимствованное из византийского законодательства – «каноны»). С XV в. султаны издавали не только отдельные постановления, но и единовременно систематизированные собрания, посвященные наиболее важным государственным вопросам. Первым по времени было Канун-наме Мехмеда II (1453-1456). По описанию современного историка, систематизация была связана с тем, что султан обнаружил отсутствие законов своих предков и «соизволил дополнить недостающие места своим просвещенным и всеохватывающим мнением, издал высочайшие указы относительно применения их в высочайшем диване». Собрание Мехмеда II состоя­ло из трех частей, которые с этого времени стали как бы традицион­ными для канун-наме: первая посвящалась должностным ли­цам, их рангам и полномочиям, вторая – дворцовым церемо­ниям, третья – уголовному праву (главным образом, также по отношению к чиновникам). Составителем собрания считался сул­танский нишанджи Лейе-заде. В Канун-наме Селима I (1512-1520) первые разделы посвяща­лись уже новшествам уголовного права, а другие – налогообложе­нию, земельным наделам. Значительная правовая реформа была связана с Канун-наме Сулеймана I (1520-1566). В нем устанавли­вались (также в 3 главах) наказания за все преступления, признан­ные мусульманским каноном, порядок назначения самых распрост­раненных – телесных наказаний, права и обязанности владельцев воинских наделов, порядок налогообложения, а также правовые нормы, касавшиеся различных категорий податного населения. За­конодательные сборники Селима I и Сулеймана I были составлены при участии знаменитого историка, нишанджи султана Мустафы Челеби (перв.пол. XVI в.). Самым значительным уложением законов империи стало Канун-наме Ахмеда I (1619). Оно также состояло из трех книг, но было более всеохватывающим. В 1-й книге (в 6 гла­вах) систематизировались нормы о должностных полномочиях лиц центрального и местного управления, о предоставлении земельных наделов сипахи и другим военным. Во 2-й книге (в 4 гл.) впервые кодифицировались правила военной службы, в т. ч. на флоте, а так­же дворцовой и внутренней службы. В 3-й (в 7 гл.) – правила о разводах, нарушениях семейных устоев, преступлениях и наказани­ях, рыночной полиции, цехах, финансах, ленах. Многочисленность канун-наме и подобных кодексов была связа­на с тем, что султанские законы, считалось, действовали только до смерти данного правителя. Новому приходилось их как бы возоб­новлять. И османские канун-наме составили в итоге как бы преем­ственную линию законодательства. В период расцвета империи канун-наме считались важнейшим источником права. В сер. XVI в. было даже специально постановле­но, что «во всех случаях, имея на руках священный закон, при воз­никновении спора обращаться к канун-наме и действовать в соот­ветствии с ним». Однако такой приоритет светского, султанского за­конодательства был недолог. В XVII в. значимость в практике норм шариата возросла. В конце XVII в. правительство, по инициативе духовных властей, предприняло даже попытку отменить все не сле­дующие из шариата сборы и налоги. В начале XVIII в. судьям прямо было предписано султаном назначать только те наказания, которые вытекали из шариата, а канун-наме не равнять со священным пра­вом. В судебных книгах массовыми стали ссылки на расхождения законов с шариатом в укоризну первым.